Светлана Костенко – Если баба не захочет… (страница 30)
Потом Леська нам так описала, что произошло. Она замерзла в кустах в своем костюме химзащиты, хоть и одела под него толстый свитер и гамаши. Чтобы защитить лицо от холода, она натянула капюшон-маску от противогаза, логично полагая, что никто ее все равно не увидит. И тут вдруг в кусты залез Леха, не подозревавший, что за ним следят. Он достал из кармана пачку папирос «Беломорканал», успел одну папиросу сунуть в рот, стал чиркать спичкой о коробок, поднял глаза и увидел стоявшую в зарослях Леську в костюме химзащиты с противогазом.
Сначала Леха просто открыл рот и выронил папиросу, потом заорал. Леська стянула с себя маску, Леха ее узнал. Ничего не понимая и не в силах совладать со стрессом, он дрожащими руками снова достал пачку папирос, снова вынул одну и сунул в рот. В этот момент в заросли влезли мы с Юлькой. Леха оглянулся, опять взвизгнул и снова выронил папиросу изо рта. Юлька сняла солнцезащитные очки, Леха нас тоже узнал, но это не помогло. Он изумленно водил глазами, смотрел то на меня, то на Леську, то на Юльку, и ничего не мог сказать. Потом немного отошел и, слегка заикаясь, спросил, что мы тут делаем?
– Курить учимся! – нагло ответила Леська. – Вот, маскируемся, чтоб никто не спалил.
Леха еще с минуту таращился на нас, потом опять полез в карман, достал папиросы, угостил меня, Леську и одну взял себе.
– А мне? – возмутилась Юлька
– Юль, ну, ты-то куда? Ты ж нормальная девчонка! – с какой-то особой интонацией в голосе произнес Леха.
Юлька торжествующе посмотрела на нас с Леськой. В ее взгляде читалось: «Видали?! Вот он! Ценитель моих французских форм нашелся!» Со стороны казалось, что Юлькины «шапочки для близнецов» прям распирает от гордости и они вот-вот вылезут из-под фуфайки.
Мы с Леськой с трудом скрывали свое негодование. Ее четвертый и мой третий номер сформировавшихся женских достоинств как-то вдруг опали и уже не выглядели так дерзко и привлекательно. Я выбросила папиросу, Леська сделала то же самое и стала выбираться из кустов. Я схватила за руку Юльку и потянула ее за собой. Но она сопротивлялась. Пришлось взять ее за шиворот.
– Подожди! Я спрошу! – возмутилась Юлька и обратилась к Лехе. – А че ты каждый день через Светкин двор ходишь?
– А вы откуда знаете? – удивился Леха, потом смутился и пояснил. – Ну, чтобы с родителями по дороге случайно не встретиться. Я же днем курю, они запах от меня быстро учуют. Вот и хожу дворами…
– А куда ходишь-то? – не отставала Юлька.
– На тренировку! Тут недалеко мужик один в подвале клуб каратэ открыл, я уже второй месяц у него тренируюсь! Эй, подождите, девчонки! Ну, вы это классно придумали курить с маскировкой! Так вас точно никто не спалит! – Леха уже маленько пришел в себя и снова предпринял попытку закурить папиросу.
…Втроем мы брели вдоль железнодорожных путей к дому. У Леськи на лице читалось: «Ой, подумаешь, у меня этих Лех девать некуда!» Я со своими эмоциями так легко не справлялась и думала: «Эх, Леха, Леха…». И только Юлька светилась от счастья, потому что он при всех назвал ее нормальной девчонкой.
– Так, стоп! – я резко остановилась и задумалась. – А на крыльце школы он тогда, получается, Юльку высматривал что ли?
Юлька просияла, гордо выпрямила спину и выпятила свои «шапочки для близнецов» максимально вперед. Но вредная Леська быстро поставила ее на место.
– Как же! Нужна ему была какая-то Юлька! Сигареты он, скорее всего, стрелял у других старшеклассников. Вы видели, что он курит? Папиросы! И те, наверное, у бати тырит!
Леськины доводы прозвучали так логично, что даже Юлька резко погрустнела и сказала:
– Все, пойдемте уже переодеваться и уроки делать!
– Почему вдруг сегодня мы ни с того, ни с сего будем делать уроки? – удивилась я.
– Потому что парням нравятся умные девушки! Уж я-то знаю! – ехидно ответила Юлька.
А мы с Леськой недовольно переглянулись и поняли, что в этот раз нам абсолютно нечем крыть Юлькины аргументы…
Как одноклассница хотела скрыть беременность от гинеколога
У моей одноклассницы Леськи сразу после школы случился головокружительный роман. Поддавшись чувству и потеряв бдительность, она умудрилась забеременеть в 18 лет. Ухажер был таким же юным, но жениться был не прочь. А родители с двух сторон ломали голову над тем, где и на что будет жить молодая семья, в которой ни у кого не было ни образования, ни работы.
Родители невесты нашли выход: устроить Леську в регистратуру поликлиники на должность младшего регистратора. Туда брали без опыта, потому что и должность так себе, и зарплата мизерная. Но зато будет стаж и официально оплачиваемый декретный отпуск.
План был хорош, но в отделе кадров поликлиники предупредили, что если девушка собирается в декрет, то они ее не возьмут. Регистратура и так какое-то заколдованное место. Не успеет туда кто-то устроиться, как тут же беременеет и сбегает. Леська соврала, что не беременна, не замужем, и что в мыслях у нее ничего такого не было. Но ей сказали, что для устройства в медицинское учреждение нужно пройти медкомиссию, куда входит осмотр гинеколога.
Леська, по своей неопытности, надеялась, что она как-нибудь выкрутится и на комиссию согласилась. После комиссии она должна была зайти ко мне и все рассказать. В описываемый период времени сотовых телефонов еще не было, поэтому мне ничего не оставалось, как сидеть и ждать ее прихода. Очень интересно было узнать, удалось ли скрыть беременность от гинеколога.
В дверь позвонили, но это была не Леська, а другой одноклассник – Мишка. Он приходил ко мне поиграть в приставку, а я мирилась с его присутствием, так как это была некая дань. Он решал мне задачки по математике в школе. Эти компетенции я планировала возложить на него и во время моей учебы в вузе, поэтому он играл в приставку, сколько хотел.
Не успела я закрыть за Мишкой дверь, как явилась Леська, вся возбужденная и раскрасневшаяся. Мишка был рад встрече с одноклассницей, и намеки о том, что ему нужно свалить домой, проигнорировал. Он сказал, что мы ему не мешаем и можем болтать сколько угодно. Мы переглянулись. Как? Как рассказывать при парне, пусть даже однокласснике, про визит к гинекологу? Он же, к тому же, еще и разболтает всем. Но и ждать, пока он наиграется и уйдет, было невтерпеж.
– Эээ, Лесь, как ты сходила к этому… к стоматологу, – подмигнула я однокласснице, предлагая поговорить зашифровано.
– Ой, – воодушевилась Леська. – Представляешь, не успела я зайти, он мне с порога: раздевайтесь, ложитесь, ой, то есть, садитесь на кресло, раздвигайте, ой, то есть, раскрывайте рот!
– А ты?
– А ему говорю: че его раскрывать? У меня все зубы целые!
– А он?
– А он таким ехидным голосом: что вы говорите? Как это так? Вам 18 лет и у вас все зубы целые?
Мишка в этом момент многозначительно хмыкнул, но продолжал играть в приставку.
– Я, короче, этому врачу говорю: ну, не целые, но не болят, че там смотреть? А он свое долдонит: ложитесь на кресло, раздвигайте, ой, то есть, раскрывайте рот.
– И че дальше?
– Пришлось лечь и раздвинуть… челюсть!
– И что, он понял?
– Да за две секунды, даже без УЗИ. Вы, говорит, удалять планируете свои зубы или сохранять? Я сказала, что сохранять, а он говорит: ну, тогда на работу вас к нам точно не возьмут.
– Офигел совсем! – встрял в разговор Мишка. – Че за врач такой? Почему на работу только без зубов-то берут?
Мы с Леськой не выдержали и стали хохотать.
– Ну, и фиг с ней, с этой работой, – сказала Леська. – Я уж лучше свои зубы поберегу, не дай бог выпадут или осложнения какие, там на этой работе в регистратуре полдня на ногах стоять придется.
– Девчонки, кстати, – в голосе Мишки чувствовалась некоторая гордость. – Мне вот 18 лет и у меня тоже все зубы целые! Я их берегу.
Мы с Леськой зашлись в таком хохоте, что Мишка смутился и собрался домой. Он назвал нас дурами, так и не поняв, что смешного мы нашли в его зубах.
Приличная девушка Маша
В компанию моих бесшабашных подруг в студенческие годы каким-то ветром занесло вполне приличную девушку Машу. Они вместе снимали комнату на протяжении нескольких лет учебы в вузе. Это была тургеневская девушка с чистыми красивыми глазами и совершенно наивным взглядом на мир. Не знаю, почему они приняли ее в свою хищную стаю, возможно, из жалости. Маша абсолютно не знала жизни и верила всему, что ей говорят. Подруги, как могли, старались адаптировать ее к реалиям.
Первым делом однокурсницы решили найти Маше парня. Но это было непросто, потому что самомнение у этой скромницы было о-го-го – список требований к потенциальному кандидату зашкаливал. Они познакомили ее с Владиком – этаким щеголем-мажором из хорошо обеспеченной семьи. Владик тащился по приличным девушкам, и Маша ему поначалу понравилась. Он сразу пригласил ее на свидание в паб.
У Маши слово «паб» почему-то ассоциировалось с литературой, и она не понимала, куда шла. В этом самом пабе, кстати, ирландском, Маша с неудовольствием увидела, что Владик – парень пьющий. Много пьющий. Чем больше он пил, тем больше у него развязывался язык, и он нес всякую околесицу. А Маша сидела с чашкой кофе, который, возможно, до нее здесь никто никогда не заказывал.