Странник – Не только человек: сознание, гравитация и паразиты власти (страница 1)

Не только человек: сознание, гравитация и паразиты власти

Введение

С чего начинается пересмотр исключительности

Апрель 2024 года может оказаться той датой, с которой историки науки начнут отсчёт новой эпохи в отношениях человека с природой. В Университете Нью-Йорка несколько сотен учёных, работающих в области нейробиологии, этологии и философии сознания, подписали декларацию, способную перевернуть всё, что мы думали о собственном месте в мире. Текст документа краток, но его последствия могут быть сопоставимы с открытием Коперника или теорией эволюции Дарвина. В декларации утверждается: существуют веские научные доказательства того, что сознанием обладают не только млекопитающие и птицы, но даже насекомые и ракообразные.

Кажется, со времён Чарльза Дарвина представления человека о собственной исключительности не подвергались столь суровой ревизии.

Два столетия назад Дарвин показал, что человек не сотворён отдельным актом божественной воли, а произошёл от общих с животными предков. Это был сокрушительный удар по антропоцентризму. Однако и после Дарвина оставалась спасительная лазейка: пусть наше тело родственно животным, но душа, разум, сознание, культура, язык — вот что делает нас уникальными. Именно это последнее убежище человеческого величия атакует Нью-Йоркская декларация.

Но что именно имели в виду учёные? На какие исследования они опирались? И главное — если у рыбы, рака или пчелы действительно есть сознание, что это меняет в нашем поведении, этике, праве, экономике?

Эти вопросы и стали отправной точкой для нашего исследования.

В XX веке господствовало мнение, что сознание свойственно только человеку, потому что только он обладает языком и, благодаря этому, способен создавать и усваивать культуру. Животные языка не имеют — следовательно, рассуждали учёные, у них не может быть и сознания. Эта логика казалась железобетонной, пока в 1970-х годах не появилась работа, заставившая задуматься о самом методе наших суждений.

Американский философ Томас Нагель задал вопрос, на первый взгляд простой, но разрушительный для самоуверенности человека. Он спросил: «Каково быть летучей мышью?» Летучая мышь воспринимает мир не через зрение, как мы, а через эхолокацию. Её субъективный опыт совершенно иной. Как мы, люди, опираясь только на собственное зрительное восприятие, можем оценить наличие или отсутствие сознания у существа, чей сенсорный мир нам принципиально недоступен? Нагель указал на фундаментальную проблему: мы всегда судим о чужом сознании, сравнивая чужое поведение со своим. Но что, если критерии нашего сравнения слепы к другим формам сознания?

С этого философского вызова началась новая наука о сознании.

Вскоре психологи и этологи принялись разрабатывать методы, которые позволили бы объективно, насколько это возможно, оценить наличие самосознания у животных. Самым известным из них стал зеркальный тест, предложенный психологом Гордоном Гэллапом. Он рассуждал гениально просто: если животное узнаёт себя в зеркале, понимает, что отражение — это оно само, значит, у него есть представление о собственном «Я». Гэллап наносил спящим животным на лоб пятно белой краски без запаха, а затем наблюдал реакцию перед зеркалом. Животное, которое начинало счищать пятно, глядя на себя, — проходило тест.

Первые результаты были обнадёживающими для человеческой гордости: тест прошли человек, шимпанзе, гориллы и другие высшие приматы. Исключительность, казалось, подтверждалась.

Но затем началось самое интересное. Зеркальный тест прошли слоны. Прошли дельфины и косатки. Прошли сороки — представители врановых, обладающие высокоразвитым интеллектом, но всё же «всего лишь» птицы. А потом пришло понимание: зеркальный тест опирается на зрение, но у многих животных ведущую роль в формировании картины мира играет не зрение. Если провести аналог зеркального теста с упором на обоняние, то собака прекрасно узнаёт себя по запаху. Подвязочная змея, как показали исследования, тоже обладает способностью к самоузнаванию — но, разумеется, не через зеркало.

Самый шокирующий результат пришёл из лаборатории Такаши Китамуры в Техасе. Оказалось, что даже лабораторные мыши линии C57 Black6, если они выросли в социальной среде, начинают умываться и чистить мордочку, заметив в зеркале пятно краски. Мыши проходят зеркальный тест — пусть и при определённых условиях. Но Китамура пошёл дальше: он пометил нейроны в мозге мыши, которые активируются, когда мышка разглядывает себя в зеркале. И обнаружил поразительную вещь: те же нейроны активируются, когда мышь видит других мышей своего рода, той же лабораторной линии. А если ей показывают «чужаков» — нейроны молчат.

Затем выяснилось, что у человека есть точно такие же нервные клетки, расположенные в тех же структурах мозга. И они активируются не только при виде себя в зеркале, но и при взгляде на близких людей — членов семьи.

Социальные связи, самоузнавание, различение «свой — чужой» — у мыши и человека работают через одни и те же нейронные механизмы.

А потом были рыбы. Японский исследователь Масанори Кодо изучал чистильщиков — маленьких аквариумных рыбок, которые привыкли к своему отражению, потому что поверхность воды постоянно даёт им зеркальный образ. Кодо наносил им коричневые точки у рта — точно такие же, как выглядят паразиты. Единственный способ для рыбки избавиться от паразита — тереться о камни. И чистильщики с нанесённым пятном начинали тереться о камни, но только если видели пятно в отражении. Они узнавали себя. Рыбы.

Вот так, шаг за шагом, рушилась стена между «человеком разумным» и «просто животными». Нью-Йоркская декларация стала юридическим и научным оформлением этого процесса. На данный момент её подписали 480 учёных. Первые 40 подписантов были ведущими мировыми экспертами по изучению сознания человека. Сейчас подпись может поставить любой исследователь, работающий в этой области. Это значит, что документ поддержан профессионалами, которые понимают, о чём говорят.

Итак, мы сталкиваемся с тремя группами вопросов, которые и составят каркас нашей книги.

Первое. Что нам теперь делать с этим знанием? Академик Константин Анохин, нейробиолог, директор Института перспективных исследований мозга МГУ, в своей лекции на фестивале «Наука 0+» выделил три цели подобных исследований. Первая цель — понять, как вообще устроено сознание, в том числе наше собственное. А на подходе ещё и сильный искусственный интеллект, которому тоже потенциально приписывают способность осознавать себя. Если мы разберёмся с сознанием у мышей и рыб, мы будем лучше готовы к встрече с сознанием машин.

Второе. Если животные способны чувствовать, переживать, страдать, испытывать удовольствие — то кто же тогда человек? Имеем ли мы право на исключительность? Возможно, ответ станет для человечества таким же потрясением, как когда-то доказательство того, что Земля не центр Вселенной.

Третье. И самое практическое: если сознание у животных доказано, это требует изменения нашего отношения к ним. Это звучит невероятно, но ведь со временем человечество привыкло к мысли, что рабы и крепостные — тоже люди, их нельзя продавать и истязать. Женщины обладают такими же правами, как мужчины. Может быть, настал черёд следующего шага? И где его границы?

Но прежде чем отвечать на эти вопросы, мы должны честно признать: сознание животных — лишь одна из многих трещин в монолите человеческой исключительности. Есть ещё кое-что, что мы привыкли считать «своим», но что на поверку оказывается общим свойством всего живого, а иногда и неживого.

Речь идёт о самом фундаменте нашего существования — о физических силах, которые управляют нами, не спрашивая нашего согласия. О гравитации, которая роняет кирпичи на головы и заставляет космонавтов терять костную массу. Об электромагнетизме, который держит атомы в столешнице и одновременно убивает рыбу антидепрессантами из городской канализации. О паразитах, которые меняют поведение хозяев точнее любого психиатра.

Эта книга — не моральный трактат и не научно-популярное изложение фактов. Это философское документальное исследование. Мы будем двигаться от одного удивления к другому, от эксперимента к эксперименту, от морального тупика к возможному просветлению.

Мы зададим главный вопрос, который вынесен в центр нашей работы: кто такой человек в системе жизни — царь, часть организма или временный гость, который слишком высокого о себе мнения?

И попробуем ответить на него честно — без иллюзий, но и без нигилизма. Потому что, как сказал Махатма Ганди (и эти слова станут эпиграфом ко всей книге):

«Сначала Вас игнорируют, потом смеются над Вами, потом борются с Вами, а потом Вы побеждаете».

Возможно, сейчас — самый разгар борьбы. И нам предстоит решить, на чьей мы стороне.

Глава 1. Сознание не только наше

Декларация как вызов

Апрель 2024 года. Университет Нью-Йорка. В обычном конференц-зале, ничем внешне не отличающемся от сотен других университетских аудиторий, происходит событие, которое историки науки, возможно, через десятилетия назовут «вторым коперниканским переворотом». Тишина в зале, шёпот, несколько десятков учёных склоняются над листом бумаги. Кто-то ставит подпись, задумавшись на секунду. Кто-то — не колеблясь. Кто-то — с явным внутренним сопротивлением, как будто подписывает не научный документ, а собственный приговор.