Светлана Людвиг – Королевский дар (СИ) (страница 15)

Внутри, за плотной тёмной шторой, было светлее, чем внизу в коридоре. Антресоли оказались высокими настолько, что человек легко мог встать в полный рост. Естественно, я не увидела тут никакого хлама, зато нашлась деревянная дверь на щеколде и дюжина плащей одинакового покроя, но разного размера.

В таком же отсюда вышел Мирослав. Я накинула самый маленький. Он доходил длинной до пола, а рукава с лихвой закрывали кисти. Из-под капюшона едва могла что-то разглядеть, пришлось подогнуть край. Даже мысли не мелькнуло развернуться и сбежать — бесстрашно открыла засов.

Я оказалась в городе, похожем на тысячи других городов, но особенном. Все прохожие носили такие же плащи, как я, с накинутыми капюшонами. Все здесь прятали лица. Дверь за собой я закрыла на щеколду, просунув руку в специальную дырку под ней. Выйдя из подворотни между двумя домами, осмотрелась. Пешеходы спешили в разные стороны, не замечая ничего вокруг. Слишком людно для ночи — слишком пусто для дня.

Весь город выглядел серым. Обычно такое бывает, когда небо затянуто тучами и дует сильный ветер, разнося пыль. Но здесь иначе. Казалось, что погоды нет вообще. Однотонное светлое небо с огромными мерцающими синими дырами. Сквозь них проглядывали другие города, леса, площади. Там порой жили даже не люди, а какие-то странные существа. Мне показалось, что в одной из дыр, пролетел дракон.

Пока я стояла, прохожие косились. Чтобы не привлекать внимания, пришлось рассматривать небо на ходу. Не знала, куда приду и как потом доберусь обратно в академию. Но этот город поражал своей неестественностью всё больше и больше.

В небольших окошках на первых этажах некоторых домов лежали продукты и вещи, видимо на продажу. Люди подходили, смотрели, покупали, иногда выстраиваясь в очередь. Сами дома были каменные, четырёх-пяти этажные, в архитектурном стиле позапрошлого столетия нашего мира. На них красовались резные карнизы, лепнина, в некоторых дворах виднелись пересохшие фонтаны. Когда строили эти здания, думали не только о крыше над головой, хотя и стояли они почти рядышком друг с другом, но не вплотную. Между ними всегда оставался проход, в который едва бы смог заехать автомобиль. Хотя их я здесь не встретила.

Вдалеке виднелись позолоченные шпили. Но они не сверкали на солнце. Здесь не было солнца и не было туч — сплошное небо, натянутое как клеёнка с заплатками. Страшный город. Он казался вымершим и безликим, несмотря на людей в серых плащах и красивые фасады погрустневших домов.

Мне захотелось уйти, но я не помнила дороги, а применять здесь магию побоялась. Я уже почти развернулась, чтобы попытаться выбраться, но тут одна из дыр начала менять свой синий цвет на что-то более яркое. Прорезался солнечный свет, броские краски, и из дыры, ужасающе рыча и разрывая плёнку руками, полезла огромная тварь. Большая, с противным склизким покровом, коричневого цвета ящерица. Зубы — словно клыки саблезубого тигра; гладкая, будто змеиная, голова; крылья огромного махаона на спине.

Прохожие закопошились, побежали в разные стороны, торговцы закрывали свои лавки, но зачем-то выскакивали на улицу. На зверя посыпались сотни ударов.

Я огляделась по сторонам, осознав, что стою почти в самом центре боя и просто не могу ничего сделать — меня парализовало от страха. Везде были маги. Даже те, кто высовывался из окошек, стреляли какими-нибудь магическими зарядами, но кожа твари отражала все удары. А я смотрела ей за спину и видела, как там собралась целая стая таких же, но вооружённых металлическими прутами. Я не видела им конца…

Меня дёрнуло, слёзы покатились из глаз. Холодный воздух отрезвил, всё стало намного чётче и больней, чем до этого. Что, ведьма, ничего не можешь сделать? Ты, как обычно, ни на что не способная бездарность.

В руке потеплело, словно я создала искру, но вместо неё светилась печать. Помнится, когда-то бабушка учила меня блокировать ей чужие способности: движения, магию, мысли. Это не обычная атака, она могла и сработать. Хотя больше всего мне сейчас хотелось перекрыть этот лаз. Закрыть его дверью и на замок, чтобы воинственно вопящие ящерицы не смогли пройти сюда. Чтобы этот город не стал ещё печальней, чем сейчас.

Первое чудовище уже почти выползло, задело рукой одно из зданий — посыпалась черепица, полетели кирпичи, придавив тех, кто не успел отскочить. Чудовище высунуло правую ногу. Ну уж нет!

Печать сформировалась у меня на ладони, поражая чёткостью линий, я направила её на вторженца — на нём появилась большая проекция. Чудище замерло, не понимая, что происходит. Миг — картинка пропала с ладони. Тварь, распавшись на мелкие части с ужасающим криком, стала частью плёночно-светлого неба, закрыв собой цветную дыру, прорванную в синей заплатке. Печать медленно остывала и пропадала, оставляя за собой сплошное небо, без ящериц и следов враждебного солнца.

— Это чудо! — послышался неуверенный женский голос из-за обломков здания.

— Чудо! — подхватил за ней старческий мужской.

Мне их восторги не понравились. Я огляделась по сторонам. Единственным спасением была такая же синяя заплатка, как недавно запечатанная, но с видом на лесную полянку. Где-то вдали проступали башни замка очень похожего на академию. Да и вышла я, кажется, с этой же стороны. В крайнем случае, всегда можно вернуться и пробраться к двери на «таинственные антресоли». Но пока лучше переждать. Что-то мне подсказывало, что Мирослав не обрадуется моей самодеятельности.

Шагнув сквозь синеву, я не порвала её, а лишь чуть-чуть всколыхнула. Пространство легло за моей спиной обратно, но осталась почти невидимая картинка подворотни странного города. Не знала бы о ней — никогда бы не нашла. Очертания едва угадывались между двумя берёзками, не синие, а скорее прозрачные, они напоминали ветки деревьев и паутину.

На улице по-прежнему лил дождь, и я удивилась, как ещё не увязла по колено в грязи. Земля на поляне оказалась абсолютно сухая, чего нельзя сказать о деревьях и обо мне. Плащ промок практически насквозь, от него становилось только холоднее.

— Вы заблудились?

Резко обернувшись, я глянула на незнакомого мужчину. Высокого роста с красивой улыбкой и длинными собранными в хвост волосами. Немного смущала его прозрачность. Если верить Арии, и призраков нет, то это фантом.

— Просто гуляла, — глупость ляпнулась сама по себе.

— Значит, вы никуда не спешите?

Я осторожно покачала головой, скорее выжимая свой плащ, чем кутаясь в него.

— Тогда разрешите пригласить к нашему огоньку!

Обычный лес постепенно приобрёл очертания ухоженного «жилища». На самой середине поляны приветливо пылал костерок, вокруг которого сидели красивые девушки и юноши с длинными волосами. Они играли на мандолинах и лютнях и улыбались, запевая нежные песни. Кажется, мне надо лечиться, я слишком хорошо вижу и слышу.

— Вы эльфы? — уточнила я, заметив чуть заострённые ушки.

Это не призраки и не фантомы — это странный кочевой народ, который всю жизнь развлекается и охраняет лесное зверье. Их не так много, и они скорее лесные духи, чем живые существа. Бабушка за что-то их сильно недолюбливала, но они не причиняли вреда — всё, что казалось бабушке опасным, переставало существовать. Она была не слишком милосердной женщиной.

— О, приятно, что нас узнали! — улыбнулся пригласивший меня дух. — Меня зовут Леандр. Разрешите ваш плащ?

Я послушно выскользнула из куска ткани — эльф тут же повесил его на ближайший сук. Устроившись возле костра, я согрелась за минуту. Хорошо-то как. Девушки замахали руками, не отрываясь от песни, парни улыбались, засыпав меня комплиментами. Здесь было тепло, уютно и хорошо. Но мешало то, что они все немного просвечивали.

Никто не спрашивал моего имени. Я просто грелась у костра и подпевала. Удивительно, но некоторые песни даже знала. Было хорошо и приятно чувствовать себя в кругу тех, кто искренне рад тебя видеть. Говорили, эльфы забирают с собой понравившихся путников. А может и меня они тоже возьмут? В тёмные леса веселиться и укрываться от дождя на полянах с такими вот костерками. Подальше от странного города, в котором нет солнца.

Постепенно парни начали по очереди играть мелодии без слов — просто лёгкие переборы, захватывающие сердце. Эльфийка в венке из земляничных цветов, которым полагалось давно отцвести, соскочила со своего места, хватая за руку подружку. Постепенно все девушки поднялись и закружились вокруг костра в быстром танце. Я плясала вместе с ними, откуда-то зная, как нужно повернуться и когда следует присесть. Я знала этот танец и все другие, которые мы танцевали следом, отбивая каблуками землю.

Потом сидеть остался только один парень, а остальные кружились. Мы разбивались по парочкам, собирались вместе и снова расходились по двое, но уже по-другому. Здесь не было права собственности, никто никому не принадлежал и все любили друг друга. Это был мир в мире, совсем не такой, как тот страшный город, до сих пор мелькавший у меня перед глазами.

Мы прижимались друг к другу, касались губами кожи, целовались. Вот уж никогда бы не подумала, что первый поцелуй я подарю эльфу. Бабушка бы меня точно убила, а потом прочитала нотацию. Но я сейчас хочу отдохнуть, хочу перестать видеть сквозь них лес и две берёзки, через которые просвечивают черты бесцветного города с небом залатанным синими дырами.