Светлана Лёвкина – Сыр-косичка и Минтай (страница 3)

Внизу крутились мелкие создания, похожие на ожившие клубки шерсти. Порой они встряхивались, точно псы, и брызги пота летели на окружающих. Похоже, ребята страдали от дорумского климата. Нагнетаемый климатизаторами дождь грозил вот-вот начаться, но пока небо не пролило ни капли, лишь духота стала плотнее.

Помимо маленьких торговых точек, покупателей ждали и большие магазины. Там продавалось всё - от ии-навигаторов до катеров звездного следования. Яркие голографические вывески пестрели смесью рекламных лозунгов. У входов стояли роботы-консультанты, услужливо открывая двери перед посетителями.

Кэти и Иван Петрович миновали стенды с украшениями из юпитерских алмазов, завернули за киоск с виртуальной одеждой и, наконец, прибыли к нужному павильону.

- Я пойду, спрошу, где нам разместиться, а ты постой здесь и никуда не уходи, - попросил отец.

Кэти машинально кивнула, не вникая в его слова, целиком поглощенная разглядыванием ярмарки. Крепко прижимая банку с рыбкой, она сделала шаг, потом другой и подошла к ближайшим прилавкам, привлеченная буйством зелени.

Горшки с кустистыми растениями стояли в ряд. На одних ветках краснели круглые сочные ягоды, на других желтые продолговатые плоды.

- Сколько стоят? - спросил один из покупателей, щуплый либерианец с пупырчатой кожей.

- Это очень редкий фрукт, вымирающий вид, - прогудел продавец, трёхметровый великан с кожей, напоминающей старую коричневую подошву. - Две тысячи знаков.

Покупатель задумался, ошарашенный ценой. А Кэти фыркнула и насмешливо возразила:

- Дяденька, это лимон. Он растет на Земле и вымирать не собирается.

Либерианец недовольно нахмурился и выжидающе посмотрел на продавца. Тот, уличенный в обмане, налился густым бордовым цветом:

- Ах, ты мерзкий карлик!

Он замахнулся для удара. Кэти, не ожидавшая резкого выпада, попятилась и задела локтем несколько горшков. Те шмякнулись на землю и раскололись, вывалив наружу содержимое.

- Я... я не специально! - пролепетала девочка.

Продавец неистово заревел:

- Братья, держи его! Он нам товар попортил!

От соседних прилавков повыскакивали такие же коричневые великаны и, бухая огромными пятками, бросились к Кэти. Той не оставалось ничего, кроме как пуститься наутёк. Вода в банке выплёскивалась через края, Минтай переживал настоящий шторм. Его хозяйка резвой козой перепрыгивала мохнатые клубки шерсти и бежала, куда глаза глядят. Сзади неслись возмущенные крики и топот.

Если бы Кэти хоть раз бывала на Дорум Альфе до этого, она бы знала, что здесь полно укромных уголков, из которых нет выхода. Контейнеры с товарами сгружали хаотично и их боковые стенки часто складывались в небольшие переулки, заканчивающиеся тупиком. В один из таких и упёрлась Кэти.

Точно загнанный в ловушку зверёк она прижалась к тёплой металлической стене. Путь назад отрезала пятерка во главе с запыхавшимся продавцом.

Кэти посмотрела наверх. Слишком высоко чтобы допрыгнуть и перебежать по крышам контейнеров.

- Он хилый какой-то. Может, отведем его в участок? - с сомнением спросил один из великанов.

- Разуй глаза, эти карлики с Альбуцепса руку откусят и не поморщатся! - возразил торговец, отдышавшись. - Окружайте его!

Похоже, разъяренные инопланетяне приняли её за кого-то другого и не поняли, что Кэти - обычный ребенок. Вопреки несгибаемому характеру, щёки защипало от слёз. Еще никогда она не чувствовала такого страха. Пальцы до хруста сжали ёмкость с рыбкой. Та сначала согрела ладони. Затем стала обжигать. Кэти недоуменно посмотрела на банку и не поверила глазам.

Злодеи приближались, а вода в банке бурлила, нагреваясь. Пошел пар. Затем банка раскалилась настолько, что Кэти отдернула ладони, и та упала. Рыбка выкатилась наружу, будто завалявшаяся карамелька. Забилась в пыли. Её чешуя запузырилась, стала расти. Торговец с собратьями удивленно притормозили и уставились на происходящее. А рыбка продолжала увеличиваться. Вот из её боков потянулись серые отростки, один, два... нет! Четыре!

Рыба встала на задние лапы, расставила выросшие руки и ощетинилась оранжевым плавником на затылке. За считанные мгновения Минтай вымахал ростом с человека, и преследователи ощутили такую гамму эмоций, которая не снилась ни одному рыбаку.

- Да что там творится у них на этом Альбуцепсе? – потрясенно пробормотал один из коричневокожих, когда рыбка вытянула свои конечности, увлеченно разглядывая перепончатые пальцы.

- Мочи его! – парадоксально скомандовал торговец и первым пошел в атаку.

Минтай заметил движение и нечленораздельно, но как-то нехорошо булькнул. Всё дальнейшее произошло стремительно. Он кинулся на злодеев. Передние испуганно заорали и попятились. Те, что стояли сзади, не успели отскочить и повалились, как кегли. Минтай прыгнул на одного, ударил в нос другого, перескочил к торговцу, пнул со всей силы. Коричневый хлюпнул и сполз на землю. Остальных ждала та же участь. Схватка прошла молниеносно и, если учитывать свёрнутые носы, изощренно в своей капиллярной кровавости.

Когда все преследователи, завывая, бежали прочь, Кэти в восторге посмотрела на свою рыбку, а та повернулась и медленно произнесла:

- Кстати, я не жирный, просто крупный, - а затем шлёпнулась на бок и стала разевать рот, хлебая ненужный кислород.

Восторг мигом исчез. Кэти подбежала к рыбе. Та задыхалась.

- Только не умирай! Только не умирай! - закричала девочка.

И тут, словно в ответ на её просьбу, в небе раздался раскат грома, и небывалый ливень хлынул на ярмарочные ряды.

***

Иван Петрович не стал ругать дочь за Минтая и за побег. Он вообще никогда не ругался. Зато по прилёту на землю соорудил для рыбки гидроскафандр, позволяющий Мину свободно дышать на поверхности.

До появления Минтая Кэти часто гуляла в одиночестве. Теперь появился тот, кто ходил за ней «хвостиком». Мин мало знал об окружающем мире, и Кэти приходилось учить его азбуке, объяснять элементарные вещи и многое другое. Училась рыбка быстро, но разговаривала мало и, похоже, считала главной своей целью опекать хозяйку. Опека стала чем-то новым и непривычным для девочки. Она даже сопротивлялась назойливому присутствию Мина, несмотря на чувство благодарности. Но всё изменилось.

Как-то раз Иван Петрович бесследно исчез. Просто вышел из дома и больше не вернулся. Его искали на Земле и даже объявили в галактический розыск, но следов так и не нашли. Кэти оказалась на попечении социальных служб. Её поместили в интернат и не разрешили взять с собой ничего, кроме одежды и нескольких фотографий. Мина забрали зоозащитники. Тот сопротивлялся, но даже рыба-мутант не может противостоять убойной дозе транквилизаторов.

Дни в интернате тянулись ещё скучнее, чем в школе, и Кэти все чаще жалела, что осталась без отца и без Минтая. Но в одну из ночей гость к ней всё же явился. Вытоптав клумбу у младшего корпуса, Минтай встал под окнами так, будто никуда не девался. Кэти заметила его случайно и чуть не завизжала от радости. Она высунулась наружу:

- Ты меня нашел!

- Нашел, - согласно булькнул Мин.

- Как тебе удалось сбежать?

- Ногами, - Мин изобразил на рыбьей морде подобие ухмылки, а затем расставил руки так, чтобы поймать девочку.

Не задумываясь, Кэти прыгнула вниз. Минтай осторожно поставил её на траву и спросил в своей немногословной манере:

- Куда дальше?

Кэти задрала голову, посмотрела на ночное небо и торжественно объявила:

- К звездам!

3 глава. Щёлкающий тостер.

Тишина стояла такая, что казалось, будто заложило уши. Кэти открыла один глаз. Ресницы второго слиплись, и она подумала, что ранена, но потом почувствовала запах кофе и простонала:

- Пожалуй, двух ложек сахара в следующий раз будет достаточно...

А будет ли он, этот раз? Насколько поврежден корабль Кэти не знала. Кислород в норме, она дышала без труда. Значит, разгерметизации не произошло. Но почему так темно?

Похоже ремни, удерживающие Кэти, порвались, и теперь она не чувствовала под собой опоры. Пока двигатели «Нэнси» стояли, приходилось довольствоваться невесомостью. Темнота вокруг добавляла +5 к головокружению. Тело казалось чужим и непослушным. Кэти повертела руками, разгоняя оцепенение.

- Мин? - хрипло спросила она. - Мин, ты где?

Снова тишина. Кэти подтянула к груди ноги, заодно проверив целостность коленей и позвоночника, и постаралась развернуться. У нее ничего не вышло, но предплечье внезапно коснулось ребристой поверхности бытовых ящиков, и Кэти торопливо за них уцепилась. Держась за ручки шкафа, она развернулась в ту сторону, где должна была располагаться приборная панель.

- Мин! - позвала девушка.

На этот раз со стороны пилотского кресла донесся стон, смешанный с бульканьем.

Кэти замерла, прислушиваясь. Стон повторился. Девушка оттолкнулась от шкафа и поплыла на звук. Ладони коснулись гидроскафандра. Вот он, Мин. Его тело всё еще фиксировали ремни. Он, так же как Кэти, пытался прийти в себя и осмыслить ситуацию.

- Ты жива, - в его голосе прозвучало облегчение, когда та его нащупала.

Кэти едва удержалась, чтобы ему не врезать:

- Какого черта ты молчал? Я уже тебя мысленно похоронила!

- Твоя вера в меня - воодушевляет, - хмыкнул он, а затем нагнулся, шаря по приборной панели. Кэти занесло вбок, словно воздушный шарик, и она схватилась за подлокотник кресла.

Мин пробежался пальцами по датчикам, щелкнул несколько тумблеров. Панель слабо засветилась.