Светлана Дениз – Вздорная Наследница (страница 18)

– Конечно, милый, знаю какой вы отзывчивый человек.

Я снова протянула руку и дождалась, пока Нейт не возьмет ее в свою, дабы позлить Горгону.

– У вас такой большой особняк и очень необычный. Старинный? – поинтересовалась Корнелия, дабы скрыть неловкие паузы. Нам совершенно было не о чем говорить. В такие минуты я забивала рот едой.

– Да, ему более ста лет, – важно ответила главенствующая, – здесь жили наши предки.

– О, милый, попробуйте корзиночку с рыбой. Пальчики оближите!

Не дожидаясь, пока Нейт что-то мне ответит, я ловко бросилась в его сторону и сунула закуску в его рот.

– Не правда ли, вкусно?

Флеминг кивнул.

– Ах, так начинается настоящая любовь, с заботы друг о друге, – вздохнула матушка. Ее глаза иронично налились слезами. Женщина умела расчувствоваться, когда нужно, пройдя тернии с Энтони. – Посмотрите, госпожа Флеминг, как эти голубки подходят друг другу.

Горгона дернула верхней губой, как лошадь, не в силах выдавить согласие.

– Вы так похожи с Шарлоттой, – заместо этого, высказалась она, – и внешне и во вкусах. Любите все яркое?

– Обожаю! – с придыханием молвила Корнелия, – и не только, дорогая госпожа Флеминг. Я привезла вам наши чудесные ликеры для ознакомления и что-то мне подсказывает, что вы не окажетесь равнодушной.

– Благодарю, – Горгона моментально вся нахохлилась и шустро глянула в сторону сына, ища поддержки, – но я не пью.

– Матушка не пьет, у нее мигрени.

– Но милый, наши ликеры спасают от любых болезней, даже хронического вида, – добавила я, похлопав по плечу суженного, – не обижайте мою матушку, прошу. Она так старалась угодить!

Корнелия эмоционально заморгала и не дожидаясь согласия, бросилась к корзине, уместившейся в одном из кресел с фиолетовой обивкой.

– Но, если только капельку, – Нейт облокотился на спинку стула, напряженно повернув шею в сторону моей родительницы. Корнелия же, шустро выставила на стол три бутыли с ликерами и попросила прислужницу подать рюмочки.

– Я взяла на пробу три самых вкусных, ежевичный, лимонный и клубничный. На нашем производстве есть еще вишневый и мятный, но от последнего вылезла побочка, тянущие боли в суставах, и мы перестали его делать.

Пока Корнелия умело выкручивала пробки из бутылей, все с замиранием на нее смотрели. Делала она это очень женственно и не торопливо, продолжая улыбаться.

Первым на дегустацию пошел ежевичный ликер, по мне, самый достойный.

Казалось, Нейт испытывал на прочность свою выдержку, пока держал в руке рюмочку, чтобы попробовать.

Я приторно рассмеялась.

– Это не яд, пробуйте, – и чуть ли не силой влила жидкость супругу в рот. После того, как он проглотил, взгляд его стал враждебнее некуда. Скорее всего, я в очередной раз, нарушила его границы. Этого я и добивалась, вывести на эмоции. – Ну как?

– Неожиданно сладко.

– Вы еще не пробовали клубничный, – обрадовалась Корнелия, – если вам понравится, обязательно привезу еще. Сами понимаете, реклама двигатель торговли и уверена, вы как родственники сможете помочь с продвижением, не правда ли, господин Флеминг?

– Несомненно.

– А вам как, госпожа Флеминг? Моему супругу очень понравилось.

– Недурственно, – на удивление, выдала женщина, чем удивила меня.

– Клубничный, вызывает аппетит и желание, – подмигнула моя матушка, – в свое время, мы с Энтони, – начала она, но вовремя замолкла, вспомнив что в зале есть несовершеннолетние. Клара, итак, была забита, дальше некуда!

Горгона в миг покраснела и злобно зыркнула на матушку.

– Как вам? – снова влезла я, обратив все свое внимание на супруга и делая вид, что я им любуюсь. Нейт выпил рюмку, отставив ее в сторону с таким лицом, будто его пытали.

– Первый был вкуснее.

– Согласна, – на него в упор посмотрела Корнелия, – клубничный, более женский. Вам больше подойдет лимонный. Ядреный, мужской и наш секрет, с добавлением имбиря. Одинокими вечерами, я люблю пригубить именно этот, когда тоска по Энтони раздирает грудь.

О, боги, куда понесло матушку?

– Лимонный вкусный.

На мое, очень сильное удивление, Горгона захмелела и внешне, даже как-то подобрела.

Надо бы побольше запастись ликерами, тогда быть может, мы притремся со свекровью!

– Как тебе, сынок? Недурственно, скажи.

Нейт Драгон, чуть ли не запыхтел, как самый настоящий дракон, после крепкого лимонного ликера. На его физиономии, я тоже заметила легкие зачатки расслабления.

– Неплохо.

– Вы просто не распробовали, на самом деле, пальчики оближешь, – закивала я, – матушка, наливайте еще. Мой супруг, не понял вкус и не уловил ноток имбиря.

– Думаю, что хватит.

– А я бы, попробовала еще!

Горгона протянула рюмку, и матушка ловко плеснула туда ликер.

Лицо главенствующей, разгладилось и появились зачатки спрятанной в глубинах радости. Напиток делал свое дело.

– Я думаю, вам достаточно, матушка.

Нейт, даже поднялся из-за стола, прекратив дегустацию. Мы переглянулись с Корнелией. Родственница была довольна.

– Как быстро пролетело наше время и дом у вас живописный.

– Вы можете навещать свою дочь, – добавила Горгона, выдавая разрешение, как указ.

– Вы такая любезная, госпожа Флеминг, – растеклась патокой моя матушка, – мне кажется, мы сможем сблизиться из-за схожести судеб.

– По возможности, мы встретимся снова, дела дома отнимают много времени, – моментально вернулась к старым настройкам, женщина, – я пришлю вам записку.

Моя матушка сделала вид, что совсем согласна и решила добить Флемингов рюмочкой напасашок. Никто не смог отказаться, по причине сильного психологического давления моей родственницы. Она умела добиваться своих целей.

После недолгого прощания, Корнелия отбыла в особняк Вебер, шепнув мне на ухо, что Нейт красив и к нему можно подобрать ключики, но вот Горгона являлась истинной носительницей своего имени.

Так как покои Джульетины разворотили, то спать там было можно, только скрючившись на софе.

Флеминг в приказной манере выдал, что ночь я проведу в его покоях. Почему я не могла занять любые другие, было непонятно. Супруг высказался, что они не подготовлены.

Спорить я не стала, так как жутко устала и направилась в его обитель, в сопровождение Рудольфа.

Личное пространство Нейта оказалось расположено на втором этаже южного крыла особняка. Видно, этот холодный человек любил тепло, но по своим каким-то соображением отселил меня на другой конец дома, в самый холод.

Я понимала, что это было сделано не без настойчивости разумной главенствующей.

Покои Нейта представляли из себя несколько комнат. Большая гостиная, устланная коврами, напомнила музей, где практически все стены были заняты гобеленами и массивными картинами в золотистых рамах.

На главной стене, прямо возле софы с кручеными ножками, красовалось огромное полотно, изображающее женщину. Взгляд ее казался проницательным и воинственным. Одна ее рука была когтистой, другая с порослью шерсти. Чуть островатый нос и огненные волосы, завершали картину полного сумасшествия.

Держать такую живопись в покоях и не рехнуться, показалось мне героическим подвигом.

– Это Кенна, обладательница пяти кровей.

Вздрогнув, я обернулась, схватившись за сердце.

– У меня такое чувство, Нейт, что вами движет желание, отправить меня как можно быстрее на тот свет. Двигаетесь, как кошка.

Уголки губ мужчины дернулись, но он сделал все возможное, чтобы не улыбнуться.