Стивен Розенфилд – Ухожу в Stand Up! Полное руководство по осуществлению мечты от Американской школы комедии (страница 30)

Так что, Мистер Весельчак или Мисс Умора, писателем тебя делает твой юмор, а актером – то, что ты живой человек.

Комик изображает проявление эмоции, а не саму эмоцию.

Ключевой момент стендапера в актерской игре: знать, какое настроение надо передать, и сыграть его. Если будешь шутить про то, как сегодня влюбился, а сетап содержит фразу: «Вы не поверите, что сегодня со мной произошло!», значит, твое состояние – восторг. Не раздражение, не скука, а восторг!

Некоторые новички не понимают, что стендап-выступление – это актерская игра. Потому они не анализируют и не продумывают свое эмоциональное состояние, которое должно подкреплять шутки. Им кажется, что стендаперы просто выходят на сцену и начинают говорить, а все необходимые эмоции получаются сами собой по ходу.

Не случайно многие комики продолжают успешную карьеру в актерской профессии. Благодаря стендап-выступлениям они становятся настолько хорошими актерами, что люди, сидящие в зале, буквально в паре метров от них, даже не понимают, что все услышанное было написано и отрепетировано заранее. Очень часто люди недоумевают, когда попадают на другое выступление этого же артиста, а он и говорит все то же самое, и подача у него точно такая же.

Знание своих реплик еще не означает готовность выступать. Артист готов выступать, когда знает не только слова, но и эмоции, которые будут их сопровождать.

Фонтанировать эмоциями на сцене – значит оживать перед публикой. Ты становишься эмоциональным артистом, передавая свою позицию четко и понятно и в материале, и в выступлении.

Некоторые новички не понимают, что стендап-выступление – это актерская игра.

На одной волне

Чтобы зрители полностью сфокусировали внимание на артисте, им нужно чувствовать, что он не говорит о них, не обращается к ним, а разговаривает с ними, словно они ведут беседу. Реплики комика в этом диалоге – его материал, реплики зрителей – смех и аплодисменты. Должно сложиться ощущение, что они в одной компании перетирают за жизнь.

В театре есть понятие – «четвертая стена». Сейчас поясню, что это значит. Представь, что ты в театре, а действие происходит в гостиной английского загородного дома, скажем, в викторианскую эпоху. Одна стена оформлена в виде окна, выходящего в сад. На второй могут висеть портреты предков, там же может быть дверь в библиотеку. В третьей – располагается входная дверь. Четвертая стена, которая бы закрывала обзор зрителям, будь она там, воображаемая, но актеры представляют, что она есть. Например, если леди Гвендолин рассказывает лорду Мальборо о своих подозрениях относительно того, что их сын спит с горничной, и выражает опасения, что им грозит страшный скандал, а в зрительном зале в это время кто-то громко чихнет, – леди Гвендолин не повернется к аудитории и не скажет человеку: «Будьте здоровы». Она притворится, что не слышала чихания, хотя все в курсе, что оно было. И никому в голову не придет считать леди Гвендолин невоспитанной, просто все понимают, что она находится в одном измерении, в своей гостиной викторианской эпохи, а зрители – в другом, в театре, сегодня.

В комедийном клубе нет четвертой стены. Все сидят в одном зале, в одно время. Будучи стендап-комиком, нельзя делать вид, что зрителей нет. Нужно быть с ними на одной волне. Поэтому если выступаешь на сцене, а кто-то в зале громко чихнул, можно, если захочешь и если это не собьет ход твоей шутки, сказать: «Будь здоров!» Если человек чихнул очень громко, можно сказать: «Будь здоров!» также громко, и, скорее всего, люди рассмеются.

Еще одна причина быть на одной волне со зрителями – смеха будет больше. Люди гарантированно будут смеяться, если обратить внимание на что-то, что пошло не по плану, но что заметили все. Один из самых известных примеров такой техники подарил нам не комик, а президент – Джон Кеннеди. Использовав этот прием, он успешно справился с ситуацией, которая с легкостью могла бы стать неловкой: на торжественном обеде в Хьюстоне, на котором чествовали союзников конгресса. Он рассказывал о грядущем запуске в космос самого большого ракетоносителя по тем временам. Кеннеди намеревался сказать, что Соединенные Штаты опередят Россию в космической гонке, отправив самое большое космическое судно в космос. Но он оговорился, сказав, что Штаты отправят космическую сумму. После его оговорки в зале повисла гробовая тишина. Кеннеди мог бы просто себя поправить и продолжить в согласии с заранее заготовленным текстом. Но у него было слишком обостренное чувство юмора, чтобы так поступить. Он, конечно, себя исправил, но потом сделал паузу, улыбнулся и сказал: «Эта оговорка бы мне тоже обошлась в космическую сумму». В ответ раздался громкий смех и бурные аплодисменты. Этот случай часто приводят в качестве одного из лучших примеров находчивости Кеннеди. Хотя, по сути, ничего остроумного он ведь не сказал. Он рассмешил всех, просто признав то, что все и так слышали. В тот момент президент Кеннеди был на одной волне со всеми.

Будучи стендап-комиком, нельзя делать вид, что зрителей нет. Нужно быть с ними на одной волне.

Это лишь одна из нескольких техник, позволяющая дополнительно рассмешить людей, просто находясь рядом. В предыдущих главах я уже затрагивал две техники, работу с залом и хеклерами, чтобы аудитории стало ясно, что ты находишься с ними в одном пространстве и времени.

Четвертая техника поможет справиться в ситуациях, когда кто-то из зрителей начнет вести себя шумно или вульгарно. Если это мешает лишь тебе, лучше всего продолжать выступление. Например, если парочку за столиком прямо перед тобой внезапно осенило, что они влюблены, и они сидят тихонечко, взявшись за руки, молча смотрят в глаза друг другу, и им нет до тебя никакого дела – просто продолжай. Если тебя раздражает их пренебрежение, просто не смотри и продолжай выступление. Кроме тебя, никто не знает, что происходит, потому это больше никого не беспокоит. Если ты прервешь номер, чтобы отчихвостить людей, которые в глазах зрителей не сделали ничего дурного, публика не оценит твою излишнюю враждебность, и твоя привлекательность пострадает.

Но вот если за столиком сидят товарищи, которые своей болтовней мешают и тебе, и зрителям, обозначь свое присутствие, подружись с ними. А потом мило и с юморком попроси их помолчать. Например:

Комик (обращается к кому-то за шумным столиком): Здорово, приятель, ты откуда?

Шумный парень: Из Бруклина.

Комик: Бруклин сегодня в ударе! Классный район. Обожаю Бруклин. Уверен, там сейчас слышно твою болтовню. Будет супер, если ты ограничишься нашим кварталом. Идет? (Протягивает кулак для приветствия)

Бывший шумный парень (ударяет кулаком о кулак): Идет.

Вы подружились, и теперь твой друг со своими приятелями всецело с тобой. Ты их кореш.

Техники, которые я тебе на данный момент описал, предполагают отойти от запланированного сета и либо импровизировать, либо делать вид, что импровизируешь, как в случае с хеклерами или при работе с залом. Но это не единственные способы обозначить свое присутствие. Этого можно добиться, не отвлекаясь от текста:

• Устанавливай зрительный контакт с людьми. Им важно знать, что ты их видишь. Если же освещение такое яркое, что на самом деле ты их не видишь, притворись. Ты ведь знаешь, где они сидят.

• Пережди смех, т. е. не начинай говорить в самый разгар смеха, – так они поймут, что ты не только видишь, но и слышишь их.

• Хлопай зрителям в ответ в начале и в конце выступления. Так они поймут, что ты не только видишь и слышишь их, но и чувствуешь их признательность.

Люди в зале будут уделять тебе все внимание, если почувствуют, что ты уделяешь им все свое внимание, когда поймут, что ты не речь перед ними толкаешь, а у вас дружеская беседа. Четко обозначив свое присутствие, получишь дополнительные возможности смешить и контролировать аудиторию.

Подача

Два человека могут рассказать один и тот же анекдот слово в слово, но один при этом рассмешит, а второй – нет. Разница будет лишь в манере повествования, в подаче. Факторы, влияющие на подачу: темп, тайминг, акценты и паузы. Давай рассмотрим каждый по отдельности.

Темп

Темп обозначает общую скорость произношения – можно говорить быстро, можно медленно, можно как-то средне. Оптимальный темп стендап-комика – медленный. Медленно получается смешно. Подчеркни, пожалуйста, предыдущее предложение. Медленно рассказывать, удерживая мощную энергетику – это один из нескольких навыков, отличающих профи от псевдостендапера. Эта техника передавалась из поколения в поколение: Джонни Карсон научился ей у Джека Бенни, Дона Риклза этой технике обучил его педагог по актерскому мастерству Сэнфорд Майснер. Эллен Дедженерес научилась этому у Филлис Диллер. Билл Хикс перенял эту технику у Вуди Аллена, который, в свою очередь, перенял ее у Боба Хоупа, которого обучил этой технике старый, ныне уже позабытый комик. Еще в самом начале карьеры он отозвал Хоупа в сторонку за кулисами Техасского варьете и сказал, что публика сильно не смеется, потому что он говорит так быстро, что они с трудом что-то разбирают. Нужно попридержать коней.

Оптимальный темп стендап-комика – медленный. Медленно получается смешно.

Когда ты тараторишь свои шутки, у тебя не остается времени эмоционально их окрасить. Если зрители не могут понять, что ты чувствуешь относительно того, что говоришь, теряется индивидуальность. В твоем голосе индивидуальности остается не больше, чем в рекламе лекарств, когда говорится о противопоказаниях минздрава. Более того, если ты слишком быстро говоришь, какие-то слова могут ускользнуть от зрителей, а даже одно слово может стоить тебе смеха в зрительном зале. Еще одна проблема в том, что, когда торопишься, ты лишаешь людей возможности долго и от души посмеяться. Они просто не смогут, ведь им надо не пропустить то, что ты скажешь дальше.