Светлана Леви – Любовный гамбит (страница 3)

— Конечно, — кивнула Анастасия, не отрываясь от ноутбука. — Команда — впереди, через два ряда. Леша уже загрузил последние аналитические файлы в облако, Степаныч просил передать, чтобы вы посмотрели вариант с ферзевым флангом в сицилианской. Я буду рядом, если понадобится что-то оперативно уточнить или изменить.

Логика была железной. Но что-то в этом задело его старую, циничную натуру. Когда они уже занимали свои кресла в самолёте, он не удержался от колкости, наклонившись к ней так, чтобы слышала только она:

— Продуманный ход, Кошкина. Загнать меня в ловушку замкнутого пространства на три с половиной часа. Гениально. Признавайся, у тебя в планшете заготовлена презентация «Почему ты должна стать следующей миссис Аксеновой»? Или просто надеешься, что на высоте десяти тысяч метров у меня сдадут нервы и я залезу под твой плед?

Он ждал смущения, оправданий, может, даже вспышки гнева. Но Анастасия лишь медленно подняла на него взгляд, поправила очки и ответила с лёгкой, почти профессорской снисходительностью:

— Роберт, статистика rom-com ошибочна. В реальной жизни соседство в самолёте с вероятностью 97% приводит не к браку, а к локальному тромбозу и желанию никогда больше не видеть этого человека. Моя задача — попасть в оставшиеся 3%, где помощник просто незаметно делает свою работу. Что касается ваших нервов… — Она откинулась на спинку кресла, голос стал тише, но оттого ещё более весомым. — …За них я несу прямую профессиональную ответственность и позволить им «сдаться» — значит провалить испытательный срок. А я не настолько глупа, чтобы так облажаться.

Она сказала это так, словно разбирала шахматную комбинацию. Без тени кокетства, только холодный расчёт. А это было настолько очевидно, что подозрения показались Роберту вдруг по-идиотски самовлюблёнными. Конечно. Она не охотится за ним. Она охотится за строчкой в резюме, за бонусом, за карьерным рывком. Настя была тем редким типом амбициозных людей, для которых личная жизнь — это пункт в ежедневнике между совещаниями.

Чувство облегчения, странное и неожиданное, смешалось с лёгким уколом досады. Великого гроссмейстера заподозрили в том, что он мнит себя неотразимым. Это было ново.

— Ладно, ладно, я понял ход твоих мыслей, — пробурчал Аксенов, доставая ноутбук. — Только, ради всего святого, не пытайся со мной болтать.

— Диалог планируется только по рабочим вопросам, — заверила она и надела наушники.

Полёт прошёл в продуктивной тишине. Роберт погрузился в варианты, Анастасия то работала, то смотрела в иллюминатор. Иногда он ловил себя на том, что краем глаза наблюдает за ней. За её абсолютной, нечеловеческой собранностью. Даже решил это проверить и попросил воду, и она, не снимая наушников, тут же поймала взгляд стюардессы и жестом указала на его стол. Аксенову даже не пришлось повторять.

Когда самолёт пошёл на снижение, Настя аккуратно убрала все его вещи в сумку, положила рядом влажную салфетку (откуда?!) и тихо сказала, не привлекая внимания соседей:

— Вас встречают с табличкой. Машина заказана. Отель — в пятнадцати минутах. Ваш сьют с видом на горы. Первая организационная встреча — через два часа.

Роберт кивнул, глядя в иллюминатор на приближающиеся огни незнакомого города. В голове, обычно забитой сотней дел, царила непривычная ясность. И в этой мысли не было ничего романтичного. Только факт. Эффективный, удобный, приятный факт.

Анастасия же, глядя на его профиль, освещённый закатным солнцем, думала о другом. Её ход — «сближение под логичным предлогом» — был сыгран. Он проглотил наживку, приняв её амбиции за меркантильные. Идеально.

Самолёт коснулся колесами посадочной полосы. Их общая игра — и та, что для всех, и та, что только для неё, — выходила на новый уровень.

Глава 3. План по оптимальной логистике

От аэропорта до отеля ехали на двух машинах. В первой — «шахматный штаб»: Роберт, Степаныч и аналитик Леша, уже вовлечённые в тихий, напряжённый разбор предстоящих дебютов, и Матвей Громов - гроссмейстер, секундант. Сквозь стекло Роберт видел лишь мелькание черепичных крыш Софии, но его мозг был занят виртуальными битвами на шестьдесят четыре клетки. Пальцы непроизвольно постукивали по колену, отбивая ритм несуществующих ходов.

Во второй машине царила иная атмосфера — тихая и деловая. Здесь ехали врач Ольга Сергеевна Вебер и Анастасия Кошкина. Доктор молча просматривала на планшете последние показатели Роберта по стресс-тестам, а Анастасия бесшумно сверяла детали графика с городской картой на своём экране. Её спокойствие было таким плотным и самодостаточным, что, казалось, могло гасить нервную энергию, исходящую от машины впереди, даже на расстоянии. Она не участвовала в шахматных баталиях. Её полем боя была безупречная организация всего, что лежало за пределами шахматной доски. И пока «штаб» готовил тактику, она проверяла логистику — первый и не менее важный залог победы.

Заранее продуманная организация по размещению, дало сбой, как только они подошли к стойке регистрации пятизвёздочного отеля.

Менеджер, улыбающийся и безмятежный, пролистал документы, и его улыбка стала немного напряжённой.

— Мистер Аксёнов, добро пожаловать! У нас для вас прекрасный люкс с видом на парк.

— Кошкина, ты же бронировала сьют на двадцать третьем этаже, с видом на горы? — холодно, через плечо, спросил Роберт, чувствуя, как знакомое раздражение начинает пузыриться у него внутри. Он даже не смотрел на менеджера, его взгляд, полный немого обвинения, был устремлен на Анастасию. Опять. Всегда что-то не так, и теперь это на её совести.

Менеджер, поймав эту динамику, поспешил вклиниться, обращаясь уже к Роберту:

— К сожалению, тот сьют… технически недоступен, — он развёл руками, пытаясь улыбнуться. — Непредвиденные обстоятельства. Но наш люкс ничуть не хуже!

Роберт медленно повернул голову к нему. Раздражение, сфокусированное на Анастасии, теперь обрушилось на этого улыбчивого человека.

— Непредвиденные обстоятельства, — повторил он, и его голос приобрёл опасную, шелковистую мягкость. — У меня через четыре часа первая партия в категории «А». Мой мозг должен видеть горы, а не кусты в парке! Вы понимаете, что сейчас…

Именно в этот момент, на последнем слове, когда его терпение было готово лопнуть, Анастасия мягко, но неотвратимо шагнула вперед, занимая позицию между ним и стойкой и заговорила на безупречном английском.

— Простите, — её тон был одновременно ледяным и вежливым. — Но мы имеем подтверждённое бронирование suite 2301, оформленное через корпоративный аккаунт вашего отеля неделю назад. В договоре чётко указаны условия: этаж, вид, уровень звукоизоляции. В данный момент ваше предложение о «замене» не просто не эквивалентно — оно нарушает наши договорённости и ставит под угрозу работоспособность клиента, чьи профессиональные требования к среде жёстко регламентированы. Без исполнения первоначальных условий мы вынуждены будем немедленно обратиться не только к вашему управляющему директору, но и в нашу юридическую службу для разбирательства касательно компенсации ущерба и репутационных рисков. Это вопрос пяти минут. Или мы решим его сейчас, или я начинаю эти пять минут отсчитывать.

Секретарь-референт Роберта Аксенова не кричала, а просто и доходчиво излагала факты, и каждый из них был неоспоримым. Менеджер побледнел. Его глаза забегали. Роберт застыл с открытым ртом, глядя на её профиль. Он не успел понять и половины сказанного, но тон, осанка и реакция персонала говорили сами за себя. Это была не просьба. Это был ультиматум, облаченный в шёлковые перчатки.

— Я… я сейчас всё проверю, — пробормотал менеджер и уткнулся в компьютер.

Через три минуты вернулся, излучая виноватую почтительность.

— Глубочайшие извинения, мадам Кошкина, мистер Аксёнов. Произошла досадная ошибка системы. Suite 2301 полностью подготовлен и ждёт вас. В качестве извинений — бесплатный спа-сервис и ужин от шефа. Пожалуйста.

Анастасия кивнула, как королева, принимающая дань, и плавно перешла обратно на русский, обращаясь к Роберту:

— Кажется, вопрос решён. Ваши ключи. Команда размещается этажом ниже, у них два полулюкса.

Он взял карту-ключ, не в силах вымолвить ни слова. Гнев испарился, сменившись холодным уважением. Когда они ехали в лифте на двадцать третий этаж, он наконец выдавил:

— Ты на собеседовании сказала, что знаешь язык. Это не «знание». Это… владение.

Она пожала плечами, снова став той самой незаметной Кошкиной.

— Беру уроки у преподавателя, который готовит переводчиков для МИДа. Дорого, но для резюме полезно. Ненавижу, когда из-за чужой халтуры страдает моя эффективность.

— А про юридическую службу? — не отступал он.

— Блеф, — призналась Настя, и в её глазах мелькнул тот самый редкий, почти невидимый огонёк. — Но очень убедительный блеф. Они не стали бы проверять.

Лифт остановился, открыв дверь в просторный двухуровневый люкс. Вид из панорамных окон действительно захватывал дух — весь город лежал у ног, а на горизонте синели горы. И тут Роберт заметил одну деталь.

— Две спальни? — спросил он, указывая на две двери.

— Так было безопаснее с точки зрения логистики и конфиденциальности, — она поставила свой чемоданчик у дальней двери. — Вам нужен покой. Мне — быть на связи. У каждой комнаты отдельный вход из общего холла, но мы в одном пространстве. Это оптимально.