Стивен Ликок – Безумная беллетристика (страница 8)

5. Науке известно только одно заболевание жилета.

Porriggia – повреждение, вызванное систематическим соприкосновением с пронесенной мимо рта овсянкой. Болезнь не причиняет существенного беспокойства главным образом благодаря полному безразличию пациента и легко поддается лечению с помощью наложения бензиновых компрессов.

6. Mortificatio Tilis, или позеленение шляпы, – недуг, часто сопутствующий Phosphorescentia (см. выше) и характеризующийся аналогичным отвращением к прогулкам.

7. Sterilitas, или облезлость меха, – еще одна болезнь головного убора, особенно часто случающаяся зимой. До сих пор точно не изучено, что является первопричиной болезни: выпадение меха или прекращение его роста. Пациентам с данным недугом свойственно подавленное настроение и выражение глубокой печали на лице. Они особенно чувствительны к вопросам, касающимся анамнеза головного убора.

8. За недостатком места упомянем лишь одно из более легких заболеваний, а именно Odditus Soccurum, или непарность носков, – недомогание само по себе незначительное, но вызывающее особенные опасения в сочетании с Contractio Pantalunae. Известны случаи, когда осознание болезни настигало пациента внезапно на общественном мероприятии или дружеской встрече и медицинская помощь приходила слишком поздно.

В данной статье мы можем упомянуть лишь несколько наиболее типичных заболеваний этого рода.

1. Explosio, или утрата пуговиц, – наиболее частая болезнь, требующая хирургического вмешательства. Она начинается с незначительных повреждений, чаще всего внутренних, не причиняющих больному существенного беспокойства. Легкое чувство неловкости часто заставляет пациента искать облегчения в подвязывании – вредной привычке, которая, если ей потворствовать, может со временем превратиться в настоящую манию. Использование сургуча, хотя и рекомендовано в качестве паллиативной меры, ни в коем случае не должно становиться единственным средством, скрепляющим всю систему.

2. Хорошо известно, что частое использование воска, а также отказ от оперативного вмешательства в пользу подвязывания может закончиться Fractura Suspendorum, или обрывом подтяжек, неизбежно приводящим к тому, что вся система выходит из равновесия. У пациента, застигнутого внезапным приступом Explosio, возникают недобрые предчувствия, за которыми обычно следует ощущение глубокого конфуза. Здоровый организм может оправиться от потрясения, но система, подорванная регулярным подвязыванием, неизбежно падет жертвою болезни.

3. Sectura Pantalunae, или разрыв брюк, обычно вызывается сидением на горячем воске или соприкосновением с острым крючком. В раннем возрасте разрыв брюк часто сопровождается болезненным нагноением рубашки. У взрослых, однако, подобных симптомов не отмечается. Заболевание скорее душевное, чем физическое: сознание пациента заполняется острым чувством обиды и безнадежности. В подобной ситуации единственно возможное лечение – скорейшая изоляция в сочетании с аккуратной штопкой поврежденных участков.

В заключение стоит отметить, что при первых же признаках болезни пациент должен безотлагательно обратиться к профессиональному портному. В столь кратком обзоре мы не могли дать исчерпывающей характеристики исследуемого предмета, ограничившись простым упоминанием. Очень многое еще предстоит сделать, чтобы пролить дополнительный свет на эту малоизученную пока область. Однако автор будет полностью удовлетворен, если его беглые наброски помогут привлечь внимание медицинской общественности к существующей проблеме.

Ответ поэту

Уважаемый сэр!

В ответ на ваши многочисленные обращения, неоднократно появлявшиеся в течение нескольких последних лет на страницах местных газет, я готов предложить вам следующие пути разрешения ваших главных трудностей.

Пункт 1. Вы часто спрашиваете, где сейчас друзья ваших детских лет, и призываете их вернуться в отеческий край. Насколько мне известно, те из ваших друзей, кто сейчас на свободе, по-прежнему проживают в родной деревне. Вы пишете, что в былые дни делили с ними все свои праздники и пирушки. Если это правда, то пусть теперь они поделятся с вами своими.

Пункт 2. Однажды вы высказали просьбу:

Не дарите мне злато и шелк,

Драгоценных каменьев не надо.

Но, дорогой мой, это нелепо. Для кого я тогда все это покупал? Если вы откажетесь, мне придется подарить вам отрез дешевого ситца и вязанку дров.

Пункт 3. Вы также спрашиваете: «Как через море поплывет любовь моя?»

Думаю, в каюте первого класса. Даме не пристало путешествовать в трюме.

Пункт 4. «Зачем я был рожден? К чему дышать?» Тут я с вами полностью согласен. Я тоже считаю, что дышать вам незачем.

Пункт 5. Вы требуете, чтобы я показал вам человека, чья душа давно мертва, и пометил его. Мне очень жаль: этот человек был тут вчера весь день, и если бы я знал о вашей просьбе, то нанес бы на него метку, чтобы вы в случае необходимости могли легко его отыскать.

Пункт 6. Я заметил, что вы часто восклицаете: «За небо родины моей!» Это ваше право, разумеется. Но не забывайте, что вы и так уже много должны за все остальное.

Пункт 7. Вы не раз интересовались: «Какая разница, о чем мечтаешь ты?» Должен вас заверить, что никакой разницы нет, и, надеюсь, этот факт доставит вам величайшее наслаждение.

Сила статистики

В поезде эти два джентльмена сидели прямо передо мной – до меня периодически долетали обрывки их фраз. Мои попутчики, по всей видимости, не были знакомы, просто случайно разговорились. Их манера держаться свидетельствовала о напряженной работе мысли. Похоже, они на полном серьезе мнили себя великими умами современности.

Один только что закрыл книгу, которая лежала у него на коленях.

– Я тут ознакомился с весьма интересными статистическими данными, – сказал он второму интеллектуалу.

– А, статистика! – отреагировал тот. – Очень интересно, я и сам люблю на досуге почитать статистические отчеты.

– Между прочим, я только что узнал, – продолжал первый, – что в капле воды содержатся маленькие… маленькие… Забыл, как называются… маленькие… э… штучки, в каждом кубическом дюйме содержится… содержится… погодите, запамятовал…

– Допустим, миллион, – ответил второй мыслитель ободряюще.

– Да, миллион, а возможно, и миллиард… но, так или иначе, их невероятно много.

– Неужели? – откликнулся второй. – Но знаете, в мире столько всего интересного. Вот уголь… Возьмем, к примеру, уголь…

– Прекрасно, – откликнулся его собеседник, откидываясь в кресле с важным видом. – Давайте возьмем уголь.

– Известно ли вам, что энергии, выделяющейся при сгорании в топке паровоза одной тонны угля, достаточно, чтобы состав длиною в… Забыл точную цифру, ну, скажем, в столько-то вагонов весом в столько-то тонн… прошел путь от… от… Вот из головы вдруг вылетело!

– Отсюда и до Луны, – предположил другой.

– Да, очень похоже, да, отсюда и до Луны. Удивительно, не правда ли?

– Но больше всего меня потряс расчет относительно расстояния от Земли до Солнца. Трудно поверить, но ядро, выпущенное из пушки в сторону Солнца…

– В сторону Солнца, – одобрительно закивал в ответ его собеседник, как будто он видел это своими глазами.

– Потратит…

– Три цента на милю, – подсказал слушатель.

– Нет, нет, вы меня не так поняли. Потратит невероятное количество времени, совершенно невероятное… Около ста миллионов или даже ста миллиардов лет, чтобы добраться туда, даже если будет перемещаться с огромной скоростью, быстрее, чем…

Тут мое терпение лопнуло, и я перебил его.

– Только если им выстрелят из Филадельфии, – сказал я и перешел в вагон для курящих.

Люди, которые меня брили

Парикмахеры по натуре своей – спортивные болельщики. Они всегда точно знают, во сколько сегодня начинается бейсбол, и могут не хуже профессионала обрисовать вам сильные и слабые стороны любого игрока, сравнивая его с великими героями прошлого, которых они еще застали в дни своей молодости. Ни на секунду не замедляя работу бритвы, они с готовностью возьмутся предсказать исход любого матча, а после этого залепят рот клиента мыльной пеной и, оставив его в таком положении, отправятся на другой конец зала, чтобы заключить со своими коллегами пари об исходе Осеннего гандикапа. В парикмахерских знали исход поединка между Джеффрисом и Джонсом задолго до его начала. Подобные сведения – их хлеб. Процедура бритья лишь незначительное дополнение. Парикмахеры убеждены, что клиентов следует швырять в кресло, связывать, заковывать в наручники, залеплять им рот мылом и, заполучив таким образом внимательных слушателей, пичкать их сведениями о последних спортивных событиях. Иначе этим невеждам ни за что не удастся просидеть на работе весь день, не опозорившись перед сослуживцами.

Снабдив клиента всей необходимой суммой знаний, парикмахер сбривает ему щетину. Это знак того, что человек созрел для разговора и теперь ему позволено встать с кресла.

Публика уже доросла до понимания ситуации. Любой благоразумный бизнесмен готов просидеть полчаса в ожидании процедуры, с которой сам справится за три минуты, лишь бы не появляться на деловой встрече, не зная точного ответа на вопрос, почему Чикаго терпит поражение во второй игре кряду, и тем самым выставить себя на всеобщее посмешище.

Иногда, конечно, у парикмахера возникает необходимость испытать клиента, задав ему пару вопросов. Он пригвождает бедолагу к креслу, запрокидывает ему голову назад, покрывает все лицо мыльной пеной, а потом, упершись коленом ему в грудь и зажав рукой рот так, чтобы клиент наглотался пены и не мог вымолвить ни слова, спрашивает: