Свами Рама Тиртха – В лесах Богопознания. Том 3 (страница 2)

Другой аргумент, выдвигаемый идеалистами, заключается в том, что мир, который люди обычно считают реальным, не следует считать таковым, потому что восприятие мира зависит исключительно от наших органов чувств, и в своей оценке реальности мы опираемся только на них. Чувства не являются надежными свидетелями. Возьмем, к примеру, зрение. Глаза муравья видят иначе, чем глаза человека. Для слона предметы кажутся гораздо больше, чем для человека. Лягушке все ясно и четко видно под водой, а снаружи мир для нее туманный, расплывчатый, словно окутанный дымкой. Так на чьи же глаза полагаться: на глаза человека или глаза муравья? Если принимать решение большинством голосов, то муравьев как раз очень много, их большинство. Если бы ваши глаза были устроены по микроскопическому принципу и хрусталик глаза был прикреплен к сетчатке иначе, мир для вас стал бы совершенно другим. Если настроить сетчатку глаза по принципу телескопа, мир полностью преобразится. Возможно, вы знакомы с игрушкой, которая называется «Смотри и смейся», или «Смешное стекло», состоящее из двух выпуклых линз. Если мы посмотрим сквозь него, все объекты в этом мире станут странными и нелепыми. Самое красивое лицо в нем станет таким вытянутым, что подбородок коснется земли, а голова дотянется до Сатурна. А если посмотреть на него с другой точки зрения, длина лица останется прежней, но одно ухо переместится в Восточную Индию, а другое – в Китай. Если настроить глаза по этому принципу, мир вокруг нас изменится до неузнаваемости. То же самое происходит с ушами и другими органами чувств. Если нервы и мышцы будут настроены по-другому, весь мир станет другим, весь мир изменится. Вы скажете, что в таком случае они должны оставаться в такой настройке, но нет: закон эволюции говорит об обратном: они постоянно меняются. Итак, идеалисты говорят, что мир – не то, чем кажется; наше представление о нем неверно; мир, каким мы его видим, нереален и иллюзорен.

У идеалистов есть еще много аргументов в свою пользу, но если рассматривать их подробно, на изучение одного лишь этого философского направления у нас уйдет не один вечер. Теперь перейдем к реализму. Реалисты говорят: «Вы не правы, о идеалисты! Вы совершенно неправы. Если верно ваше утверждение о том, что все видимое – плод нашего собственного воображения, тогда, о идеалисты, пожалуйста, создайте лошадь на месте стены. Пусть стена превратится в лошадь! О идеалисты, если весь мир – это просто результат понимания этого маленького субъекта или творения ума, тогда превратите этот носовой платок во льва или сделайте этот карандаш большим домом». Реалисты говорят: «О идеалисты, вы не можете быть правы, мир реален. Стена – это стена, и по этой причине она всегда запечатлевается в ваших чувствах как стена; завтра она не покажется вам лошадью».

Идеалисты готовы ответить на возражения и могут объяснить любое противоречие, но мы не будем рассматривать все вопросы с обеих сторон. Идеалисты утверждают, что воображением можно создать что угодно – это только вопрос времени. Если начать думать о духах, они явятся нам; если что-то воображать, это придет к нам. Они спрашивают: разве мы не создаем вещи во снах? Наше воображение реализует эти вещи. У идеалистов есть свои ответы, но и реалисты могут выдвинуть свои возражения. Не будем подробно разбирать эти вопросы и ответы.

Веданта тоже рассматривает мир как мою идею, мое творение, но, несмотря на это, ее нельзя назвать идеализмом. Это было бы странным утверждением со стороны Рамы. Об этом будет сказано еще раз. Люди в Европе и Америке думают, что веданта – это разновидность идеализма, и почти все книги, написанные европейцами, прошедшие через руки Рамы, представляют веданту как идеализм. Но Рама утверждает, что люди не поняли ее. Веданта – это не идеализм в том же смысле, что идеализм Беркли или Платона. Она гораздо выше и многократно его превосходит.

Идеалисты делают мир зависимым от маленького субъекта, маленького понимания, маленького ума, но когда веданта говорит, что мир – это Моя идея, это не значит, что мир является идеей этого маленького субъекта, маленького ума. Маленький ум изменчив, он сам по себе уже является творением, и Беркли совершил грубую ошибку, когда утверждал, что сны представляют собой творения этого субъекта. Его заблуждение заключалась в том, что он считал субъект в сновидении идентичным субъекту в состоянии бодрствования, а как было показано вчера вечером, субъект в сновидении отличается от субъекта в бодрствовании. Субъект в сновидении имеет ту же природу, что и объекты в сновидениях. Когда вы просыпаетесь, субъект бодрствующего состояния относится к тому же типу, что и объекты этого состояния. Беркли ошибочно полагал, что субъект бодрствующего состояния тождественен субъекту сновидений. Мир не является творением субъекта ни в бодрствующем, ни в сновидческом состоянии; мир – это творение Моей Самости, реального Бога, реальной Атмы.

Веданта говорит идеалистам: «О, идеалисты, вы правы, утверждая, что все названия и формы этого мира, все атрибуты и качества объектов не могли бы возникнуть без участия субъекта». Это будет повторено снова. Тема очень сложная, и вам следует быть предельно внимательными. Веданта продолжает: «Идеалисты, вы правы, утверждая, что все названия и формы этого мира не могли бы возникнуть без участия субъекта. Все качества, атрибуты и свойства вещей зависят от активности и действий понимания, ума, или субъекта. В этом вы правы, но ошибаетесь, когда говорите, что нет ничего за пределами этого маленького субъекта, этого вашего маленького ума». Веданта обращается к реалистам: «Вы правы, утверждая, что этот феноменальный мир не мог бы появиться без действия какой-либо внешней реальности». Реалисты настаивают на том, что феноменальный мир возникает по причине определенного воздействия на наши органы чувств извне. Объекты влияют на органы чувств, и таким образом мы воспринимаем вещи. Веданта добавляет: «Да, без своего рода воздействия извне мы не могли бы воспринимать вещи». В этом реализм прав, но, согласно веданте, он ошибается, утверждая, что все наше восприятие является следствием исключительно внешнего воздействия и активности субъекта. Давайте проясним этот вопрос. Возьмем любой предмет, скажем, карандаш. От чего зависит его цвет? Вы можете сказать, что он зависит исключительно от действия субъекта и реакции внешней среды. Но если у вас дальтонизм, вы не различите цвет карандаша. Цвет является качеством или характеристикой предмета. Или возьмем вес карандаша: он изменчив, как и его цвет. При нарушении цветового восприятия мы увидим другой цвет; а если взвесить карандаш не здесь, а где-нибудь на Луне или в глубокой шахте, его вес будет другим. Вы так же знаете, что при взвешивании одного и того же предмета в Индии и Лондоне его вес будет разным. Вес изменчив, цвет изменчив.

Вода, когда вы трогаете ее зимой, кажется теплой, а та же вода, когда вы трогаете ее летом, кажется холодной. Почему? Потому что зимой и летом температура рук разная, а температура воды примерно одинаковая, и когда мы прикасаемся к воде, нам кажется, что вода имеет разную температуру. Таким образом, качества объекта могут меняться в зависимости от состояния субъекта.

Из чего состоит этот карандаш? По мнению некоторых философов, таких как Беркли, он представляет собой лишь совокупность атрибутов и качеств. Уберите эти качества, и ничего не останется. Однако, по мнению Канта, за качествами стоит сама вещь, а Платон считает, что за ними стоит «идея», как он ее называет, вещь в себе. Итак, мы имеем набор качеств, которые обусловлены действием субъекта, но мы также говорим, что еще до того, как качества карандаша были проявлены, в нем существовала некая реальность. Будут еще разъяснения, и если захотите, Рама может повторить еще раз.

Веданта действительно утверждает, что все эти свойства карандаша обусловлены действием субъекта, но что инициировало действие субъекта? Вот в чем вопрос. Должно было быть какое-то внешнее воздействие, которое вызвало реакцию в субъекте, и в результате возникли или проявились качества карандаша. Но мы не можем сказать, что движение ума зародилось благодаря воздействию на него качеств карандаша, поскольку сами эти качества проявились лишь вследствие деятельности или реакции ума. Значит, должно быть что-то внешнее, должна быть какая-то реальность в карандаше, которая воздействовала на ваши глаза, когда вы на него смотрели; на уши, когда вы слышали звук; на вкус, когда вы прикасались к карандашу языком; на руку, когда вы дотрагивались до него. Снаружи должно быть что-то, что воздействует на глаза, уши и нос. Попробуйте съесть этот карандаш, и это скажется на вашем здоровье. Как можно утверждать, что нет реальности вовне? Внешняя реальность тоже существует, и когда она воздействует на органы чувств человека, они сообщают об этом уму. Ум реагирует, и в результате характеристики или качества объекта оказываются проявленными. Именно так. Вот одна рука, а вот другая. Одна рука сама по себе издать звук не может. А вот теперь звук есть (хлопает в ладоши). С одной стороны было воздействие, с другой – реакция, в результате получился звук. Вот скрипичная струна. Вы ударяете по ней пальцем, и извлекается звук. Мы имеем воздействие пальца и реакцию струны, или, можно сказать, воздействие струны и реакцию пальцев, и вот мы слышим звук. Точно также одна волна пришла с одной стороны, другая – с другой, они столкнулись, и образовалась пена. Воздействие и реакция произвели пену. Вот спичка, а вот кусок наждачной бумаги. Если чиркнуть спичкой по наждачной бумаге, возникнет пламя. Воздействие и реакция. Вот положительный полюс электричества, а вот отрицательный. Если приблизить их друг к другу, мы увидим искру или услышим звук – явление, возникшее в результате воздействия и реакции.