Sunny Greenhill – Первая Аксиона (страница 3)
***
В крупнейших интернет-изданиях начали один за другим появляться материалы, сопровождаемые сдержанными иллюстрациями и аккуратными заголовками вроде: "Что нам известно об Axionergy?" или "Аксионы – реальность или фантом гипотетической физики?".
Но большинство наплевали на этику и стали рупором старой системы:
"Почему вечный источник энергии невозможен".
"История фейков: как стартапы обманывают нас снова и снова".
"Квантовая демагогия о частицах, которых никто не видел".
Один из бывших аналитиков нефтяного сектора, выступая в эфире популярного бизнес-канала, произнёс с профессионально отрепетированной усмешкой:
– Поймите простую вещь: если кто-то обещает вам бесконечную энергию, это значит, что либо у него нет настоящего диплома, либо есть скрытая повестка. Всё остальное – просто романтика, а рынок романтику не котирует.
Сеть полнилась оскорбительными мемами, спекуляциями, язвительными комментариями, карикатурами и короткими видео, где Дэниел Ларсен рассказывал о новой батарее под тревожный музыкальный фон, создавая ощущение приближающейся бури.
Но никто пока не решался произнести вслух то, о чём подумали почти все: “А вдруг он не блефует? А если у него и правда есть прототип?”
***
А в небольшом коворкинге на городской окраине, где стены украшали выцветшие постеры стартапов и пахло пережжённым кофе, молодой инженер сидел у окна, не замечая ничего вокруг. В его ноутбуке был открыт фреймворк с расчётами инвертора для новой солнечной панели, но пальцы зависли над клавиатурой, словно он потерял нить собственных мыслей.
Его грудь сдавило странное, щемящее чувство, что весь, привычный и понятный ещё вчера, мир, начал стремительно ускользать из под ног.
Он ощутил, как внутри растёт растерянность, сменяясь болезненным осознанием: всё, над чем он работал последние годы, чему отдавал все силы, может оказаться устаревшим и никому не нужным уже завтра.
Он глубоко вздохнул, поднёс к губам остывший кофе и долго смотрел на отражения неоновых вывесок в лужах на асфальте. Мир менялся – и он был среди тех, кто вдруг понял: Будущее всегда наступает без предупреждения и никого не спрашивает, готов ли ты к нему.
***
Тем временем, далеко от суеты мегаполисов, на окраине затерянного среди полей провинциального городка, два пожилых фермера коротали вечер на покосившемся крыльце видавшего виды дома под раскинувшимся над ним вишнёвым деревом.
На деревянных перилах сбоку от них потрескивал старенький транзисторный радиоприёмник, из которого лился чуть дрожащий голос диктора.
– …новая разработка компании Axionergy обещает перевернуть всё наше представление о природе энергии…
Один из мужчин медленно снял кепку, провёл рукой по седым волосам и долго, устало выдохнул. Его собеседник, с лицом, испещрённым сеткой лет и забот, погладил кончики свисающих по краям губ усов и, не отрывая взгляда от горизонта, где день медленно сдавался ночи, негромко спросил:
– Ну и что ты об этом думаешь?
Второй фермер долго молчал, как тот кому больше некуда спешить, и, с трудом подбирая слова, лениво ответил:
– Думаю… теперь всё изменится, – и после ещё одной долгой паузы продолжил. – Только вот не знаю… в какую сторону.
И пусть никто ещё не понимал, к чему именно приведут эти перемены, но одно уже было ясно абсолютно всем: обратного пути больше нет.
Глава 2. Замутнённая истина
Всю следующую неделю мир лихорадило. Казалось, люди вдруг потеряли способность думать о чём-то, кроме новой батареи.
Телевидение и радио стали ареной бесконечных споров, на которых бородатые профессора физики, яростные активисты и разномастные шарлатаны, перебивая друг друга, доказывали свою правду. Каждый стремился успеть вставить хоть слово, пока не стихла буря всеобщего помешательства. Эфиры напоминали базар, где каждый продавал собственную версию реальности, стараясь перекричать остальных:
– Это очередной технологический пузырь!
– Или шанс, который нельзя упустить!
– А вдруг всё-таки фейк?!
– Или переломный момент, о котором напишут в учебниках?!
– Аксионы – не выдумка! – взволнованно убеждал публику студент-физик с экрана вечернего шоу. – Мы спорили о них десятилетиями, и наконец-то их энергию можно использовать!
– Это чистой воды профанация, – холодно возражал ему пожилой профессор, надменно поправляя очки. – Нет никаких реальных подтверждений! Вы же просто играете с миллиардами долларов и миллионами жизней!
Их оппонент – популярный блогер в модной толстовке, снисходительно улыбаясь, иронизировал:
– Всякое великое открытие когда-то казалось чудом. Давайте не проспим революцию, господа!
Но даже его высокомерие меркло на фоне выступающего на другом канале странного человека в тюрбане и с огромными бусами из поддельного янтаря на шее.
– Аксионная энергия была известна ещё древним шумерам! – заявлял он с полной убеждённостью. – Они называли её праной – энергией самой Вселенной! Покупайте аксионные амулеты, заряженные по древним шумерским методикам! Заказывайте сейчас, пока энергия свежа!
Телефоны в студиях не замолкали ни на секунду, разрываясь от звонков зрителей. Социальные сети бурлили от возмущений, разоблачений, слухов и конспирологических теорий, а на улицах начали появляться люди с плакатами, требующие немедленно "Дать людям энергию Вселенной!" или, напротив, "Прекратить эксперименты над человечеством!".
Эпицентром же безумия стал прежде тихий район вокруг штаб-квартиры Axionergy. Неприметное здание со стеклянными стенами теперь осаждали журналисты, блогеры, любители сенсаций, активисты всех мастей и продавцы хот-догов.
– Господин Ларсен, когда батареи поступят в продажу? – отчаянно пытался перекричать шум толпы репортёр Whashington post.
– Это правда, что вы хотите обрушить экономику стран-экспортёров нефти?! – врывался чей-то грубый голос.
– Как вы прокомментируете слухи, что аксионы вызывают рак мозга? – отчаянно вопил встрёпанный мужчина, размахивая листовкой сомнительного происхождения.
– Что вы скрываете от общественности?! – вопрошала на разные голоса "возмущённая общественность".
Но двери офиса оставались закрытыми, а пресс-служба Axionergy хранила вызывающее молчание, лишь усиливающее всеобщую истерию.
На противоположной стороне улицы расположились экологи и "зелёные", с флагами и плакатами: "Нет – нефти и газу! Да – чистой энергии!", "Свободную энергию – свободным людям!". Они выкрикивали лозунги и требовали немедленно передать аксионные технологии всему человечеству.
Чуть в стороне мялись представители церкви со скромными картонными табличками, призывающими не вмешиваться в божественное устройство мира: "Человек не вправе исправлять замысел Творца!", "Бог против манипуляций с частицами Вселенной!".
Несколько раз подъезжала полиция, реагируя на ложные сообщения о готовящемся штурме офиса, но каждый раз оказывалось, что они основываются лишь на панике в Твиттере.
Пожалуй, единственные, кто чувствовал себя в этом хаосе как рыбы в воде, были мошенники, которые тут же наводнили интернет "подлинными аксионными батареями". К концу недели полиция арестовала десятки продавцов поддельных устройств и шаманов, обещавших "дистанционно зарядить дом аксионной энергией".
В даркнете стали появляться "утёкшие" чертежи, а новоиспечённые стартапы наперебой призывали инвесторов вкладываться в их собственные версии "улучшенных ИКАБ".
В офисе Axionergy царила атмосфера полного изнеможения. Дэниел Ларсен почти не покидал своего кабинета, пытаясь удержать под контролем нарастающий хаос и не допустить, чтобы компанию затянуло в скандаловорот.
– Я всегда мечтал стать героем, но никогда не думал, что это будет так трудно, – горько пошутил он, глядя на кипящую за окнами толпу.
Его помощник устало кивнул, отвечая:
– Вы теперь не просто герой. Для старого мира вы – угроза. А это гораздо серьёзнее.
В этот момент на столе резко зазвонил телефон. Помощник поднял трубку и его лицо посерьёзнело:
– Это из правительства, Дэниел. Они больше не намерены ждать. Слишком много сил принялось раскачивать лодку, в которой сидит весь мир.
Ларсен молча кивнул и вновь повернулся к окну, за которым яростно шумел новый мир, полный противоречий, надежд и страхов. Мир, который уже никогда не будет прежним.
Всё происходящее было похоже на лихорадочный сон – сумбурный, нервный, полный предчувствий, но впереди маячило что-то куда более грозное, чем бесконечные споры и уличные протесты. И за этим хаосом всё явственнее проступал вопрос: Что будет, если это не шутка?
***
В понедельник утром, едва город начал оживать после тревожной, полусонной ночи, в новостных лентах поднялся новый ураган. Повсюду мелькали короткие анонсы: вечером на главном новостном телеканале выступит сам Майкл Хартман – генеральный директор Global Oil, корпорации, чьё имя стало синонимом энергии и совокупных с ней власти и богатства. Ожидание чувствовалось даже в воздухе. Все понимали – сегодня мечте, успевшей за несколько дней пустить корни в миллионах сердец, будет объявлен приговор.
Когда камеры включились зрителям сразу стало понятно, что им предстоит увидеть по-настоящему важное выступление – слишком серьёзным было лицо ведущего, слишком спокойно и уверенно выглядел гость – как тот, для кого потрясения и катастрофы это просто "ещё один день".