Светлана Казакова – Чайная магия (СИ) (страница 22)
А вот то, что он сказал про господина Альберрана…
Без аппетита принимаясь за вкусные блюда, Летиция вспоминала его лицо – с правильными чертами, живое, довольно приятное. Его одежду, которая показалась ей поначалу слишком уж франтоватой. Его умный взгляд.
Да, она не могла не признать, что представитель Службы Правопорядка, которого она некоторое время назад впервые встретила на кладбище, весьма симпатичный молодой человек. Несмотря на своё скромное происхождение и род занятий, он умел держаться с достоинством. А порой казалось, будто, погрузившись в беседу, они становились почти на равных, что Летицию совершенно не смущало, потому что…
А почему, кстати?..
Задумавшись, она машинально отправила в рот ложку только что поданного кушанья и жадно глотнула воздух, поразившись остроте блюда.
– Ты что, карри никогда не ела? – заметил её реакцию кузен.
Летти немедленно вспомнилось, как Рохан Чаудхари расписывал ей достоинства своего повара, который отменно готовил карри. И снова перед внутренним взором князь появился как живой, и её словно обожгло его тёмным взглядом. Вздрогнув, она отложила вилку.
– Мне не хочется есть.
– Неужели кончина Джерома Эрделлина настолько тебя расстроила?
– Вовсе нет. Просто… Мне не по себе, когда я думаю обо всём, что случилось.
– Ты что-то знаешь?
– Если бы я могла… действительно могла помочь следствию, то уже давно всё бы рассказала.
Да, факт о шантаже Летиция утаила, но зато выдвинула предположение, будто убитый мог вымогать деньги у преступника. И эта мысль Альберрану понравилась. Возможно, она укажет ему путь к разгадке.
– Послушай, ты снова скажешь, что я забочусь только лишь о деньгах, но это не так, – серьёзно произнёс Саймирен, отодвинув тарелку. – Ты дорога мне, Летти. У нас не слишком-то много родственников, так что нам надо держаться вместе.
«Не только родство по крови делает людей близкими, – мысленно ответила Летиция. – Иногда оно и вовсе ничего не значит. Но, если бы ты был мне просто братом и не предлагал то и дело себя в мужья, всё стало бы гораздо проще».
Вслух однако Летти ничего не сказала, понимая, что едва ли кузен поймёт, а погружаться в очередной бесплодный спор не хотелось. Она чувствовала себя усталой, будто минуло не полдня, а целая вечность. Стефан Альберран сейчас наверняка бегает по городу, опрашивая людей и не давая себе ни минуты передышки. Вот бы помочь ему… Но как?
Сказав, что у неё разболелось голова, Летиция наконец-то выпроводила задержавшегося гостя и поднялась в свою спальню. Виски действительно точно обручем сжимало, и пришлось распустить волосы. Несколько раз проведя по ним расчёской, девушка прилегла на край кровати и сама не заметила, как заснула.
Во сне она видела Броктонвуда, который кружил её по огромному бальному залу под звучавший из ниоткуда траурный марш. Остекленевшие глаза Финнеаса смотрели на неё, тонкие губы кривились в усмешке, и с них капала пена. Оттолкнув его, Летти со всех ног бросилась прочь и столкнулась с Джеромом Эрделлином – из его разбитой головы сочилась кровь, но он, будто не замечая, широко улыбался и протягивал ей письмо, говоря: «Как вы и просили, изложил все свои условия».
Вскрикнув, Летиция метнулась на поиски выхода из зала, но со всех сторон её окружали люди со страшными искажёнными лицами, и каждый с глумливым смехом повторял: «Альда Броктонвуд, альда Броктонвуд, альда Броктонвуд!»
Проснувшись, Летти с облегчением обвела взглядом знакомые светлые стены комнаты. Сердце бешено колотилось, руки дрожали, бросило в холодный пот. Сон оказался пугающе реалистичным – даже пробудившись, девушка словно чувствовала, как прикасаются к ней холодные пальцы покойного жениха.
Вспомнилось, как в детстве, когда ей снились кошмарные сны, матушка, не доверяя в этом няням и гувернанткам, сама заглядывала в комнату дочери, гладила по волосам, напевала колыбельную, и страх уходил. Но сейчас некому было прийти и утешить, отгоняя навеянную сновидением зябкую дрожь во всём теле. Летиция укуталась в шаль и обхватила себя за плечи.
Глава 19
Выходной день подошёл к концу, а на следующий Летиция снова отправилась в чайную. За окошками кареты мелькали знакомые с детских лет улицы столицы. Дома горожан, выстроенные в разные годы и отчётливо свидетельствующие о том, как менялась за прошедшее время архитектурная мода, высокие шпили храмов, зелёные парки, согретые непривычно ярким солнцем. Цветочницы продавали букеты, газетчики разносили свежую прессу, откуда-то звучала мелодия шарманки. Жизнь текла своим чередом.
Летти ощущала неясную тревогу, которая становилась с каждой минутой всё сильнее. Хотелось куда-нибудь спрятаться, чтобы хотя бы ненадолго позволить себе поверить в то, что ничего страшного не произошло, и она в безопасности. Но после вчерашнего дневного сна девушка чувствовала себя лисицей, бегущей по лесу, в котором расставили охотничьи капканы.
Кто он, убийца, который отправил на тот свет сначала Финнеаса Броктонвуда, а затем и Джерома Эрделлина? Двух молодых аристократов, двух приятелей, практически неразлучных друг с другом ещё со школы. Связан ли этот неизвестный человек с ней, Летицией Мортон? Знала ли она его? Видела ли хоть однажды?
Ответов не было. И у Стефана Альберрана пока тоже. Впрочем, Летиции не хотелось его упрекать – представитель Службы Правопорядка старался выяснить истину, не жалея себя, и не его вина, что преступник оказался хитроумным, ловким и незаметным, как тень.
Почему-то нынче её не порадовала даже вывеска «Чая и сладостей». Работать Летти нравилось, но сегодня отчего-то она с трудом неохотно переступила порог принадлежащего ей заведения. Её встретили Говард и Доркас, да и всё остальное выглядело как обычно, но девушка поприветствовала служащих рассеянно и заспешила в кабинет, куда её гнала безотчётная тревога.
Оказавшись наконец-то на месте, Летиция направилась к столу. Села в кресло, сжимая в руках связку ключей, среди которых имелся и тот, что открывал ящик стола. Пальцы её почему-то дрожали, попасть в маленькую замочную скважину удалось не сразу. А, когда открыть замок всё же получилось, письма Эрделлина в ящичке она не обнаружила. Несколько раз перетряхнув все лежащие там бумаги, вынуждена была признать, что оно бесследно исчезло.
Летти ощутила вдруг, что ей не хватает воздуха. Казалось, будто кабинет начал сужаться, со всех сторон её обступали стены, а потолок медленно опускался вниз, грозясь раздавить её, как муху. Кое-как взяв себя в руки, она смочила водой из графина носовой платок, провела по лицу прохладной тканью и сделала несколько глубоких вдохов, убеждая себя в том, что ещё может дышать, а стены и потолок над головой остались на месте.
Перебирая в памяти события того дня, когда ей пришло письмо от шантажиста, Летиция вспомнила, как услышала крик Доркас и помчалась в кладовую. Заперла ли она тогда дверь? Где оставались ключи? Они слишком тяжёлые, потому носить их на шатлене оказалось неудобно. Но тогда…
В коридоре Летти столкнулась с Говардом. Ни он, ни Доркас не могли войти сюда и забрать письмо, поскольку находились рядом с ней. Да и к чему бы они стали так делать? Повар практически никогда не отлучался с кухни, а другая работница по имени Ивонн наверняка в то время находилась в общем зале, который не разрешалось оставлять пустым. Ведь, отправившись в кладовую, Доркас должна была оставить кого-то вместо себя на случай, если заглянут клиенты.
Дверь в кабинет Летиция лишь прикрыла в спешке, но ящичек в столе заперла накрепко, это помнилось хорошо. К тому же, никто не видел, как она прятала письмо. Никто не видел и того, как она читала его – даже управляющий, который принёс запечатанный конверт.
Летти поднялась с места, подошла к двери, выглянула, размышляя о том, как у кого-то могло бы хватить времени войти в её кабинет, отыскать среди множества ключей нужный, открыть ящик стола и украсть письмо.
Да ещё и провернуть всё достаточно быстро – за то время, пока она успокаивала перепуганную Доркас, заявлявшую, будто видела в кладовой маленьких человечков, и уверенную, что они ей вовсе не почудились!
Но зачем забирать конверт? Кто мог знать, что в том письме? Как кто-то увидел бы, куда она его спрятала? Она ведь совсем одна находилась в кабинете. И никому, ни единой живой душе не рассказывала о том, что альд Эрделлин вымогал у неё деньги!
Летиция отчаянно пожалела о том, что не сожгла сразу отвратительное послание шантажиста, как ей того хотелось. Напрасно, ох напрасно сохранила его! Если бы имелась возможность вернуться в прошлое, она ни минутки бы не колебалась, а немедленно уничтожила бы письмо, оставив от бумаги лишь горстку пепла.
Но кто знал, что Джерома тоже убьют, как и Финнеаса? Вернее, убили его по-другому, но результат-то один. Ни тот, ни другой никогда больше не появятся на её пороге.
– Альда Мортон, вы здесь? – услышала знакомый голос Летти, снова низко наклонившись над ящиком, который уже несколько раз успела обыскать. Даже из пазов его вынула, чтобы проверить, не завалился ли конверт каким-то образом за него. – Доброе утро! Альда Мортон… Простите, что я решился войти, не поговорив сперва с вашим управляющим, но я ведь не первый раз к вам прихожу.