Светлана Лыжина – Любимый ученик Мехмед (СИ) (страница 80)
Эти слова были обращены:
— не к жёнам Мехмеда, которые приехали в Эдирне гораздо позже;
— не к матери Мехмеда, которая к тому времени уже скончалась;
— не к мулле Гюрани, с которым Мехмед конфликтовал;
— не к Заганосу и не к Шехабеддину, которые в это время находились очень далеко.
Мехмед, направляясь в Эдирне, вдруг остановился на 2 дня в Гелиболу. Считается, что он ждал, пока в столице всё подготовят к его приезду. Однако эта причина могла быть формальной.
Думаю, что Мехмед вполне мог посвятить эти 2 дня кому-то, кто казался важнее власти и трона, но это точно не Раду. С Раду Мехмед близко познакомился, когда уже приехал в Эдирне и вступил на престол.
В стихах Мехмеда периодически мелькает особенная тема — тема добровольного рабства в любви.
Пример:
Ещё пример:
Тема является странной именно для этого автора, поскольку султан не должен никому подчиняться, а должен подчинять, причём во всех сферах. Пассивная роль в сексе для султана неприемлема. Если бы он практиковал подобное, то в итоге потерял бы власть.
И всё же Мехмед (Авни) пишет о подчинении как о счастье. Откуда у Мехмеда могло появиться мнение о том, что, подчиняясь, можно получать удовольствие? Возможно, этот опыт был получен до восшествия на престол.
Мулла Ахмед Гюрани, главный наставник Мехмеда в Манисе
Настоящее имя Шемседдин Ахмед бин Исмаил (бин Исмаил означает «сын Исмаила»). По национальности курд. Родился в городе Горан в северном Ираке в 1416 году.
Изучал богословие в медресе (школе при большой мечети) в Дьярбакыре. Сейчас Дьярбакыр — неофициальная столица турецкого Курдистана. Также учился в школах Баграда, Дамаска и Каира, стал муллой. Работал учителем в одной из медресе Каира. Учитель в медресе назывался «мюдерис».
Женат не был. Как пишут, этот человек «посвятил себя науке». Также говорится, что он слыл знатоком в области исламского богословия и права, сочинял богословские трактаты. Жизнь Ахмеда Гюрани названа «моральным образцом», и это утверждение не противоречит тому, что написано в романе. В романе мулла никаких законов и правил не нарушает.
В каирской медресе он учительствовал недолго, потому что был изгнан из Каира в Дамаск. Вероятно, это случилось из-за разногласий в вере, т. к. Египет в то время находился под властью мамлюков, которые были мусульманами-суннитами, а Ахмед Гюрани был мусульманином-шиитом.
Затем он переехал в Турцию, где шиитов было довольно много. Занимался преподаванием в школах Бурсы, снискал там уважение и в итоге стал учителем у принца Мехмеда, на тот момент 11-летнего. Ахмеду Гюрани было тогда 27 лет. В 1446 году, когда начинается действие романа, мулле было 30 лет.
Если этот учитель применял на занятиях палку, отношения с учеником вряд ли были хорошие. Также есть сведения, что у Мехмеда были конфликты с Ахмедом Гюрани даже после 1451 года, когда Мехмед получил власть во второй раз.
Мехмед сделал своего бывшего учителя кадиаскером — верховным судьёй по военным и религиозным делам в Турции, но Ахмед Гюрани стал выносить решения без оглядки на Мехмеда, поэтому был смещён.
После примирения Мехмед сделал бывшего учителя судьёй (кадием) в Бурсе, но Ахмед Гюрани вскоре объявил, что один из фирманов (указов) султана противоречит исламу. В итоге был смещён и с этой должности.
Затем Мехмед в 1480 году, то есть незадолго до своей смерти, назначил Ахмеда Гюрани верховным судьёй по религиозным делам. Эта должность называлась «шейх-уль-ислам». (Когда она была учреждена, кадиаскер потерял право разбирать религиозные дела).
Умер Ахмед Гюрани в 1488 году, то есть прожил более 70 лет, что говорит о хорошем здоровье.
Заганос-паша, визир, советник Мехмеда
Год рождения неизвестен. Данные о происхождении противоречивы.
Имя Заганос в переводе с турецкого языка означает «сокол». По-турецки так и читается — «заганос».
1) Пишут, что Заганос-паша был мужчина «иллирийского типа», то есть типичный албанец, но при этом утверждают, что он в 14 лет был взят из семьи и обращён в ислам, чтобы пополнить ряды янычар.
Эти утверждения противоречат друг другу, поскольку Албания тех времён ещё не была покорена, и значит, система девширме, также известная как «налог кровью» (набор мальчиков, из которых делали янычар), не могла там действовать.
Албанский санджак был создан в 1431 году, но уже в 1433-м перестал существовать. Если бы 14-летнего Заганоса забрали из семьи в начале 1430-х, то в 1439 году, ему исполнилось бы не более 23 лет. Но ведь в 1439 году Заганос уже известен как третий визир — министр. И это в 23 года?
Тем не менее, в турецком реестре 1431–1432 годов говорится, что в Албанском санджаке, состоявшем из 355 тимаров (мелких феодальных владений), 175 тимаров принадлежало представителям албанской знати, добровольно принявшим ислам. И вот среди этих людей как раз мог быть Заганос.
Если всё было так, то его не забирали из семьи, а обращение в ислам произошло добровольно. И не в 14 лет, а во взрослом возрасте.
В 1433 году, когда Албания снова обрела независимость, все албанцы, обращённые в ислам, или снова перешли в христианство, или лишились своих владений. Получается, что Заганос оказался в числе вторых, но в течение следующих 6 лет дослужился до поста третьего визира.
2) Некоторые историки называют Заганоса болгарином или даже греком. Если так, то он вполне мог через систему девширме попасть в янычарский корпус, поскольку Болгария и часть греческих (византийских) земель были уже прочно завоёваны. Но тогда получается, что его забрали из дома в начале 1420-х годов — никак не раньше.
3) Некоторые историки пишут, что Заганос родился мусульманином, а его дед даже занимал пост великого визира.
Историки пишут, что Заганос был ярым сторонником завоевательной политики. Возможно, у него были для этого и личные причины — хотел вернуть себе родовые земли, потерянные в 1433 году.
Кто-то из историков объясняет стремления к войне религиозностью Заганоса — хотел воевать с «неверными».
Некоторые просто шутят на эту тему, называя Заганоса одним из «ястребов» султана, поскольку имя Заганоса имеет сходное значение, а в современной американской политологии партия сторонников войны именуется «ястребы» (в противоположность партии мира, которая называется «голуби»). Главное — понимать, что Заганоса в Средние века «ястребом» не называли.
В 1443 году Заганоса назначают наставником принца, 11-летнего Мехмеда. По-турецки эта должность называлась «лала».
Заганос занимался воспитанием Мехмеда не как обычный учитель. Напомню, что Мехмед на тот момент жил в Манисе и изучал науки под руководством Ахмеда Гюрани, а Заганос оставался третьим визиром, поэтому должен был находиться в столице (в Эдирне) и регулярно принимать участие в заседаниях дивана. Значит, Заганос иногда приезжал в Манису и проверял уровень знаний своего подопечного.
Летом 1444 года султан Мурат решил передать свою власть Мехмеду, которому на тот момент было 12 лет. Заганос, всё так же оставаясь третьим визиром, стал советником Мехмеда и получил в жёны одну из дочерей Мурата (т. е. сестру Мехмеда по отцу). Её звали Фатма-хатун.
Заганос приобрёл на своего подопечного большое влияние, но сестра Мехмеда вряд ли этому способствовала. Вероятнее всего, причиной стала особая «дружба» Заганоса с придворным евнухом Шехабеддином. (Кстати, по исламским законам сексуальная связь мужчины с евнухом не запрещалась.)
Примерно в конце лета 1446 года Мехмед потерял власть. Мурат возвратился на трон, а Заганоса отправили в ссылку.
Вплоть до февраля 1451 года Заганос оставался в ссылке, в своих владениях — хасс Балыкесир. Он оказался разлучён с Шехабеддином. В Балыкесире жил вместе с жёнами, которых в тот период было две: Ситти Нефисе-хатун и Фатма-хатун. Дети у него тоже были.
Как уже говорилось в другой справке, Балыкесир граничил с Манисой, где в 1446–1451 годах жил Мехмед. Нет сведений о том, что Мехмед и Заганос виделись или переписывались в тот период, но в феврале 1451 года Мехмед, получив трон во второй раз, сразу вспомнил о своём советнике. Направляясь в Эдирне, чтобы принять власть, Мехмед заехал в земли Балыкесира, чтобы продолжить путь вместе с Заганосом.
На первом же заседании дивана, которое состоялось 18 февраля 1451 года, Заганос получил повышение по службе — его назначили вторым визиром (более значимым был только великий визир). Также в ведение Заганоса перешли янычары, но формально остались под командованием особого начальника, который назывался «янычар-ага».
Заганос очень хорошо проявил себя при подготовке к осаде Константинополя и во время захвата города, поэтому 30 мая 1453 года стал великим визиром вместо Халила-паши, которого Мехмед казнил.
Дальнейшая биография Заганоса в романе не отражена, поэтому здесь не приводится.
Шехабеддин-паша, советник Мехмеда
Как и в случае с Заганосом, год рождения неизвестен. Данные о происхождении противоречивы.
Имя этого человека арабского происхождения и правильно звучит как Шихаб ад-Дин, а Шехабеддин — исковерканный вариант.
Конечно, в Турции было много имён, заимствованных у арабов. Например, имя Мехмед — это арабское Мохаммед, но элемент — еддин не характерен даже для заимствованных турецких имён. У турков было бы — еттин.