Светлана Казакова – Наследница древней магии (страница 22)
– Вы так хорошо его помните?
– Если бы перед вами все время этой штукой крутили, вы бы тоже запомнили, миз! Очень она любила свой медальон-то. Хвасталась перед прислугой что та сорока.
– А не рассказывала, откуда он у нее?
– Чего не знаю, того не знаю, миз! Все догадывались, конечно, что парень какой-то подарил. Девка она была видная, справная… А вот так не повезло, не успела даже невестой побывать… Эх, грехи наши тяжкие…
– В прошлый раз вы не договорили, – напомнила я, желая задать интересующие меня вопросы. Лучше уж сейчас, пока она не занята. – Что случилось, когда дети Милтонов вернулись из школ? Леди Глау… будущая леди Глау и ее братья. Они больше не приятельствовали с миз Ричмонд, отвергали ее?
Я не сомневалась в том, что ответ будет утвердительным. Ведь, повзрослев, дети лорда наверняка понимали, что между ними и дочерью простого управляющего, который работал на их родителей, лежала пропасть, которую не преодолеть даже в память о детской дружбе. Но собеседница меня удивила.
– Она сама отказалась с ними водиться, миз. Сказала, что не хочет как собачонка бегать за господами. Дескать, неподходящая они для нее теперь компания.
Я задумалась. В таком случае моя теория грозила рассыпаться. Если Джеральдина Ричмонд не сближалась с сыновьями Милтонов, то как могла случиться между ними тайная любовная история? Неужели я ошибалась? Но… чьи же тогда письма лежали на чердаке?
– От миз Ричмонд осталось что-нибудь? Дневники, записки… Или ее отец все забрал? – спросила я, замирая в ожидании ответа.
Если найти что-то вроде этого, хоть строчку, написанную ее рукой, можно сличить почерки!
Глава 38
Тетушка Берта ненадолго задумалась, затем пожала плечами.
– Поищу. А теперь, миз, возвращайтесь-ка к своей работе, не путайтесь под ногами! Мне ужин готовить надобно – лорд Винтергарден сказывал, что гостя к вечеру ждет.
Я насторожилась. Какого еще гостя? Мне маг ничего подобного не говорил.
– Но ведь нельзя принимать гостей, – пробормотала я. Неужели он пригласил кого-то на нашу помолвку? – Траур же.
– Чего не знаю, того не знаю, миз! Мое дело маленькое. Сказано готовить – я и готовлю.
– Что ж, спасибо.
Я вернула медальон обратно в карман и отправилась в ученическую. Аланна и Кэйти как раз успели заскучать и немедленно запросились на прогулку. Погода сегодня была значительно лучше, чем вчера, так что я не стала отказывать и, набросив поверх платья накидку, вышла с девочками в сад.
Где и наткнулась на мальчишку в форме почтового посыльного.
– Кто здесь будет миз Лоренц? – осведомился он.
– Это я, а что?
– Вот, миз, вам посылочка!
Он вручил мне небольшой, достаточно легкий сверток, обернутый в коричневую почтовую бумагу и перевязанный бечевкой. На свертке помимо моего фальшивого имени и адреса поместья значилось также имя отправителя. Им оказался Клаус Майер.
– Ого, миз! – заглянула через мое плечо Аланна. – Это ведь тот самый наблюдатель за птицами! А вы не на шутку его зацепили!
Судя по почтовому штемпелю, посылка была отправлена из столицы Ангориана – страны, откуда я приехала в Элхорн. Выходит, господин Майер вернулся на родину. Но с чего бы ему присылать мне подарки?..
– Открывайте же, миз! – нетерпеливо потребовала Кэйти.
– Открывайте скорее! – вторила ей старшая сестра.
Я развязала жесткую бечевку, развернула бумагу. Под ней оказалась еще одна – куда более тонкая, украшенная изящной вязью узоров. В эту бумагу была завернута коробка конфет, которые делались в лучшей кондитерской Ангориана, а к сладостям приложена открытка с изображением пышных алых роз.
«Сокрушаюсь, что не могу вручить этот подарок лично, дорогая миз Лоренц, но, к сожалению, дела задерживают меня вдалеке от вас. Надеюсь, что у вас все благополучно.
– Ах, как романтично! – восхищенно вздохнула Аланна, сунув любопытный нос в открытку. – Как он красиво ухаживает за вами, миз! Вот бы и мне когда-нибудь оказывали такие же знаки внимания!
– Рано тебе еще о таких вещах думать! – отозвалась я, поглаживая кончиками пальцев шероховатую поверхность открытки. Мысли путались. Я и не догадывалась, что вызвала такой интерес у этого молодого человека.
И откуда ему известно, что это мои любимые конфеты?..
Наверное, догадался случайно.
– Мы ведь можем их попробовать? – спросила, кивнув на коробочку, младшая барышня Милтон.
– Сладкое после ужина! – заявила я в ответ. – Мы не будем портить аппетит. Всему свое время.
Но ужинала я в этот вечер не с воспитанницами. Меня пригласили спуститься в столовую. Впервые за все то время, что я в особняке.
Таинственный гость Доминика к тому времени уже прибыл. Об этом мне, разумеется, доложила Энни. Она же помогла одеться к ужину, сама я не справлялась даже с завязками на корсаже платья – дрожали руки.
Ведь сегодня тот самый вечер, когда я обручусь с магом! Как это будет? Он официально сделает мне предложение стать его невестой? Наденет кольцо? Может быть, и гость приглашен в качестве свидетеля?
Да, наверняка так и есть.
Подумалось вдруг – если я не нахожу себе места от волнения перед фиктивной помолвкой, то каково же будет накануне помолвки настоящей?
– Вы прекрасно выглядите, миз Лоренц! – всплеснула руками горничная, когда я уже стояла перед зеркалом в зеленом – подходящем под цвет волос – платье, с убранными в прическу непокорными локонами и с тонкой ниточкой бус из бирюзы на шее. В прежней жизни это было самое скромное из моих украшений. Память о детстве. Сейчас оно оказалось очень кстати. – Настоящая аристократка!
– Спасибо, Энни, – тепло улыбнулась я ей.
Лорд Винтергарден и его гость, оказавшийся высоким, довольно привлекательным брюнетом лет сорока, уже сидели за накрытым столом. Одна Мередит Глау опаздывала. Поприветствовав обоих мужчин, я заняла место напротив главы Тайной канцелярии, отчаянно чувствуя себя не в своей тарелке. Пальцы все еще подрагивали, и я едва не забыла, за какую вилку браться первой, когда леди Глау наконец-то появилась. Зато маг в отличие от меня самой выглядел поразительно спокойным, вот только почему-то не спешил представлять своего гостя, который с интересом поглядывал в мою сторону.
Мередит явно не понравилось, что я пришла ужинать вместе с ними. Ее красноречивый взгляд без слов говорил: «Что она здесь делает?» Но спорить при мужчинах она не стала, лишь надула губы и выпила два полных до краев бокала красного вина.
Я же почти не пила, лишь слегка пригубила, когда передо мной тоже поставили бокал. И без того была напряжена как струна, каждую минуту боясь сказать или сделать что-нибудь не то. А затем лорд Винтергарден поднялся, взяв слово, и мне показалось, будто я, потеряв опору, падаю вниз. Совсем как та провалившаяся в кроличью нору девочка из элхорнской сказки, которую я недавно читала Кэйти. И впереди – неизвестность.
– Сегодня я хочу заявить о своем намерении соединить свою судьбу с девушкой, находящейся за этим столом, – проговорил он. – Как и положено, в присутствии двух свидетелей разного пола, я предлагаю ей это кольцо. Вы примете его, миз?
Все взгляды обратились в мою сторону. Яростный, возмущенный – леди Глау. Пытливый, любопытный – человека, чьего имени я не успела узнать. И внимательный, затягивающий в янтарную глубину – Доминика Винтергардена. Мужчины, который делал мне предложение. Не знай я о нашем обмане, решила бы, что все по-настоящему, так он на меня смотрел. И в его руках было золотое кольцо, которое легко скользнуло на безымянный палец моей левой руки после того, как я растерянно кивнула в ответ.
– Этим кольцом я обручаю тебя и клянусь быть твоим во всех именах и рождениях. Скажите, что принимаете мое кольцо, и повторите слова клятвы, миз Лоренц, – шепнул мне маг, наклонившись к моему лицу, словно хотел поцеловать. – Так нужно.
– Я принимаю ваше… твое кольцо и клянусь быть твоей во всех именах и рождениях, – послушалась я, решив не нарушать традиции чужой страны.
Я думала, что на этом все закончится, но внезапно гость тоже встал из-за стола и соединил наши руки – лорда Винтергардена и мою, которую тот все еще держал в своей теплой ладони.
– Своей волей и властью, данной мне Единым, королевской кровью и непреложными законами Элхорна, я объявляю вас мужем и женой во всех именах и рождениях, как гласит свадебная клятва.
– Но… ваше величество… она ведь всего лишь гувернантка… – ошеломленно выдохнула Мередит Глау, тяжело оседая на стуле. Похоже, леди упала в обморок. И я была готова присоединиться к ней.
Глава 39
Я ничего не понимала. Все происходящее становилось какой-то фантасмагорией – как в той книге с девочкой и кроличьей норой, кстати говоря. Оставалось только появиться Мартовскому Зайцу с чаем, и я бы окончательно пришла к выводу, что просто сплю и вижу сон.
Но оставалась в реальности.
В столовой мы были одни, без прислуги, так что Доминик Винтергарден сам бросился приводить в чувство Мередит Глау. Брызгал ей в лицо водой, осторожно тряс за плечо, но пока безуспешно. В сознание она не приходила.
Вот как ее потрясло случившееся.
Но еще сильнее это ошеломило меня. Мы ведь договаривались всего лишь о помолвке! О фиктивной помолвке, чтобы ему позволили стать опекуном племянниц!
Да и вообще, разве так устраиваются свадьбы? Где же священнослужитель и долгие церемониальные речи? И мы ведь не в храме!