Сусанна Ткаченко – Муж на сдачу, или Попаданка требует развода (страница 21)

Я заставила уголки губ дрогнуть в подобии улыбки и приветливо кивнула.

Доменик же обрадовался искренне:

— И тебе хорошего дня, дружище! — сказал, и лицо его прояснилось.

Он бодро подошел к помощнику, чтобы хлопнуть его по плечу.

Мотя, насторожив уши, бесшумно подошла ко мне и тихонько, почти шёпотом, поинтересовалась:

— Ты тоже чувствуешь, что от этого места исходит странный магический фон?

Я сделала большие понимающие глаза. Очень хотелось тут же, сию секунду, обсудить с ней свое «перемещение» в мастерскую Мау и её загадочные слова о шерсти и чистой душе. Но не при змее же!

Они стояли с Домеником всего в паре шагов и что-то тихо, склонив головы друг к другу, оживлённо обсуждали. Обрывки фраз долетали до меня сквозь шелест листвы:

— … через час…

— Думаешь, совсем мало осталось?

— Наверняка… Перенесла маскарад… траур помешает…

Это давало слабую надежду, что фальшивый муж и его хитроумный советник вскоре отправятся по своим важным делам и наконец-то оставят нас с Мотей наедине. Мы сможем посовещаться, обсудить видение и… может быть, я даже вычешу первый клок волшебной шерсти.

К счастью, небеса меня услышали. Всего спустя несколько секунд, Доменик повернулся ко мне с немного виноватым видом.

— Лана, я должен отправиться на важный совет, — произнёс он, чуть склонив голову. — Пришлю к тебе Инеса. Пожалуйста, чувствуй себя хозяйкой и ничего не бойся.

— Не волнуйся, я разберусь, — успокоила я, беззаботно махнув рукой, и с удовольствием провожала взглядом спины удалявшихся мужчин целых несколько секунд.

— Это не муж Мау, — уверенно заявила Мотя, когда мужчины скрылись за поворотом, вальяжно обошла статую мужчины с кошачьей головой и потыкала в него лапкой.

Я села на каменную лавочку, приютившуюся среди разросшихся кустов сирени напротив склепа, и наклонилась, чтобы быть к Моте ближе.

— Это что-то типа телефона для связи с Мау, — прошептала я, озираясь по сторонам. — Я к нему прикоснулась и будто перенеслась к богине в мастерскую. Она что-то вязала из кошачьей шерсти и рассуждала о том, что люди тоже могли бы так делать, если бы были умнее и… чище душой. — Я многозначительно подняла бровь. — Я так понимаю, богиня мне намекнула, что надо тебя вычесать и связать что-то полезное. Правда, насчёт чистоты помыслов я сомневаюсь. Как бы у нас с тобой не вышло что-то не то, что Мау подразумевала.

Мотя запрыгнула на лавочку и заглянула мне в глаза, сузив зрачки до вертикальных щёлочек.

— Имеешь в виду, что под настроение сможешь связать какой-нибудь запутыватель, маскировщика, а то и взломщика замков? — Усы Моти дёрнулись, выдавая её интерес.

— Да кто его знает? — пожала я плечами, чувствуя, как в груди разгорается знакомый азарт. — Если шапка от Мау дарит ментальную магию, шарф — целительскую, сумка — землю, и всё в таком духе, то я даже не совсем понимаю, какие эмоции и пожелания она в них вкладывала, когда создавала. — Я потёрла пальцы, будто уже держала ими спицы. — Попробовать надо.

Мотя вдруг соскочила на землю и отпрыгнула от меня на безопасное расстояние.

— Ты же понимаешь, что у меня столько шерсти нет, да? Меня одной даже на носок не хватит! Я не хочу лысой ходить!

Я кивнула, уже обдумывая это.

— Надо пригласить в гости твоих сородичей. Предложим им что-нибудь, чтобы заинтересовать… — Мои глаза наверняка горели тем самым фанатичным блеском, с которым я в прошлой жизни добывала дефицитную пряжу. — Знаешь, Моть, я загорелась этой идеей. Руки чешутся — так хочу что-нибудь связать.

Мотя вздохнула.

— Оно, конечно, любопытно — да, но… — Кошка вдруг резко повела ушами и повернула голову к аллее. — Давай всё же не хвататься за всё сразу. Я подумаю, как сородичей уговорить поделиться шерстью, а ты пока займись свадебным приёмом.

Она кивнула в сторону, и я, взглянув туда, увидела спешившего к нам Инеса. И не одного. Новоиспечённая свекровь и тётушка Гейл с подзорной трубкой у глаза шли рядом с ним, как конвой, сопровождающий опасного преступника.

Я встала и расправила плечи, будто готовясь к бою.

— Меня вышвыривают из дома — я смирилась! — выпалила Марджери ещё на подходе. — Мою коллекцию растений варварски выкопали и спрятали в дальнем углу — и это я тоже проглотила. Но приём… — Она сделала драматичную паузу, вдохнула полной грудью и сверкнула глазами. — Нет! Ни за что не позволю позорить фамилию Карада перед всей империей! У меня две дочери на выданье, вы не посмеете ломать им жизнь! — воскликнула она, вздымая руки к небу.

Гейл же, стоя рядом с Марджери, с нескрываемым ужасом косилась на невозмутимо вылизывавшую лапу Матильду и пальцами судорожно сжимала складки платья, а плечи её едва заметно подрагивали.

Я пригляделась к ней внимательнее. А может, у нее просто-напросто фобия? Ну вот как бывает у людей на пауков, так у нее на кошек. Это, конечно, невероятно в этом мире, но в нашем такое есть.

В памяти всплыл образ земной подруги, которая при виде Матильды чуть сознание не теряла. Она Матильду как огня боялась, даже когда та была котёнком.

Однако Марджери, не обращая внимания на Гейл, продолжала страдать из-за будущего приёма. А я, вспомнив наказ Мау о чистой душе, решила сделать осторожный шаг навстречу примирению.

— Дорогая матушка, я буду рада, если вы поможете мне организовать всё на должном уровне, — сказала я, глядя ей прямо в глаза и стараясь звучать искренне.

Мардж запнулась на полуслове, приоткрыла рот от неожиданности и переспросила, не поверив своим ушам:

— Правда?

— Чистая правда, — кивнула я, и всё внутри меня сжалось. — Хочу, чтобы перед отъездом на курорт вы меня ввели в курс дел и помогли разобраться с хозяйством. Подсказали, как у вас всё здесь устроено.

Лицо Марджери мгновенно преобразилось. Она расплылась в широкой торжествующей улыбке и довольно сощурила глаза, как кошка, заполучившая сливки.

И я сразу поняла, что совершила большую ошибку: вдовствующая герцогиня восприняла мой жест доброй воли не как попытку заключить мир, а как признак слабости, как капитуляцию. Это придётся исправлять. И как тут, при таких раскладах, стать той самой светлой душой? Мау, похоже, задала мне не просто сложную, а невыполнимую задачку.

Глава 18

Доменик

— Что-то с твоей женой не так, — пробурчал Сандерс, едва мы отошли на достаточное расстояние от склепа. — И с кошкой её тоже. Они обе меня настораживают.

Я криво ухмыльнулся и покачал головой.

— Оставь мою жену и её кошку в покое, Дрес. — Мой голос прозвучал твёрже, чем я хотел. — Они мне нравятся, даже если и кажутся тебе странными. — Я остановился и повернулся к Сандерсу. — Ты же знаешь, что во мне иногда срабатывает пророческий дар. Считай, что он мне подсказывает держаться к ним ближе. Это… важно.

Мне повезло родиться всесторонне одаренным. Милостью Мау во мне уживались не только силы пяти находящихся в империи реликвий, но и — понемногу — отголоски остальных. Сила жилета, дарующего эмпатию, творческую жилку и дар предвидения — вещи, которая хранится в далеких землях Лесного царства — каким-то непостижимым образом дотянулась до меня, и её влияние порой проявлялось вспышками интуиции. Мало кто мог похвастаться таким богатым набором магии, и именно благодаря этому я считал, что стану отличным правителем. И во многом благодаря этому «внутреннему компасу» я согласился жениться на Телани, когда Сандерс предложил мне ее. Несмотря на сомнительность и где-то даже аморальность, что-то подсказывало: я должен это сделать, это даст мне что-то важное. То же самое с Ланой и Матильдой. Интуиция уже не шептала, а вопила: надо быть к этой парочке как можно ближе! Я не всегда мог сразу определить, когда срабатывал дар, а не мои желания и чувства (всё же Лана нравилась мне с каждым днём всё сильнее и сильнее), но вот сейчас, когда Сандерс опять завел свою шарманку, я понял отчётливо: это точно проявляется сила жилета.

— Знаю. Но во мне дар предвидения выражен сильнее. В отличие от тебя, у меня всего два проявленных дара, поэтому я и вижу то, что не видишь ты, — проворчал он. — Слишком много тумана вокруг них. Опасного тумана.

Я тяжело вздохнул и похлопал друга по плечу.

— Не забывай: что благо для меня, то не обязано быть благом для тебя, — сказал я с едва уловимой усмешкой. — Возможно, ты просто боишься, что я увлекусь женой и мы с тобой не сможем вместе проводить много времени, старина.

— Фиктивной женой, — ворчливо поправил Сандерс, лишь убеждая меня в правильности моего предположения.

Мне категорически не хотелось обсуждать с въедливым советником Лану, особенно в таком ключе, поэтому я перевёл разговор на дела насущные и ускорил шаг, идя к гаражам, где стояли разнообразные скороезды.

— Насколько я понимаю, Айверен, несмотря на ухудшение самочувствия отца, не отменила свой маскарад, а всего лишь перенесла его на завтра. Значит, он для нее очень важен. — Я бросил взгляд на Сандерса. — То есть её высочество что-то затевает, чтобы увеличить свои шансы занять трон.

— Я тебе о том же говорю, — кивнул Сандерс, тоже ускоряя шаг. — И именно поэтому позволил себе от твоего имени объявить о срочном сборе совета сильнейших. Час назад. Ждут.

Сандерс, как моя правая рука, имел не только право сопровождать меня повсюду, но и владел полномочиями экстренно созывать совет от моего имени. И он еще ни разу не поднял ложную тревогу. Я кивнул, одобряя его инициативу.