Светлана Казакова – Гостиница для попаданки и сто проблем в придачу (страница 19)

— Непременно, госпожа, — бесстрастно ответил призрак. — Но не сегодня.

— Запасные двери есть?

— Были. Четыре штуки.

Я решила не уточнять, где сейчас эти четыре штуки, и шагнула в проём.

— Госпожа! Рил! — из дыры в двери высунулась лохматая голова магистра фон Шторма, и его глаза за толстыми стёклами очков радостно блеснули. — Заходите, заходите! Я вас ждал! Ждал, ждал, ждал!

Он говорил так быстро, что слова сливались в один сплошной поток. Я даже не сразу поняла, что он вообще сказал.

— Мы пришли, — ответила я, переступая порог.

Внутри подвал оказался гораздо просторнее, чем я думала. Наверное, под землю уходило не меньше половины дома. Стены были увешаны полками с банками, склянками, мешочками, пучками сушёных трав и прочими непонятными предметами. Я насчитала как минимум три полки, заполненных чем-то, что шевелилось. В центре стоял огромный стол, заваленный ретортами, горелками, книгами и исписанными листами. Над столом висела сушёная связка каких-то кореньев, и они медленно вращались, будто кто-то невидимый крутил их за ниточку.

— Садитесь, садитесь! — магистр суетился, сгребая с единственного свободного стула какие-то бумаги. — У меня для вас новости! Потрясающие новости! Сногсшибательные! Я не спал три ночи!

Да уж, новости потрясающие…

Я села на предложенный стул, оглядываясь по сторонам. Ларитье остался стоять, прислонившись к косяку с видом «я здесь просто из вежливости», но я заметила, как он напряжён. Его взгляд скользил по полкам, по склянкам, по столу — как будто он оценивал уровень безумия нашего зельевара.

— Ваш эликсир правды? — спросила я, чтобы начать разговор.

— Готов! — Зельевар подлетел к столу и с гордостью водрузил передо мной склянку с переливающейся золотистой жидкостью. Она пульсировала мягким светом, как живая. — Усиленная формула! Если добавить каплю крови того, кто ищет ответы, путевик заговорит. Не просто покажет обрывки, а именно заговорит! Словами! Я проверял! Теоретически!

— Теоретически? — переспросила я.

— Ну… — магистр замялся. — Практически я не проверял, потому что на путевике проверять страшно, а на ком-то другом — бессмысленно. Но формула безупречна! Абсолютно безупречна! Я в ней уверен!

— Насколько безупречна? — уточнил Ларитье, подходя ближе.

— Настолько, что я готов поставить на кон свою репутацию! — гордо заявил зельевар. — А она, между прочим, чего-то стоит! Я главный королевский зельевар! В отставке, но всё же.

Ларитье взял склянку, повертел в руках, понюхал. Жидкость вспыхнула ярче, будто узнала в нём родственную кровь.

— Что-то в этом есть, — признал он. — Моя кровь на неё откликается.

— Конечно, откликается! — Зельевар аж подпрыгнул от возбуждения. — Божественная кровь! Вы даже не представляете, какая это редкость! Я всю жизнь мечтал! И вот, пожалуйста — вы сами пришли, сами дали кровь, сами…

— Я ещё не давал, — перебил Ларитье.

— Но дадите? — Зельевар посмотрел на него с такой мольбой, что я невольно усмехнулась.

Ларитье вздохнул.

— Дадите, — сказал я за него. — Ты же сам хочешь знать правду.

— Хочу, — признал он. — Ладно. Давайте проверим эликсир. Но сначала — кровь.

— Да-да, конечно! — Зельевар достал крошечный стилет, вытер его о полу халата и протянул Ларитье. — Совсем немного! Каплю! Одну каплю!

Тот уколол палец. Из ранки выступила кровь — и я замерла. Она светилась. Слабым золотистым светом, как будто внутри неё горел маленький огонёк. Капля упала в склянку, и эликсир вспыхнул — ярко, ослепительно, на секунду озарив весь подвал золотым сиянием.

— Великолепно, — прошептал зельевар, прижимая руки к груди. — Просто великолепно. Божественная кровь в чистом виде… рил, вы позволите мне взять ещё? Для исследований? Для науки? Для…

— Потом. — Ларитье убрал руку. — Сначала путевик.

— Да-да, конечно! — спохватился магистр. — Но для проверки эликсира мне нужен доброволец. Кто-то, кто не знает, что скажет правду, чтобы мы могли сравнить.

— У нас есть на примете доброволец? — спросила я.

— Есть, — Ларитье кивнул в сторону двери.

Договорить он не успел. В дверях лаборатории появился блондин из свиты Примы, держа в руках поднос с завтраком. Он выглядел заспанным, волосы торчали в разные стороны, и он явно не ожидал увидеть нас здесь.

— Господин зельевар, вам велели передать… — начал он, но магистр уже подскочил к нему.

— Отлично! Прекрасно! Вы нам нужны!

— Что? Я? — Блондин попятился. — Я только завтрак принёс, я…

Зельевар схватил склянку с эликсиром и ловко влил ему в рот.

На секунду ничего не происходило. Блондин закашлялся, вытер губы, хотел что-то сказать. Потом его глаза остекленели, лицо застыло, и он заговорил — монотонно, безжизненно, как заводная кукла:

— Меня зовут Лоренц. Мне тридцать два года. Я наёмник. Мои братья — не братья. Мы все трое наёмники. Нас наняли полгода назад. Сказали войти в свиту Примы Каризо и ждать сигнала.

Я переглянулась с Ларитье. Он сжал кулаки.

— Кто нанял? — спросил он.

— Не знаю. Посредник. Но заказчик очень заинтересован в Лесе. В чём-то, что там растёт. Мы должны были дождаться полнолуния и собрать…

— Что собрать?

— Не знаю. Нам не сказали. Посредник должен был передать инструкции перед самой ночью. Мы ждали сигнала.

— Где посредник?

— Не знаю. Он связывался через артефакт. Я никогда его не видел.

Ларитье задал ещё несколько вопросов, но Лоренц уже исчерпал запас информации. Он повторял одно и то же: наёмники, полгода, посредник, полнолуние.

Потом его глаза сфокусировались. Он моргнул, огляделся и с ужасом уставился на нас.

— Что… что я сказал?

— Ничего важного, — мягко сказала я, забирая у него поднос. — Спасибо за завтрак. Можете идти.

Он ушёл, шатаясь, потирая виски. Я смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри закипает злость. Шпионы в моём доме. Наёмники. И кто-то за ними стоит.

— Трое наёмников, — сказал Ларитье, когда мы остались одни. — И цель — Лес.

— И Прима, скорее всего, не в курсе.

— Или притворяется.

— Вряд ли. — Я покачала головой. — Она слишком хорошая актриса, чтобы так плохо притворяться.

Ларитье усмехнулся. В его усмешке было что-то горькое.

— Неожиданный аргумент.

— Я полна неожиданных аргументов. — Я вздохнула. — Но сейчас нам нужно понять, что они ищут в Лесу.

Зельевар, который всё это время стоял в стороне, потирая руки и переводил взгляд с меня на Ларитье, вдруг хлопнул себя по лбу.

— Полнолуние! — воскликнул он. — Вот оно что!

— Что — оно? — спросила я.

— В полнолуние на путевике появляются «слёзы». Капли росы, которые обладают огромной магической силой. Если их собрать в нужную фазу, можно сделать зелье, способное подчинять волю. Целых армий!

Я почувствовала, как похолодело в груди.

— Зелье, подчиняющее армии?

— Теоретически, — кивнул зельевар. — Я думал, это легенда. Но если кто-то охотится за «слезами»… значит, он знает, как их использовать. И это… это…