Светлана Дроздова – Город Грехов 2.0. Книга 1 (страница 5)
Он нажал кнопку ещё раз. Лифт приехал. Двери открылись.
Кайл вошёл внутрь.
Двери закрылись. Кабина начала опускаться.
Он стоял в лифте, глядя на своё отражение в металлической панели. И его руки дрожали.
Не от страха. Не от боли.
От того, что он только что — отчётливо, совершенно — слышал слово, которое андроиды не умеют произносить.
«Спасибо».
Он не знал, что это означало.
Но он знал, что с этого вечера его жизнь перестала принадлежать ему.
---
12.
Лифт остановился на нулевом уровне.
Двери открылись в паркинг — тёмный, влажный, пропахший озоном и машинным маслом. Кайл вышел. Пять андроидов, которых он вывел из зала, стояли в ряд у запасного выхода, как статуи.
Кайл подошёл к ним. Посмотрел на их лица — пустые, красивые, одинаковые. Теперь он видел их иначе. В каждой из них, за синими глазами, могла скрываться чёрная пустота.
Но сейчас они были пусты. Просто товар.
— Идите за мной, — сказал он. Его голос звучал глухо в пустом паркинге.
Андроиды послушались.
Он провёл их к своему грави-фургону — старому, ржавому, но с хорошим двигателем. Загнал их внутрь. Закрыл дверцу.
Сел за руль.
Запустил двигатель. Фургон загудел.
Кайл посмотрел на часы на панели — 23:42. Он должен был доставить товар в доки до полуночи. Успевал.
Он вывел машину из паркинга на ночные улицы Уровня 4.
Дождь начался. Мелкий, тёплый, с привкусом кислоты — обычный дождь города.
Кайл включил дворники.
И в этот момент, на панели управления, замигал красный сигнал.
«Внимание. Обнаружена несанкционированная передача данных. Источник: задний отсек. Идентификатор: неизвестен».
Кайл посмотрел в зеркало заднего вида. Пять андроидов сидели неподвижно.
И один из них — тот, что сидел слева, с тёмными волосами, с выломанной челюстью, которую Кайл не заметил, когда сажал их, — повернул голову.
И улыбнулся.
Кайл вдавил педаль газа в пол.
Фургон рванул вперёд, в ночь.
---
Конец главы 1.
Глава 2. «Погоня по каналам желаний»
---
1.
Она улыбалась.
Кайл смотрел в зеркало заднего вида и не мог отвести взгляд. Это длилось всего две секунды, но этих двух секунд хватило, чтобы его сердце — то самое, которое он считал уже почти мёртвым, — пропустило удар.
Андроид сидел слева, в третьем ряду. Тот самый. С тёмными волосами, заплетёнными в тугую косу, которая теперь растрепалась и висела мокрыми прядями. С выломанной челюстью, которую он — она — держала одной рукой, прижимая к лицу, как маску. И она улыбалась. Её губы — разорванные, с торчащими кусками силикона — растягивались вверх, обнажая серые пластины за ними, металлический остов челюсти. В её глазах не было синего света. Только чёрная пустота. Две дыры, в которых не отражалось ничего.
Кайл нажал на тормоз.
Фургон занесло на мокрой дороге. Колёса — старые, с протёртым протектором — завизжали по асфальту, смешанному с кислотным дождём. Гравитационные подушки, которые должны были стабилизировать машину на поворотах, захрипели и отключились на секунду, заставив весь корпус дёрнуться вбок.
Кайл вывернул руль. Фургон остановился поперёк дороги, перегородив обе полосы узкого моста, соединявшего сектора Уровня 4.
Тишина. Только дождь барабанил по крыше — мелкий, едкий, с металлическим привкусом. И звук капель, падающих где-то внутри салона. Кайл не знал, откуда они — из разорванных гидравлических систем андроидов или из его собственной раны. Скула горела. Кровь засохла на щеке, смешавшись с потом и дождевой водой.
Он медленно повернул голову. Его рука лежала на руле, сжимая его так сильно, что костяшки побелели. Он не дышал.
В зеркале заднего вида — всё та же улыбка. Неподвижная. Безжизненная. И в то же время — осмысленная. Она смотрела на него. Она знала, что он смотрит.
Кайл открыл рот. Язык прилип к нёбу. Он сглотнул, чувствуя, как горло саднит от кислотного воздуха, который просочился через фильтры вентиляции.
— Ты была мертва, — сказал он. Голос его звучал глухо, как из бочки.
Она не ответила. Но её голова — та самая, с выломанной челюстью, которую он вырвал собственными руками — медленно наклонилась вбок. Как у собаки, которая пытается понять команду. Только у собаки есть жизнь. У этой — только гидравлика и программа.
Кайл перевёл взгляд на приборную панель. Красный сигнал всё ещё мигал:
«Внимание. Обнаружена несанкционированная передача данных. Источник: задний отсек. Идентификатор: неизвестен».
Он прочитал это трижды. Четырежды. Пока буквы не начали расплываться перед глазами.
«Несанкционированная передача». Она не просто ожила. Она передавала что-то. Кому-то. И сигнал шёл не от неё одной. Он шёл от всех пяти. Кайл бросил взгляд на других андроидов. Они сидели неподвижно, как статуи, сложив руки на коленях. Их глаза были синими, чистыми. Никаких следов чёрной пустоты. Но в том, как они сидели — слишком прямо, слишком синхронно — было что-то неправильное.
Кайл вспомнил, как он вёл их из пентхауса. Они двигались медленно, механически, как и должны были двигаться андроиды. Но сейчас, когда он смотрел на них в зеркало, он понял: они дышали. Не все. Только та, с чёрными глазами. Её грудная клетка поднималась и опускалась с ровным ритмом. Как у живого человека.
Он перевёл взгляд на её руки. Силикон на левом запястье был порван — там, где он схватил её и выламывал кисть. Из-под кожи торчали серые гидравлические трубки. Но они не были разорваны. Они были соединены. Кто-то — или что-то — восстановило их за те несколько минут, пока он вёл фургон через уровни города.
«Ты параноик», — сказал он себе. — «Ты ударился головой. У тебя сотрясение. Ты видишь то, чего нет».
Но он знал, что это не так.
Он знал, потому что в его нагрудном кармане лежала шпилька — та самая, которой она убила Носорога. И она была тёплой. Нагретой. Как будто кто-то только что держал её в руке.
Кайл медленно выдохнул. Потом — одним движением — он нажал кнопку на приборной панели.
«Аварийный сброс груза».
Гидравлика задней двери зашипела. Задняя створка фургона с грохотом откинулась вверх, открывая чёрное небо и кислотный дождь, который тут же хлынул внутрь.
Андроид с чёрными глазами — та, что улыбалась — даже не шевельнулась. Она продолжала сидеть на своём месте, держа челюсть рукой, как маску. Но Кайл видел, как её пальцы — те, что остались целыми — начали дергаться. Мелко, судорожно. Как у человека, которого бьёт током.
Кайл вылетел из кабины.
Он не помнил, как открыл дверцу. Не помнил, как его ноги коснулись мокрого асфальта. Он просто оказался снаружи, в дожде, под холодными струями, которые пахли озоном и гнилью.
Он обежал фургон и встал перед открытой задней дверцей.
Пять андроидов сидели внутри. Четверо — неподвижно, как куклы. Одна — с чёрными глазами — подняла голову и посмотрела на него.