Стюарт Макбрайд – Ледяной дождь (страница 51)
– Значит, у него был сообщник.
– Нет же, он был игрун, а не убийца, – вставила Джеки. – Они нравились ему живые.
Логан вздрогнул. Образ был неприятный, но она была права.
Но Большой Гари не собирался так легко сдаваться.
– А может быть, у него больше не стоит, – предположил он. – Поэтому он их и убивает!
– Это ничего не меняет, потому что последние шесть месяцев он находился под замком, – заметил Логан. И заключил: – Это не он убивал детей.
– Я и не говорю, что это он. Я говорю, что он мог убивать. – Гари нахмурился. – А вы, засранцы, еще мое печенье лопаете! Уроды неблагодарные.
24
Сначала выпили по стаканчику, потом по второму. За вторым последовал третий. Потом отведали карри – и по четвертому. К тому моменту, когда Логан пожелал спокойной ночи инспектору Иншу и констеблю Ватсон, с окружающим миром у него снова установились доброжелательные отношения. О'кей, в присутствии инспектора с Джеки конечно же ничего не могло получиться, но было ощущение, что все идет как надо. Если только инспектора Инша не будет рядом.
Но в полпятого утра все это уже не имеет никакого значения, особенно когда выбираешься из кровати, идешь, шатаясь, в кухню и выпиваешь столько воды, сколько сам весишь, а потом возвращаешься обратно и проваливаешься в сон.
Когда Логан пришел на работу, отчет с результатами вскрытия Лорны Хендерсон уже лежал на столе инспектора Инша. Тот пришел ровно в семь, несмотря на то что была суббота. Он уже сидел за своим рабочим столом, лишь лицо было чуть розовее, чем обычно.
Лорна Хендерсон умерла от ран, причиненных тупым предметом, и повреждения внутренних органов. Сломанные ребра проткнули левое легкое, ударом в левый висок ей раздробили череп, а последний удар, по затылку, лишил ее жизни. Четырехлетнюю девочку забили до смерти. Труповоз явно перестарался.
– Как вы думаете, нам удастся что-нибудь из него вытянуть? – спросил Логан, переворачивая фотографии из отчета лицевой стороной вниз, чтобы больше на них не смотреть.
Хмыкнув, Инш ответил:
– Сомневаюсь. К тому же сейчас это уже не важно. У нас столько улик, что Труповозу не удастся отвертеться. И даже Скользкий Сэнди ему не поможет. Мистер Филипс проведет остаток своей жизни в тюрьме Петерхед, вместе с другими больными ублюдками.
После этого достал из кармана пакет с фруктовыми мармеладными конфетами и принялся просматривать ежедневник.
– Вы сегодня опять везете Миллера на ферму? – спросил Инш через некоторое время, не поднимая глаз и произнеся фамилию репортера так, будто говорил о неприятном запахе.
– Нет, – ухмыльнулся Логан. – По необъяснимой причине он не может ехать. Не могу понять почему.
Небольшой экспедиции, совершенной в пятницу, репортеру оказалось вполне достаточно. В сегодняшней «Пресс энд Джорнал» содержались только хвалебные слова в адрес полиции. Статья была почти такая же, как в «Ивнинг экспресс», но с более подробными редакторскими комментариями. По крайней мере, инспектора Инша оставили в покое.
– Что там насчет всплывшего утопленника? – поинтересовался инспектор. – Идет дело?
– Продвигаюсь.
– Стил сказала, что вы подозреваете братьев Маклауд?
Логан кивнул:
– Это в их стиле. Вручную. С особой жестокостью.
Инш слегка улыбнулся:
– Эта парочка идет по стопам своего папаши. Собираешься их арестовывать?
Логан сдержался, чтобы не пожать плечами. Он понимал, что это не единственное решение.
– Стараюсь. Попросил криминалистов по ниткам разобрать шмотки, в которых был труп. Может, найдут что-нибудь. Пли кто-нибудь из завсегдатаев заведения проколется… – Он запнулся, вспомнив Данкана Николсона, вбегающего в букмекерскую контору, чтобы спрятаться от дождя. С пластиковым пакетом в руке.
Инш сунул в рот конфету зеленого цвета и, покачав головой, сказал:
– Не думаю. Полагаете, найдется идиот, который будет стучать на братьев Маклауд? Да его в клочья разорвут.
– Что? – Логан отвлекся от своих воспоминаний о Николсоне. – А… да. Может быть. Саймон Маклауд сказал, что вся эта история – просто предупреждение. Послание. И что все в городе знают, что это значит.
–
– Не знаю. Надеюсь, Миллер сможет это как-нибудь объяснить.
В двенадцать дня Логан сидел над большой тарелкой с куском зажаренного в кляре маринованного мяса с картофельными чипсами и бобами.
Паб «Принц Уэльский» был старомодным местом, с деревянными панелями, низким потолком желтоватого цвета, закопченным несколькими поколениями курящих посетителей, и там подавали настоящий эль. Народу в заведении было битком – в основном мужчины, насильно рекрутированные женами и любовницами на утреннюю пробежку по магазинам. Здесь они получали заслуженную награду – пинту холодного пива с креветочными чипсами.
Паб состоял из нескольких маленьких комнат, соединенных короткими коридорами. Логан и Миллер сидели в одной из них, рядом с окном. Вид из окна не радовал глаз: узкий переулок между высокими домами, унылый серый гранит, мокнущий под струями проливного холодного дождя.
– Ну что, – сказал Миллер, накалывая на вилку кусок овощного пирога, – удалось вам заставить признаться этого засранца?
Логан молча жевал мясо, мечтая запить его пинтой пива, чтобы окончательно справиться с похмельем. Но пить в служебное время было то же самое что оттрахать овцу на глазах шефа полиции города, поэтому Логан довольствовался апельсиновым соком и лимонадом.
– Мы продолжаем расследование, – ответил он приглушенным голосом.
– Прибейте его за жопу к стене ржавыми гвоздями. Грязный больной урод – вот кто он такой. – Миллер был не на работе, поэтому мог позволить себе выпить. Но перед ним стояла не чудесная пинта темного пива, а большой запотевший бокал «Семийон шардоне» и лежал стейк из лосося.
Логан увидел, как Миллер деликатно отпивает из своего бокала, и улыбнулся. Миллер был странный парень, но, если говорить честно, он начинал ему нравиться. Даже после того, как из-за его статьи едва не отстранили от работы инспектора Инша. Одежда, вино, круассаны, крупные ювелирные украшения – все это было просто нарядом для рождественской пантомимы.
Логан подождал, пока репортер начнет есть рыбу, потом спросил:
– А что по поводу Джорджа Стефенсона?
– М-м-м-м-ф-ф… – Кусочки панировки вылетели изо рта и упали на изящную рубашку цвета слоновой кости. – В каком смысле?
– Ты сказал, что у тебя есть дополнительная информация. Что-то, о чем я не знаю.
Миллер улыбнулся, из его рта выпало еще больше крошек.
– Как насчет последнего места, которое он посещал?
Логан попробовал догадаться:
– «Терф'н Трэк»?..
Миллер с удивлением улыбнулся:
– Да, прямо в точку. «Терф'н Трэк».
Логан знал, что так и будет. Осталось доказать.
– Один из братьев Маклауд сказал мне: «Все знают, что не надо делать так, как сделал Джорди». Это было предупреждение. Хочешь что-нибудь добавить?
Миллер повертел в руке бокал с вином, поднял, и на столе заиграл хоровод из маленьких золотистых пятен.
– Ты знаешь, что у него были дела с местными букмекерами и на кону стояли приличные деньги?
– Ты уже это говорил. И насколько приличные?
– Двести пятьдесят тысяч шестьсот сорок два фунта.
Пришло время удивиться Логану. Это была очень приличная сумма.
– Зачем же они его убили? – Он пожал плечами. – Почему просто не покалечили слегка? Мертвый Джорди не сможет платить. Не говоря уже о том, что он был одним из парней Молка-Ножа. Я слышал, что Молку не нравятся подобные вещи.
– Да, рискованно, – кивнул Миллер. – Если ты наедешь на кого-нибудь из его парней без его разрешения, он обрушится на тебя, как тонна говна.
Сердце у Логана екнуло: меньше всего Абердин нуждался во вспышке криминальных разборок. Гангстерские войны в Гранитном Городе. То-то весело будет.
– Зачем же тогда его убили?
Миллер вздохнул и, отложив в сторону нож, ответил:
– Его замочили, чтобы каждый знал, что не надо делать того, что делал он.
– И что, черт возьми, это значит?