Шиповника тугую рыжесть
И горделивую бесстыжесть
Отринувших листву ветвей…
Спеши! Не вечен чуда плен…
Увы! Суть женская природы —
Увлечь перед кончиной года
И сгинуть, обратившись в тлен…
«Ах, письма без адреса – всем? …»
Ах, письма без адреса – всем? —
Ни строчки, ни буквы – излишни? —
Они каждый год насовсем
Нам в руки даются неслышно.
И вертим в руках их, смеясь,
И в книги кладём, забывая,
Из линий неясную вязь
Под пальцами чуть ощущая.
Метлы (иль косы смертной?!) взмах
Фатален и ныне и присно.
И каждую осень в садах
Лежат непрочтённые письма.
«Как звуки нежные в томлении старинном…»
Как звуки нежные в томлении старинном
Переплетясь, меня пленяют вновь! —
Так мирный плеск волны неторопливой
Смиряет кровь,
Так тихий шелест веток золотистых
Мне, словно речь влюблённого, мила,
Так сердце драгоценным аметистом
Лелеет мгла,
Так стадом облачным прозрачно-тонкорунным
Бездумно нежу свой спокойный взор,
Так безмятежно грежу в свете лунном
С недавних пор.
«По холоду – истинность камня…»
По холоду – истинность камня.
По пламени – искренность чувства.
Бывает и слово – как знаменье!
Бывает, объятие – пусто.
Бывает… И было, и будет —
Доколе живёт род Адамов —
Лёд взгляда в горячечном блуде,
И с примесью серной – ладан!
«Мне до тебя не взглядом, но – стихом!..»
Мне до тебя не взглядом, но – стихом!
Не разговором – сном, к утру забытым!
Так всё ж верней. Ладонь с ладонью слиты
В молящем жесте. Где, в краю каком
Встречаешь ежедневную зарю?
(Один иль нет – мне, право, безразлично)
Мне б только знать, что жизнь твоя привычно
Идёт. Тревожно за судьбу твою
Бывает мне порой, хоть права нет
И думать о тебе, но мыслью смутной
Тебя хоть мельком в слабости минутной
Задену и улыбки горькой след
На бледных проявляется губах…
Ты выбрал расставанье. Не в обиде
За выбор я – он был так очевиден.
Не стану укорять тебя за страх
Любви последней. Только б мне узнать,
Что ты живёшь вполне благополучно…
Когда б мне выпал вдруг счастливый случай
В толпе хоть мимоходом увидать…
И большего не буду я просить.
Мне ни к чему. Терзаньями пустыми 
