Светлана Дениз – Бриллиант Остенбурга (страница 8)

Управляющий усадьбой, был не частым гостем в моих покоях, но в этот раз нагло проник в них, повел острым носом, прищурился, рассматривая порядок и все внимание перевел на меня, застывшую возле шкатулки с изумрудным комплектом.

Такие ценные вещи, Грегори хранил в тайнике в доме и выдавал мне их, только на выход или на намечающееся званное мероприятие.

Услышав имя новой знакомой, мои ресницы радостно встрепенулись. Ведь, даже несмотря на мое ослабленное состояние, я пребывала в предвкушении от скорой встречи и прогулки.

– Вы проводили ее в гостиную для ожидания? – поинтересовалась я, беря в руки перчатки из тончайшего кружева, идеально подходящие к тонкой полоске жемчуга на моей шее.

– Да, но, господин не передавал мне никакой информации о данной госпоже.

Холодные нотки недовольства Венздора, могли вывести из себя, даже самого терпеливого человека, но я не собиралась еще и подчиняться главному слуге.

Я просто знала, что Грегори даже не вспомнил ни о какой Тилаиде, потому что полностью погрузился мыслями о мести двум языкастым дамам.

Пруденс, доложилась мне, что супруг отбыл по важным делам еще с рассветом.

– Грегори не может упомнить все.

Оправив кремового цвета платье, я взяла протянутый ажурный зонтик из рук прислужницы и поторопилась на встречу.

– Госпожа, вы еще очень слабы.

Ах, Венздор!

– Прогулка пойдет мне на пользу.

Тилаиду я встретила в гостином зале для ожиданий.

Девушка, выбравшая в предпочтение бледно-лиловые оттенки, скучающе оглядывала светлое помещение с бархатными занавесями на окнах и светлой мебелью и мягким ковром из шелковой нити.

– Тилли, я очень рада тебе.

Мой восторг можно было назвать детским, но я действительно пребывала в прекрасном расположении духа, предвкушая чудесный день.

– Агата, тебе лучше? Я несколько раз подумала, прежде чем решиться на приезд.

Взволнованное лицо девушки, меня немного покоробило. Я не могла понять, как реагировать на такое чистое и искреннее сочувствие моим состоянием.

– Мне намного лучше, не стоит переживать.

Карие глаза Тилли, слегка прищурились, но она кивнула и подтолкнула меня к выходу.

Девушка хотела, чтобы мы отправились на ее экипаже, но я понимала, что только разозлю Грегори и уговорила ее на передвижение на нашем.

Погода оказалась приятной. Через белесые облака, расстелившие свое покрывало на небе, пробивались тонкие солнечные лучи, освещая полоски на земле.

– Не желаешь испить кофе в кондитерской для начала? – предложила Тилли, – я обожаю этот напиток, особенно по утрам.

Кивнув, я по-идиотски улыбнулась.

Смешно было сказать, но последний раз я была в кондитерской до замужества, потому что Грегори не признавал столь мелкие точки питания, считая их второсортными.

Когда мы выходили в свет, то трапезничали исключительно в именитых ресторациях столицы, где нужно было натягивать на лицо маску, держать осанку и изображать счастье, которое стало для меня чем-то эфемерным.

– Ваша семья в тесных знакомствах с Андерсенами? – поинтересовалась я, чтобы немного скрасить молчаливую паузу, на которую не обратила внимание девушка.

Тилаида вздохнула.

– У отца какие-то общие дела с Борисом, хотя я не знаю о чем можно говорить с этими напыщенными индюками, – фыркнула девушка, – все эти светские рауты, особенно обедни, где не дай боги, хрустнешь косточкой курицы или громко глотнешь, меня жутко нервируют. Балы я люблю. На них, по крайней мере, можно от души поразвлекаться, напиться игристых вин и потанцевать с кавалерами. А ты любишь развлекаться, Агата?

Сглотнув, я не знала, что ответить и согласилась с девушкой кивком.

– Я люблю танцевать. Мы танцуем с Грегори на балах, как обязательная основа.

Тилли снова прищурилась, немного странно задержав на мне свой взгляд.

Мои слова прозвучали как заученная фраза и казалось, Тилаида прекрасно поняла ее искусственность.

– А с другими? Или твой супруг ревностный тиран? – бросила Тилли, а я ощутила, как мои щеки загорелись. При этом, девушка сказала это с иронией, но мои глаза испуганно округлились. Конечно, я успела совладать с собой и ухмыльнулась, вполне себе естественно, но Тилаида, не зная, можно сказать, попала в яблочко.

– Скорее, собственник, – отмахнулась я, снова изобразив благоговение от мыслей о своей семейной жизни.

– Я слышала, что вы открываете сезон.

Я кивнула.

– И мне бы хотелось пригласить тебя. В усадьбе будет много игристого вина и кавалеров.

Тилаида тихо рассмеялась. Ее волосы, закрученные локонами в пружинки, затрепыхались на плечах. Девушкой она была очень красивой и видно, активной, а не как я, замороженной.

– Я приму это приглашение, даже если отец не пойдет.

Через несколько минут, мы оказались на центральной улице и Тилаида попросила остановить возле кондитерской «У Павла».

Сладкое заведение назвали в честь его хозяина Павла Веринхольда, являющегося выдающимся кондитером.

До замужества, я иногда захаживала сюда и в этот раз, когда мы сели за столик у дальней стены, среди роскошных живых цветов, украшающих подоконник, то ощутила ностальгию.

Интерьер и особенные запахи выпечки, напомнили мне время, когда я еще не была замужем и по наивному глупо мечтала о принце.

– Самое вкусное пирожное «Павлов день», – вздохнула Тилаида и чуть ли не облизнулась. – Крем, фрукты, безе.

Мои ресницы затрепыхались, пока я оглядывала гостей заведения. Практически у всех на лицах сияло расслабление и улыбки. От этого становилось еще более тоскливо. Решив, что я наслажусь этим днем по полной, я решила тоже полакомиться предложенным Тилли пирожным, заказав себе еще кофе со сливками.

После того, как у нас приняли заказ, Тилаида откинулась на спинку стула и уставилась на меня, пока я оглядывала зал и людей.

– Агата, не пойми неверно, но когда ты училась в пансионе, ты казалась мне какой-то другой.

От неожиданности суждений, я напряглась.

– Мы все терпим изменения с годами, – пожала я плечами, непринужденно. – И, думаю ты понимаешь, что мой выкидыш, о котором не слышали наверно только в манарских землях, был для меня потрясением.

– Понимаю и прошу прощение за бестактность.

– Нет, все нормально.

Нам, как раз, принесли напитки и пирожное.

– Как тебе быть супругой одного из самых известных господ Остенбурга? Мне кажется, Грегори носит тебя на руках, по крайней мере, его взгляд, обращенный в твою сторону особенно пристальный.

После речи Тилаиды, я чуть не поперхнулась кофе.

Да, мы действительно создавали образ крепкой и очень любящей семьи, ведь Грегори старался как мог играть роль самого лучшего мужа на свете.

– Да, мой супруг очень внимательный, – прозвучало это очень двусмысленно, и я не смогла скрыть как все мое тело безбожно напряглось. – Грегори очень требователен и педантичен. Он ценит само понимание брака и чтит традиции и ему важно спокойствие в семье.

Тилаида отломила небольшой кусочек воздушного пирожного и положила его себе в рот, не отрывая от меня своих карих глаз.

– Ты ничего не сказала про себя и любовь, – непринужденно рассмеялась девушка, но как мне показалось, она предала специально своим словам легкости, а я просто растерялась, что весь свой рассказ о семье отдала величавой фигуре своего супруга. От этих мыслей, мне стало душно настолько, что лоб моментально покрылся испариной.

– Конечно же, у нас взаимные чувства, любовь, – постаралась я уверить саму себя в высказываниях.

Тилаида улыбнулась, но ее лицо показалось мне задумчивым.

И чтобы отвести от себя подозрение, от которого я чувствовала себя не в своей тарелке, я решила поинтересоваться жизнью девушки.

– А что произошло с твоим супругом?

За соседним столиком кто-то громко и естественно рассмеялся. Я посмотрела в сторону, увидев пару молодых людей и девушек и почувствовала себя сквернее некуда. Захотелось укрыться в норе и не показываться этому миру.