Светлана Дениз – Бриллиант Остенбурга (страница 10)

Тилаида, видя мою сдержанную реакцию, странно на меня поглядела.

– Агата? Я что-то не так сказала?

– Все в порядке, Тилли. Я просто немного задумалась.

Девушка больше не стала лезть не в свое дело. Мы некоторое время погуляли в небольшом сквере, обсуждая знакомых господ и красивые места города, а потом поехали в сторону усадьбы.

Тилаида не захотела остаться на обед, села в свой экипаж и обещала прислать письмо, чтобы мы смогли договориться о последующей встрече.

Прислужник помог отнести в мои покои платье, и я поднялась за ним следом.

Пруденс занималась какими-то своими делами, пока я поспешно не расстегнула чехол и не вгляделась в розовый переливающийся наряд. Захотелось его снова примерить, чтобы ощутить трепет.

Это долгожданная прогулка без Грегори, словно бы пробудила какую-то мою часть от спячки. Некоторые слова Тилли били по живому, размораживая куски заледенелого сердца.

Там, словно бы в другом мире, люди жили иначе, а я успела просто позабыть ту, другую жизнь.

Мои пальцы слегка подрагивали, пока я пыталась застегнуть крючки на новом наряде, настолько, насколько доставали пальцы и встав у напольного зеркала, я потянулась к волосам, чтобы вытащить шпильки из густых волос. Тяжелые пряди моментально опали на плечи, и я почувствовала, как голове сразу же стало легче.

Из зеркала на меня смотрело подобие Агаты Гилмор, мечтающей о счастливом будущем, но ее глаза были пусты и печальны. В них почти не отражалось ничего, только в глубине можно было разглядеть плещущийся в недрах страх.

Услышав шаги, подходящие к двери, я сначала подумала, что это Пруднес, но размашистым шагом в комнаты вошел Грегори.

Я сразу же поняла, что его настроение было не благостным. В глазах полыхали предвестники огня.

Мужчина остановился, замер и после того, как его левая бровь взметнулась удивленно вверх, машинально засунул руки в карманы. Он осмотрел меня медленно, пока я прятала за спиной руки и пыталась улыбнуться, прекрасно понимая, что рот выглядел кривым, как после приступа.

Грегори ухмыльнулся, изображая довольство, но я знала, что весь показ его хорошего настроения, лишь образ, за которым скрывается совсем иное.

– Венздор доложился что ты совершала прогулку с госпожой Милс.

Я поспешно кивнула. Дергано. Несколько раз подряд.

– Ты позволил, помнишь?

Снова эта улыбка, от которой по спине побежал ледяной пот.

– Я не забыл, пташка. Как тебе эта Милс? По мне так, просто деревенщина.

Мое лицо в миг вспыхнуло.

– У нее хорошие манеры и Андерсены, как мне показалось, очень хорошо относятся к ее семье, – сглотнула я, сумев выпутаться. Грегори, казалось, задумался, переваривая мой ответ.

– Хм, возможно, я не до конца осведомлен, но думаю, ты права. В любом случае, дальше будет видно.

Я снова спокойно кивнула.

– Эти две старые сплетницы, которые позволили себе высказывания в сторону нашей семьи, уверен, заткнут свои языки надолго. Я подал на них жалобу в городской суд. Клевету рассмотрят быстро.

Глаза мужчины загорелись огнем, от которого мое горло перехватило.

– Только старый идиот Вильямс, судебный заступник этих двух куриц, умолял меня простить, но я не стал. Пусть знают, что наказание постигнет любого.

– Уверена, что все скоро закончится, как ты хочешь.

Грегори молчал, слегка покусывая изнутри губу. Я видела, что внутри него все горело пламенем, но снаружи он казался идеально спокойным.

– Что это за наряд?

Мое сердце вмиг заколотилось. Я еле сдержалась, чтобы не обнять себя руками, чтобы защитить то, что мне понравилось.

– Я купила его в доме мод на проспекте Бенуа. Мне понравился оттенок.

На удивление, мой голос не дрожал, а наоборот, откуда не возьмись в нем прорезались нотки глубокого гортанного тембра. Мне вдруг стало казаться, что после выкидыша, я смогу выдержать все.

Кислая ухмылка посетила лицо Грегори. Он продолжал держать руки в карманах и от этой позы сквозило опасностью больше, если бы он их распустил в разные стороны.

– Цвет морского лосося, – его рот исказился, – дешевка. Агата, ты же вроде из знатной семьи, так откуда такое желание носить такое уродство? Ты выглядишь в нем как крестьянка с полей.

– Мне показалось, что мне идет этот цвет, – ответила я спокойно, но голос все же, мня подвел. Дрогнул.

– Вот именно, Агата, тебе показалось.

Грегори сделал ко мне два уверенных шага.

– Ты что же не доверяешь мне?

Сглотнув, я продолжила на него смотреть во все глаза. Во все широко-распахнутые глаза.

– Не доверяешь моему выбору? Разве, мой вкус, тебя когда-то подводил? Мне казалось, что твоими нарядами обычно восхищены все.

– Я доверяю, Грегори. У тебя идеальный вкус.

По спине пробежала капелька пота. Я почувствовала ее и напряглась еще больше, потому что наше общение походило на игру кошки и мышки.

– Так в чем же дело?

В голове сразу же вспомнилось удивление Тилаиды, когда она говорила о Грегори и о том, что я сама могу выбирать себе платья.

– Я хотела выбрать сама, мне оно понравилось, – сказала с вызовом, вдруг ощутив азарт. – Оно подходит мне.

Грегори прищурился, подходя ко мне почти вплотную. В нос тут же попал аромат его тяжелых, густых благовоний, сгрудившихся вокруг меня облаком.

– Я расстрою тебя, дорогая. Платье ужасно. Смотрится дешево и подходит деревенским бабенкам. Я всегда знал, что у тебя нет вкуса, но сейчас ты меня разочаровала еще больше.

Мне хотелось дать отпор, ответить, но через долю секунды Грегори дернул за атласные рукава и разорвал наряд. Я охнула, попыталась отстраниться, но не могла вырваться из хватки, так как супруг в один присест надорвал спинку. В этих движениях было столько злобы, столько ненависти, что можно было утонуть. Я и утонула, ощутив, как горькое рыдание вырвалось из горла.

– Захотела она купить, на мои деньги, просто выкинуть их на помойку, – прорычал Грегори, выпуская из себя кровожадного дракона.

– Пожалуйста, хватит, – горький всхлип разнесся на все покои.

– Ты будешь носить то, что я захочу и общаться будешь с теми, с кем я захочу, потому что ты моя, тебе ясно?

Я дергано закивала, желая, чтобы он успокоился и перестал сжимать в своих тисках мои плечи. Пальцы вдавливались в кожу с особой силой, желая причинить еще больше боли, но что-то в нем держало его от еще большего причинения вреда.

В дверь постучали.

Грегори тяжело дышал. В его глазах пылал непрекращающийся огонь.

– Кто там? – рявкнул он, тяжело дыша, пока по моим щекам катились слезы, а губы дрожали.

Без разрешения, в покои зашел Венздор.

Почувствовав, что его приход невовремя, он замер в дверном проеме.

Этот человек, который относился ко мне посредственно, выглядел спасателем в эти непростые минуты.

Я дрожала, стоя в оборванном платье и отвернула лицо к окну, зажмурилась, чтобы не чувствовать не дюжий стыд, охвативший мое тело, все мое нутро.

– Господин, прошу прощение, но с визитом приехала госпожа Эмма Гановер.

Сначала, мне показалось, что я ослышалась. Мое тело сотрясала дрожь, которая словно била мое тело изнутри. Голова кружилась, и я по-идиотски то открывала, то закрывала глаза, пока мой внутренний мир рушился в очередной раз.

Грегори сжал челюсть, сглотнул и сделав вдох, вернул себе абсолютно спокойный тембр голоса.

– Какое радостное известие, передайте тетушке, что Агата спуститься к ней через несколько минут.

Венздор быстро откланялся и вылетел из покоев как пробка от игристого вина.