Светлана Лёвкина – Это будет секрет (страница 5)
– Глупая, что ж ты сразу не сказала? – возмутилась соседка после того, как Яна закончила. – Займу я тебе денег!
– Нет, – затрясла головой Яна, – я не знаю, когда отдам.
– Прекрати. Я не на бобах, как некоторые, – протянула Лилия и потянулась за своим смартфоном. – Могу себе позволить, диктуй номер…
Яна продолжала отнекиваться, но Лилия махнула на неё рукой. Сама взяла её телефон и стала там копаться, после чего сделала себе звонок и по полученному номеру Яны перевела деньги.
– Я отдам, правда, – Яна корила себя за слабость. Она давно привыкла утаивать ото всех свои слёзы.
– Конечно, отдашь. Куда ты денешься? Я ведь за стенкой живу, – улыбнулась Лилия.
***
После того, как соседка удалилась к себе, Яна умылась и зашла к дочери. Аня смотрела мультики, но сидела грустная и вертела в руках фантик от конфеты.
– Что случилось, Анютка?
– Конфетка закончилась.
Яна села к ней на кровать и нажала красную кнопку на пульте, чтобы выключить телевизор:
– Ты знаешь, из твоего фантика можно легко сделать принцессу Рококо. Мне в детстве так бабушка говорила.
– Это принцесса-курочка? – заинтересовалась Аня.
– Нет, – погладила её Яна, – это такая куколка в пышном платье.
Она расправила конфетный фантик, потом сложила его гармошкой несколько раз и закрутила кончик так, чтобы фантик напоминал два перекрученных веера. Тот, что меньше – голова принцессы, а больше – платье со складками.
– Ты прочитаешь мне сказку про принцессу-курочку? – спросила Аня.
– Прочитаю. Но сначала нужно сделать очень важное дело.
– Какое?
– Почистить зубы, разумеется!
Спустя десять минут они уютно устроились с книгой, а затем так же мирно заснули. Но продлилось это недолго.
Проснулась Яна внезапно. Её точно тронули за плечо. Комнату заполняла ночная чернота. За окном слышались раскаты грома и барабанный стук дождевых капель, но в них вплетался еще один странный звук. Тонкий скрежет, вперемешку с повторяющимся шипением. Он исходил из тёмного угла у окна. Яна тут же просунула руку между прутьев детской кроватки. Ани там не было.
– Аня?!
Яна подскочила с дивана и огляделась. Дочь не отзывалась.
Звук всё продолжал доноситься из угла. Яна, холодея, двинулась к его источнику. Всё еще сонная, она не понимала, что происходит. Постепенно до неё дошло. Это не скрежет и шипение. Это тихий, захлёбывающийся плач, такой испуганный, какого Яна не слышала никогда. Она подошла к углу, раскинула руки, и обняла забившуюся туда девочку.
– Анютка, ты чего? Я здесь, я рядом.
Дочь лишь давилась слезами и вздрагивала на её плече. Наконец она прошептала Яне в самое ухо:
– Он смотрит, мама. Он там.
– Кто, зайка? Там никого нет.
– Он сидит за окном и смотрит на нас!
– Это сон, Анютка! Просто сон! – попыталась её успокоить Яна.
За окном сверкнула молния. В эту же секунду что-то с силой грохнуло о стекло. Яна отскочила в сторону, держа на руках ребенка, и больно ударилась спиной об пол. Аня взвизгнула.
Грохот повторился. Яна подпрыгнула и метнулась к выключателю. Щелк. Лампочка вспыхнула и погасла. Новый удар по стеклу. Треск, будто окно сейчас разобьется. Затем скользящий, мерзкий скрежет. Яне показалось, что она слышала звук, похожий на выстрел.
Зубы свело. Яна кинулась в коридор и хлопнула по кнопкам там. Свет зажегся ярко и на миг ослепил. Яна зажмурилась, чьи-то цепкие руки вцепились в её колени. Она закричала, стала сдирать их с себя.
– Мама! Мама!
Яна открыла глаза и обнаружила, что пытается отогнать собственную дочь. Волосы той намокли и тёмными кудряшками облепили заплаканное лицо.
Яна всхлипнула:
– Прости, зайка! Прости меня!
– Мама, мне страшно!
Яна прижала дочку к груди и подняла.
– Ничего, сейчас умоемся.
Она понесла дочь в ванную, пятясь спиной и стараясь держать окно комнаты в поле зрения. Успокоить Аню удалось лишь через полчаса. Яна уложила дочь с собой на диван.
– Мама, а монстры существуют? – сонно спросила Аня.
– Нет, конечно. Это просто тени деревьев, которые колышутся на ветру.
После того, как дочь заснула, Яна аккуратно встала с дивана и подошла к окну. На нем снаружи блестели три неровных царапины.
Глава 4. Неженатый сосед.
Следователи пришли к выводу, что смерть Толика – самоубийство на фоне белой горячки. Это заключение, однако, оставило Ольгу Степановну в недоумении.
Она сидела на соседней лавке от Яны и вполголоса шептала соседке:
– И как он вообще забрался на крышу? Ключи только у меня и у слесаря.
Полиция уже допрашивала её в день трагедии, и Ольга Степановна утверждала, что рассказала всё без утайки.
На детской площадке, между тем, отпущенный на вольные хлеба Кешка очаровывал детей в песочнице. Та, сырая от прошедшего дождя, собрала в себе с десяток малышей. Кот был красивый, пушистый и маленькая Аня гладила его с восхищением ребенка, который всегда хотел домашнего питомца, но мама не разрешала. Кот перешагивал куличи из мокрого песка, ластился к Ане и мурлыкал. Яна же, наблюдала за дочкой и думала, как бы Кешка не начал рыть ямку, чтобы наделать туда «секретиков» в дополнение к куличам.
Со стадиона доносился топот, свист и крики. Шёл футбольный матч между командами спортивных школ. На влажных трибунах сидели болельщики, спины которых маячили между черными пиками ограды. К слову, стадион просматривайся со всех сторон, поэтому матч можно было смотреть и со стороны парка, и стоя в проулке, между погребной рощицей и выходом из двора, а так же из окон двух девяток, окружавших зеленое футбольное поле.
В тот момент, когда цифры на спортивном табло показали 2:0, у Яниного плеча раздался низкий мужской голос:
– Как дела?
Яна обернулась и увидела высокого мужчину со светлыми волосами. Того самого, что вышел покурить, пока усач с ковробойкой вызывал скорую Толику. Незнакомец выглядел старше её лет на пять. Он носил потёртые джинсы и тёмную футболку под болотно-зеленой рубашкой. По нему было видно, что когда-то мужчина сделал замысловатую стрижку, о чем свидетельствовали неровные концы прядей. Теперь волосы отросли и создавали небрежный вид, закрывая одну часть лица и открывая другую, где белел тонкий шрам на виске. Он смахнул прядь волос в сторону, чтобы поймать Янин взгляд. Шрам на виске тут же скрылся. Синие глаза прищурились.
– Я вас знаю? – осторожно спросила Яна.
– Нет, я в соседнем подъезде живу, – пожал плечами мужчина. – Меня Руслан зовут.
– Яна.
– Я недавно переехал. Подумал, вы скучаете, – он оглядел двор. – Я бы скучал.
– А что же вы у нас тогда забыли? – Яна вызывающе на него посмотрела.
Он, ничуть не смутившись, ответил:
– Я здесь по делам. Давно тут живёте?
Мужчина явно демонстрировал заинтересованность, что застало Яну врасплох. Она отвернулась и полезла в сумку, делая вид, будто ищет телефон, а сама быстро соображала, зачем Руслан к ней прицепился и как ему ответить. Не то, чтобы она считала себя дурнушкой, но ей далеко до той же Лилии, прекрасной брюнетки, с яркими вещами и летящей походкой. За три года Яна отвыкла от мужского внимания. С маленьким ребенком не до знакомств. Да и не самое лучшее сейчас время.
Яна поморщилась. Она не знала, наступит ли вообще когда-нибудь удачное время. О чем ей говорить с парнями? О том, что дочка из садика принесла простуду? Или о подорожании продуктов? Яна давно уже не жила той жизнью, где можно спокойно выйти в кафе или посмотреть новое нашумевшее кино. Она не успевала за трендами, не вела активно соцсети, не ездила в отпуск. О чем с ней говорить мужчине? Лучше и вовсе не начинать, чтобы потом им обоим не было неприятно.
Яна открыла рот, чтобы отвязаться от общительного соседа, как вдруг на помощь ей пришла Анечка. Она подбежала к матери и упёрлась грязными от песка ладонями в её колени: