Sumrak – Затерянные во времени: Лунный Ковчег (страница 45)
В одном из просторных, гулких залов, стены которого были оплетены сложной сетью фосфоресцирующих кабелей, их ждала смерть. Как только группа пересекла центр помещения, из скрытых ниш с ржавым скрежетом полезли древние охранные дроны.
– Засада! – крикнул Марк, открывая шквальный огонь.
Воины Зианна мгновенно развернули энергетические щиты. Но дроны были слишком быстры и многочисленны. Сгустки раскалённой плазмы ударили по укрытиям, превращая камень в лаву. Щит одного из Зианна мигнул и погас. Ещё минута – и экспедиция превратится в фарш.
Оррик видел то, чего не видели остальные. Внутри всё похолодело.Это не ловушка для людей… а проверка для меня. Провал – смерть.
«Если они сдохнут здесь, – мелькнула холодная, расчётливая мысль в голове гибрида, – моя ценность для Дракса станет нулевой. Я спасаю не вас, идиоты. Я спасаю свой билет в высшую лигу».
Его нутро скрутило. Не страх смерти. Хуже. Ужас снова стать никем. Отбросом. Мусором. Его единственный билет на выживание был здесь. И он должен был его спасти.
В его памяти на долю секунды вспыхнула картина из прошлого: он, ещё подросток, стоит между двумя группами – воинами Аль-Нуир и созерцателями Зианна. Один назвал его «грязнокожим выродком», другой – «техно-помесью без души». Оба оттолкнули его. Этот двойной яд унижения определил всю его жизнь. Власть была не целью. Власть была единственным лекарством от этого вечного одиночества, от проклятия быть ничьим.
– Туда! Быстрее! – заорал он, указывая на неприметную панель, скрытую под слоем копоти. – Древний ИИ… бинарная логика с элементами троичного кода… надо заставить его выбрать между А и не-А…
Не дожидаясь ответа, Оррик рванулся через простреливаемое пространство. Один из плазменных зарядов всё же зацепил его, оставив на плече дымящийся ожог, отчего его рывок стал чуть более отчаянным и менее элегантным. Он быстро вставил в сервисный порт небольшой кристаллический «ключ-обманку» – гибридный артефакт, собранный им за десятилетия из осколков технологий обеих рас, физическое воплощение его двойственной природы. Раздался тихий треск, и система защиты, столкнувшись с противоречивыми протоколами, вошла в каскадный сбой.
Спустя три секунды дроны замерли, с грохотом рухнув на пол.
– Фух… Едва успели, – выдохнул Оррик, картинно вытирая со лба пот.
Марк медленно поднялся из-за укрытия. Он ничего не сказал, но его взгляд был тяжёлым. Слишком быстро. Слишком точно. Подозрения капитана в отношении «полезного» гибрида только усилились.
Шёпот в Эфир
После нескольких часов мучительного продвижения они, наконец, вышли к своей цели – огромному, сферическому залу, в центре которого парила гигантская, пульсирующая синим светом кристаллическая структура.
Оррик нашёл момент, когда Марк и Кейран спорили о подходе к кристаллу, и отправил свой первый отчёт: «Группа движется к узлу, который на картах Зианна обозначен как Эпсилон-7. Цель: активация планетарной защиты. Вольская подозревает…»
В этот самый момент Таня замерла. Её кибернетический имплант, настроенный на сканирование фоновых энергополей, зафиксировал слабый, несвойственный гибридам Зианна, импульс когерентного излучения, исходящий от Оррика. Техногенный след.
Её взгляд, тяжёлый и подозрительный, впился в спину Оррика. Она не изменилась в лице, но её пальцы здоровой руки незаметно коснулись комм-канала её личной группы. Одно короткое нажатие – беззвучный приказ сержанту из её группы охраны. Приказ был прост: «Цель – гибрид. Не спускать глаз».
Оррик почувствовал этот взгляд. Под его маской беззаботности в желудке скрутило ледяной узел. Это был не страх смерти – он давно свыкся с этой тенью. Это был первобытный ужас снова оказаться никем, отбросом, который ненавидел себя больше, чем его ненавидели другие. Он медленно обернулся, натягивая на лицо свою самую обезоруживающую улыбку.
«Поймали, – пронеслась в его голове ледяная мысль. – Или почти. Ещё один неверный шаг, и из ценного агента я снова стану мусором, которого пристрелят у стенки просто за то, что он существует».
Двойная игра подходила к опасному финалу.
Глава 42: Паутина Айко
[До стерилизации: 8ч 15мин]
Цена Информации
Прошло почти три часа с момента расшифровки послания Джимми. Три часа ледяной ярости и холодного расчёта, которые Айко потратила на подготовку своего отчаянного гамбита. Времени на долгие раздумья не было. Либо она наносит удар сейчас, либо его не будет вовсе.
Она стояла перед своей многогранной консолью, глядя на тактическую карту, где исполинский силуэт «Возмездия» висел над ними, как приговор. Это было безумие. Атаковать боевой крейсер класса «Титан» с полуразрушенной научной станции было равносильно попытке сбить метеорит из рогатки.
На одном из вспомогательных мониторов Айко видела то же, что и Таня: индикаторы первичного контура реактора «Прометей» медленно поползли в жёлтую зону. Станция протестующе гудела. Ещё немного, и автоматика начнёт отключать системы жизнеобеспечения в секторах Дельта и Гамма.
Таня была права: риск был колоссальным. Но другого пути не было. Она видела это с холодной, математической ясностью. Их единственный шанс – не в силе, а в информации. Если она сможет донести до Мориарти правду о «Предвестнике-7», это может изменить всё. Это была её миссия. Её личный парадокс. Возможно, именно для этого она и была здесь. Возможно, это и была та самая смерть, которую она видела в туннеле.
«Это отчаянный, крайне рискованный шаг», – пробормотала она. Её пальцы на мгновение замерли над консолью. А затем, отбросив сомнения, она погрузилась в код.
Призрак в Машине
Её план был не в грубой силе, а в обмане. Она не собиралась взламывать их системы – это было бы самоубийством. Она собиралась обмануть саму реальность. Её целью было не проникновение, а доставка.
– Айко, ты уверена? – тихо спросила Таня, её голос был напряжён. – Реактор и так дышит на ладан. Такая нагрузка может вызвать веерные отключения.
Айко кивнула, не отрывая взгляда от сложной диаграммы энергетических потоков Ковчега.
– Я не буду атаковать их напрямую. Я стану призраком в их собственной машине.
Она погрузилась в работу. Её пальцы не летали над клавиатурой в поисках уязвимостей. Вместо этого они медленно и точно настраивали калибровочные сенсоры на своей консоли, подключаясь к древним кристаллам-резонаторам, которые команда с риском для жизни извлекла из Ковчега. Её QR-код на запястье начал тускло светиться – он превращался из интерфейса в камертон, в нейронный фокус для её воли.
Её сознание, усиленное имплантом, коснулось фоновой нестабильности Ковчега. Это были те самые «хроно-эхо», о которых предупреждали древние тексты – следствие работы повреждённых технологий Молчальников. Айко не создавала аномалию, она лишь оседлала уже существующую волну – пространственно-временную рябь, порождённую повреждёнными технологиями Ковчега. Она не творила бурю, она стала её дирижёром.
Собрав всю свою волю, она начала «сплетать» нити этой нестабильности, фокусируя их в узкий, едва заметный луч, направленный на локальный участок пространства между «Селеной» и «Возмездием». Её задачей было не атаковать крейсер, а создать кратковременный «пузырь» искажённой реальности прямо на пути его сенсорных потоков. Таня, стоявшая за её спиной, с ужасом видела, как по руке Айко, от раскалённого QR-кода вверх побежала судорожная дрожь, словно под кожей шевелились невидимые черви.
Айко чувствовала себя пилотом экспериментального истребителя, синхронизированным с умирающей звездой: вместо штурвала – её собственные нервы, вместо перегрузки – давление самого хаоса мироздания.
В тот момент, когда Айко удерживала нестабильность, вся энергосистема «Селены» испытала колоссальный, хоть и кратковременный, скачок напряжения. Этого было достаточно.
На мостике «Возмездия» дежурный офицер нахмурился.
– Капитан, фиксируем странные показания. Неопознанная гравиметрическая аномалия малой мощности в секторе 7-Гамма. Сигнатура нестабильна, не поддаётся классификации.
– Это помехи от Ковчега? – безразлично спросил Мориарти.
– Отрицательно, сэр. Это… физически невозможно. Похоже на телеметрический призрак. Системы пытаются его идентифицировать, но данные парадоксальны.
Айко почувствовала, как её заметили. Она стиснула зубы, чувствуя, как по вискам расползается раскалённая боль. Она удерживала нестабильность, чувствуя, как её нейроны горят от чудовищного напряжения. Затем, в нужный момент, она отправила свой пакет данных. Она закодировала его в сам паттерн временных искажений, превратив информацию в последовательность микро-парадоксов. Для ИИ «Цербер» это выглядело не как атака, а как легитимный системный лог об аномалии, который он, пытаясь классифицировать, был вынужден прочитать и сохранить.
Полоса загрузки на её мониторе медленно поползла вперёд. Одна секунда, две, три…
– Они пытаются изолировать аномалию силовым полем! – крикнула Таня. – Быстрее, Айко!
Полоса загрузки достигла 92%… И в тот момент, когда на экране высветилось «Загрузка завершена», красный сигнал тревоги на её консоли сменился сплошным, оглушающим рёвом.
Перегрузка
– Контакт! Я отключаюсь! – Айко одним движением оборвала все соединения, стирая следы своего присутствия.
Она откинулась на спинку кресла, тяжело дыша. Но было уже поздно. Обратная волна от её собственного, искажающего реальность оружия ударила по ней с силой тарана. Её импланты, работавшие на пределе и раскалённые финальным рывком, отправили в её мозг каскадный сигнал перегрузки.