Светлана Дмитриева – Под маской Венеции (страница 6)
«Гондола!» – вдруг осенило Женечку. Сама по себе данная ситуация уже вызывала уйму вопросов, но даже не это было главным. Другое беспокоило девушку. А вот что – она пока не могла понять.
Евгения осмотрелась. Лодка выглядела как-то уж чересчур помпезно: бархат, покрывающий сиденья, позолоченные украшения, ковры под ногами. «Ну и кич!» – безо всякого романтизма подумала Женечка. Затем она оглядела себя. Брючный костюм, в который она была одета, куда-то исчез. Вместо него появилось бежевое атласное платье, тяжелая юбка которого волнами спускалась вниз, полностью закрывая ноги. И еще корсет – он едва позволял дышать. В руках Женечки была маска, но не обычная – прикрывающая глаза, которую она как-то примеряла в театре для одного спектакля – а круглая, на все лицо. Почему-то без выреза для рта. С внутренней стороны маски была вшита большая бусина. «La Moretta» – промелькнуло в голове у Женечки.
Она все еще находилась в недоумении.
«Как я попала на эту репетицию? Да еще и генеральная, с костюмами и, судя по всему, в павильон вбухали кучу денег. Очень натуралистично. Наши такое не осилят. Так, стоп! Кажется, я поняла, что не так. – Женечка еще раз прислушалась к себе. – Я… я думаю на итальянском!»
В языках она не разбиралась, но в своей догадке была совершенно уверена. В их доме с детства пел Челентано – бабушкин кумир. Уж эти-то «чао» и «ариведерчи» ни с чем не спутать.
«Это что же получается? – ужаснулась она. – Неужели мне в голову вмонтировали чип, и теперь я – агент тайной разведки? Нет, бред! – тут же возразила сама себе девушка. – Такое случается только в фильмах».
В этот момент лодка пришвартовалась.
– Приехали, синьорина! – крикнул гондольер, очевидно, обращаясь к Женечке. Она поднесла маску к лицу и обхватила губами бусину. Тьфу, ну и придумал режиссер! А говорить-то как? Может, роль второстепенная?
Женечка выбралась из фальце наружу, сунула лодочнику несколько монет и ступила на берег. Огляделась. Никаких других актеров рядом не было. «Надо хоть мужика в лодке спросить», – спохватилась Женечка, но гондола уже маячила где-то посередине канала.
«Зайду в кофейню, выпью шоколаду, – пронеслось в голове у девушки, и она уверенно пошла вперед. – А тут симпатично».
Женечка проходила мимо небольших, но изысканных казини. Был вечер. Из окон домов доносилась музыка, смеялись женщины, где-то пьяно пел хор мужских голосов. Вдруг справа от девушки мелькнула чья-то тень, и тут же перед ней материализовался какой-то тип в треуголке и черном плаще. Высокий и тощий. Его лицо тоже скрывала маска.
– Белла! Белиссима! – прошелестел незнакомец.
– Вообще-то, я Женя. А Белла – моя дублерша, Терентьева. Но она совсем играть не умеет, – Женечка забылась и выпустила бусину изо рта. Противная маска тут же слетела с лица и упала на землю. Ну и ладно, дурь какую-то придумали, дышать нечем.
– О, как ты прекрасна! – тип в треуголке все больше погружался в роль. – Губы твои – словно спелые ягоды, мочки ушей твоих…
– Да подождите вы, – нетерпеливо перебила его Женечка. – Рафаэль Викторович здесь? Что за пьесу репетируем?
Мужчина, казалось, ее даже не услышал. Он продолжал скрипеть каким-то неестественно гнусавым голосом:
– Это я, Джакомо. Моя гондола здесь. Бежим! – актер вцепился девушке в запястье.
Женечка брезгливо отдернула руку и отошла на шаг назад. Ненормальный какой-то. Я ему про Фому, а он мне про Ерему.
– Никуда я не побегу, – категоричным тоном заявила она. – и нечего ко мне приставать. Вы кто? Мы «Казанову» репетируем, а вашу постановку я вообще впервые вижу.
– Я и есть Казанова, – выпалил наглый тип. – Разве ты не узнаешь меня, белла?
С этими словами он поднял Женечку на руки и бросился к пришвартованной гондоле. По-молодецки запрыгнул в лодку, бережно усадил девушку на сиденье и отвязал трос.
«Нет, это уже совсем на пьесу не похоже, больше на похищение!» – испугалась Женечка.
Чем бы врезать наглецу? Осмотрелась – оружия не было. Тогда звезда схватила весло и с неистовством огрела им «маньяка». Нет, не так. Она думала, что огрела, а на самом деле промазала.
«Блин, промазала! Ну все, сейчас точно убьет», – тоскливо подумала похищенная и приготовилась дать последний отпор.
«Казанова» развернулся, шагнул к Женечке и с каким-то даже восторгом проговорил:
– О, белла, ты всегда непредсказуема. Вот за это я и люблю тебя, – он потянул маску со своего лица и…
…и пользуясь моментом, Женечка сконцентрировалась, зажмурилась и двумя руками, что есть силы, толкнула злодея прямо в воду. На этот раз удачно – тот с шумом свалился. Она ощутила брызги холодной воды на своем лице. Еще брызги. Еще. Еще. Да что же это такое, в конце-то концов?
– Женечка, очнитесь. Как вы? – знакомый голос донесся откуда-то издалека. Девушка открыла глаза. Перед ней, прямо на полу, сидел Пал Петрович со стаканом воды в руке. – Да не пугайтесь вы так! Это я, Казанова. Узнали?
– Еще один? – чуть слышно проскулила Женечка. Затем размахнулась и со всей дури врезала «руководящему составу» в лице Петровича по щеке.
– Не надо Терентьеву, не звоните! – обрадованно засуетился откуда-то взявшийся режиссер. – Я же говорил: Звезда!
Татьяна Парамонова. МОЯ ВЕНЕЦИЯ
Вероника сегодня в школу не пошла. Конец мая – уроки по расписанию еще есть, но годовые оценки проставлены. Завтра у нее день рождения. Надо придумать, что надеть, скинуть друзьям адрес ботанического сада, в котором будет биологический квест и угощение. К тому же мама обещала помочь выкрасить часть волос в зеленый цвет. Для этого, правда, пришлось поднажать на учебу, такое было условие – чтобы голова к лету позеленела, количество пятерок должно превышать количество четверок.
А послезавтра начнется лето. Они с дедом поедут на дачу. На три месяца. Какое счастье! Там можно собирать насекомых. В прошлом году удалось добыть больше семидесяти штук. Первым был березовый пилильщик, найденный под сиренью – дохлый, но прекрасно сохранившийся. После этого Вероника начала внимательно смотреть вокруг себя, и экспонаты стали сами попадать в руки.
Родители привезли сачок, так понравилось им ее новое увлечение. Но сачок сразу же отправился в сарай. Вероника и не думала никого ловить и убивать. В том-то и дело, хотелось собирать только тех насекомых, которые распрощались с жизнью без ее участия. Она осматривала поленницу дров, – там однажды нашелся шершень, раздвигала траву под душистыми цветами, – в результате несколько видов отлично сохранившихся шмелей с брюшками разных цветов пополнили ее коллекцию.
Вероника вспоминала все это, разбирая свои прозрачные пластиковые коробочки. Она выбрасывала остатки сухих прошлогодних растений и жуков, которые не пригодились для большой коллекции, висящей теперь в раме на стене. Через открытую дверь было слышно, как родители о чем-то перешептывались на кухне. «Родители» – так мысленно называла Вероника маму и Влада, отчима. В их голосах звучала еле скрываемая радость. Из обрывков фраз она поняла, что речь идет о завтрашнем подарке.
«Не может быть! Неужели наконец-то подарят щенка?! Мама несколько лет не соглашалась, но ведь завтра мне уже двенадцать! И мы сразу поедем на дачу! И будем гулять со щенком в лесу и ходить на речку!» – от этих мыслей Вероника даже про насекомых забыла.
Она пошарила за стоящими в шкафу коробками с обувью и вытащила новенький красный поводок с заклепками, который там тайно хранила. Поводок был куплен на карманные деньги в прошлом году, но тогда не пригодился.
Когда мама ушла в магазин, Вероника отправилась к Владу – выспросить, о чем они секретничали, но он только улыбался: «Это сюрприз!» Стало понятно, что она не ошиблась, и девочка закружилась по квартире, напевая себе под нос.
***
На следующее утро Вероника проснулась рано и пошла искать сюрприз. Живое существо сложно спрятать в квартире, но она никого не нашла. «Наверное, у родителей в спальне», – подумала она и вернулась к себе. Ждать, когда все проснутся.
И вот, наконец, они пришли к ней в комнату. Мама держала в руках небольшую коробку. У Вероники оборвалось сердце. В такой упаковке мог поместиться только очень крошечный щенок, но она все еще надеялась, возможно там кто-то карликовый…
В коробке оказался конверт, щедро засыпанный конфетами «Рафаэлло». Может быть, в конверте адрес, по которому надо забрать щенка?
– Открывай скорее, читай! – мамины глаза ждут, как дочка отреагирует на подарок.
– Что это? Какие-то билеты на самолет? Зачем? – Вероника возвращает коробку маме.
– Глупышка! Это же путешествие! Завтра мы втроем улетаем в Венецию! На две недели! Влад там несколько раз бывал, он все нам покажет. Ура?
По выражению лица Вероники родители понимали, что не ура.
– Ну в чем дело? – мама не могла сдержать досады. – Любой ребенок обрадовался бы поездке в Италию! Ты же давно никуда не ездила, а там каналы, мостики, катание на гондолах!
– В Венеции нет никакой фауны, кроме чаек. Что я там буду делать две недели? Если бы, например, на Мадагаскар… А давайте дня на три, а потом я с дедом на дачу?
– Не обсуждается, у Влада отпуск две недели и строго по графику! Сегодня праздник с ребятами, завтра с утра – вылет. Собирайся.
И еще мама напомнила, что покупка щенка не планируется. У Вероники бассейн, английский, и в следующем году ей поступать в математический класс, короче, не до собаки…