Светлана Людвиг – Дар королевы (СИ) (страница 34)

— Мы там работаем, — ответила я, прежде чем Ария успела вставить хоть слово.

— Кем? — опешила старушка, замирая. Я невольно отметила, что даже когда она нагибается, у неё идеальная осанка.

— Я к ним не отношусь — я вам не врала! Я завхоз! — влезла Ария, возмущённая моей откровенностью.

Правда, возмущение было скорее наигранное, чем реальное. Валерия Анатольевна рассмеялась, глянув на неё:

— По твоему поведению я бы никогда не догадалась, что ты занимаешь такую незначительную должность.

— Что значит «незначительную»? Да на мне вся академия держится! — возмутилась Ария под наш дружный хохот.

— А ты, внученька, как туда попала? — спросила хозяйка, когда мы отсмеялись.

— Случайно столкнулись с Эдуардом Ольгердовичем. Он выяснил, что я ведьма и пригласил преподавать.

— Старый мерзавец, — прошипела Валерия Анатольевна. — Наверняка, сразу тебя узнал!

— Нет, я была в другом облике, — покачала я головой, запутывая ситуацию.

Ария неодобрительно зыркнула в мою сторону, но я только повела глазами. Лучше уж самой правдоподобно переврать правду, чем потом оправдываться и путаться в показаниях.

— Слава богу, а то я испереживалась, что тебя используют. Но как удачно, что ты раскрылась Арие! Когда ты ко мне переедешь?

Мы замешкались, про себя я чертыхнулась. Не могла Ария предупредить, куда меня тащит? А то такими темпами я скоро стану профессионально врать на ходу. Главное вспомнить, что и кому говорила.

— Что-то не так? — голос стал командный, но всё же с нотками теплоты.

— Я собираюсь вернуть себе престол, — подняла я взгляд, — и уже объявила об этом.

Карие глаза бабушки сейчас не выражали каких-то особых чувств. А потом в них как будто сверкнула молния. Валерия Анатольевна резко встала и, теребя в руках пояс от домашнего платья, заходила из стороны в сторону:

— Это Мирослав, да? Это этот проходимец уговорил тебя помочь? Ах, он негодяй! Дочь мою погубил, и внучкой пытается манипулировать! Да я его в порошок сотру этакого прохвоста!

— Он здесь ни при чём! — повысила я голос.

Валерия Анатольевна медленно повернулась ко мне и строгим тоном воспитательницы сказала:

— Вот только не надо его выгораживать. Наверняка, он задурил тебе голову, так же как и твоей бедной матери. Поверь мне, дорогая, этот негодяй просто хочет добраться до трона и использует тебя.

— К сожалению, скорее я использую Мирослава, — вздохнула я, но взгляд не отвела. — И я сама во всём призналась, потому что мне нужна его поддержка в борьбе за власть.

Бабушка недовольно поджала губы, но нотации решила не читать и спросила:

— И зачем тебе это, Миранда? Никого эта власть счастливым не сделала. Жили бы себе вдвоём…

— Пока я была в академии обычным преподавателем, — вспомнила я момент, когда залезла на антресоли из праздного любопытства, — я нашла вход в Рейхард. Это ужасно… это не город, это ад.

— Они заслужили, — гордо кинула Валерия Анатольевна.

— А их дети? А внуки? Кем бы они ни были, что бы они ни сделали, но я такой жизни никому не пожелаю. Я хочу помочь, и я не изменю своего решения.

Бабушка вздохнула, укоризненно посмотрела на меня, снова присаживаясь в кресло. Чай уже почти остыл, так что она спокойно сделала большой глоток. Потом задала риторический вопрос:

— Почему мои потомки умудряются вбирать моё упрямство и всепрощение деда? Почему хотя бы один не унаследует решительность Артура и мою злопамятность? Хотя нет, это не злопамятность. Не знаю, как назвать то, что я никогда не буду спасать людей от последствий их же глупости.

Ария усмехнулась. Уголком губ, почти незаметно и как-то мрачно.

— Ладно, — вздохнула Валерия Анатольевна. — Ответь только, почему Мирослав?

— Потому что Деянир хуже, — неуверенно высказалась я. Не хватало, чтобы моя новоприобретённая бабушка была на стороне этого инкуба.

— Не сказала бы, — недовольно поджала собеседница губы. — Они друг друга стоят. И оба попытаются тобой манипулировать. Почему вообще нельзя обойтись без них?

— Потому что мне не хватит ресурсов в одиночку, — рассудительно ответила я. Собой в этот момент я крайне гордилась. — А Мирослав уже всё подготовил. Почему бы не воспользоваться?

— Вот с Деяниром та же ситуация.

— Нет, не та же. Деяниру я помеха — официально он противник королевской власти. К тому же Мирослава будет проще переиграть, когда я получу корону.

— Слабенькая версия, но в чём-то ты права. Деянир действительно хуже. Мирослав амбициозный, напыщенный, но глупец. Если он мне надоест, я всегда успею подсыпать ему яд.

— Валерия Анатольевна, — начала я, но она, с беззаботной улыбкой человека, который нашёл выход из трудной ситуации, перебила меня:

— Просто бабушка Вэл, если тебе так хочется обращаться ко мне по имени. Давай закончим этот спор. Или ты намерена как твоя мать ругаться, пока противник не капитулирует? Лучше, расскажи о себе. Как удалось спастись? Как ты жила все эти годы?

— Я… почти не помню день, когда всё произошло. Я вообще мало что помню из времени, когда была принцессой. Мои детские воспоминания начинаются с жизни в обычной семье. Только воспитывала меня одна старая ведьма.

— Ведьма? Как её звали?

— Лилия Белова. Точнее Белая.

— Красивое имя. Но я её не знаю, даже не слышала. Наверное, тебя спрятали у одной из эмигранток.

— Наверное, — кивнула я и начала рассказывать о моем нелёгком детстве.

Я многое приукрасила. Рассказала, как маленькая получила второе лицо, но оно оказалось совсем не симпатичным. Рассказывала, как училась в школе. Как устроилась в академию магии на работу. В общем, это была длинная и красивая сказка. Наверное, она чем-то напоминала «Ослиную шкуру».

От бабушки мы вышли, когда на улице совсем стемнело. Однако вечер ещё только начинался. Валерия Анатольевна в очередной раз с чувством поблагодарила Арию, дала мне пару советов, как вести себя с этим «коварным оборотнем», и благословила мою затею. И ушла в сказочный домик, пряча от нас невольные слезы. И заодно мне пригрозили, что если я не буду часто навещать бабушку, она на меня очень сильно обидится и распереживается.

На обратном пути я устроилась сзади, несмотря на возмущение Арии. Рэм, мирно спавший, переполз ко мне на колени и сказал новое, но эксклюзивное: «У!» Завхоз только покачала головой, заводя машину, и плавно поехала по неровной дороге.

— Ну, ты и горазда врать, Снежинка!

— Не одобряешь?

— Почему? Было очень приятно послушать, — пожала плечами Ария, выворачивая руль, чтобы вписаться в очередной виток дороги.

— Наверное, я уже совсем завралась.

— Извини, — усмехнулась она, — ты сама выбрала этот путь.

— Но ведь обманывать не хорошо?

— Ты у меня спрашиваешь? — хмыкнула завхоз. — Знаешь, как посмотреть. Ты видела лицо бабушки? Она не обрадовалась, что ты сотрудничаешь с врагами, но была счастлива увидеть внучку.

— В любом случае…

— Уже поздно, — коротко отрезала Ария, и дальше мы поехали молча. До самого замка я спала в обнимку с Рэмом. Проснулась, только когда за окном промелькнули огни академии, а Ария поставила автомобиль в гараж. Дракона я зачаровала на невидимость, радуясь, что спросонья он не слишком оживлённый.

Уже в замке нас встретила делегация в составе Анжелы, Олега, Эдика, Мирослава, Альбины, Георгия, Богдана, который, видимо, успел поругаться со всеми по очереди, Ядвиги, Алисы, Витьки, Юры, доброй половины моего факультета и, конечно же, Стёпы. Я недоумённо оглядывала всех, пока Ария пользовалась моментом и проводила кое-кого невидимого за ручку через толпу.

— Что-то случилось? — обратилась я ко всем, мешкая под укоризненными взглядами.

— Где вы были? — жёстко спросил Мирослав. — Мы за вас коллективно волновались.

— Мы гуляли, — неуверенно ответила я. — Нельзя?

— Олухи! — высказалась Анжела. — Я же говорила, что она просто где-нибудь отдыхает!

— Тогда зачем здесь стояла? — огрызнулся Георгий, успевший привыкнуть к дерзкой фее.

— За компанию! — ответила она, поднимаясь по лестнице.

Я, наблюдая за этой сценой, только рассмеялась. Почему-то на душе стало легко как никогда. Юрка словно не заметил Арию, подобрался ко мне, но молчал, пока все расходились. Я старалась не смотреть в его сторону, вообще хотела уйти — он будил во мне неприятные воспоминания. Но старый приятель не дал — перехватил за руку, укоризненно спросил:

— Что ты наделала?

— Умерла, — тихо ответила я.