Стивен Кинг – Спящие красавицы (страница 130)

Он поспешил в спортивный зал. Может, именно я убью ее, подумал Дон. Всажу пулю в ее квакающий рот, и все закончится. Они забудут мою ошибку с Младшим, и мне до конца жизни не придется покупать выпивку в «Скрипучем колесе».

Он шагнул к двери, уже представляя себе Иви Блэк в перекрестье прицела, но Элмор Перл оттолкнул его.

– Подожди, Скорострел.

– Эй! – возмутился Дон. – Вы же не знаете, куда идти.

Он вновь направился к двери, но Дрю Т. Бэрри схватил его и покачал головой. У самого Бэрри не возникало желания входить первым в дверь: он не знал, что за ней ждет. Возможно, дверь эту защищал только один человек, которого он убил, но если в спортивном зале был кто-то еще, Перл уложил бы его с большей вероятностью, чем Питерс, чьей единственной жертвой за сегодня стал собственный напарник.

Перл через плечо посмотрел на Дона и, ухмыляясь, вошел в спортзал.

– Расслабься и позволь мужчине идти пер…

И тут холодные руки Моры Данбартон схватили его, одна за шею, вторая – за затылок. Элмор Перл посмотрел в ее мертвые глаза и заорал. Орал он недолго: ожившая нежить, которая раньше была Морой, сунула руку ему в рот, игнорируя его укусы, и дернула нижнюю челюсть вниз. Та оторвалась с тем самым звуком, какой слышится, когда отрывают ножку у индейки на День благодарения.

– Будь я проклят, если мы не пара везучих сучьих детей! – ликовал Мейнард Грайнер. – Чудь дальше – и гранаты рвались бы на парковке. Ты видел, как прыгала последняя, Лоу?

– Видел, – подтвердил Лоу. – Словно камушек по воде. И разнесла бульдозер. Неплохо, но у меня выйдет лучше. Перезаряди!

Внизу дым вырывался из дыры в западной стене. Великолепное зрелище, напоминавшее карьер после взрыва динамита, только намного лучше, потому что взрывали они не камни. Они взрывали чертово государственное исправительное заведение. Это стоило сделать, даже если бы им не требовалось заткнуть болтливый рот Китти Макдэвид.

Мей уже сунул руку в сумку с гранатами, когда услышал треск сломавшейся ветки. Развернулся, потянувшись к пистолету за ремнем.

Ван нажала спусковой крючок пистолета, из которого Фриц Мишем пытался ее убить. Она стреляла с близкого расстояния, но сил у нее практически не осталось, поэтому пуля не попала Мейнарду в грудь, а лишь чиркнула по плечу, повалив на опустевшую сумку с гранатами для базуки. Пистолет Мея отлетел в кусты и повис на предохранительной скобе.

– Брат! – крикнул Мей. – Стреляй! Она подстрелила меня!

Лоу уронил базуку и схватился за лежавшую рядом винтовку. Выведя одного брата из строя, Ван смогла сосредоточиться на другом. Она прижала рукоять пистолета к середине своей внушительной груди и вновь нажала на спусковой крючок. Рот Маленького Лоу взорвался, из затылка выплеснулись мозги, с последним вдохом он втянул осколки выбитых зубов.

– Лоу! – завопил Мейнард. – Брат!

Схватил повисший на кусте пистолет, но прежде чем успел прицелиться, его запястье стиснуло нечто вроде железного наручника.

– Тебе следовало дважды подумать, прежде чем наставлять пистолет на чемпионку по армрестлингу, даже если она неделю не спала, – произнесла Ван на удивление мягким голосом, а потом выкрутила Мею запястье. Раздался треск, словно сломались сухие ветки. Мей закричал. Пистолет выпал из его пальцев, и Ван ногой отбросила оружие в сторону.

– Ты застрелила Лоу, – всхлипнул Мей. – Убила его!

– Верно. – В голове Ван звенело. Бедро пульсировало болью. Она словно стояла на палубе в сильный шторм. Ее невероятная выдержка иссякала, и она это знала. Все это принесло куда больше пользы, чем самоубийство, двух мнений тут быть не могло. Только что теперь?

Мея, похоже, мучил тот же вопрос.

– Что ты собираешься делать со мной?

Связать я его не смогу, подумала Ван. Мне нечем его связать. Неужели я просто засну и дам ему уйти? Возможно, сперва он расстреляет меня, пока я буду покрываться коконом.

Она посмотрела на тюрьму, где сплющенный кемпер и горящий бульдозер блокировали парадную дверь. Изучила дыру, которую первая граната проделала в стене крыла В, где спали десятки женщин, беззащитных в своих коконах. Сколько погибло из-за этих двух тупых отморозков?

– Ты кто? Лоуэлл или Мейнард?

– Мейнард, мэм. – Он попытался улыбнуться.

– Ты глупый или умный, Мейнард?

Улыбка стала шире.

– Само собой, я глупый. Меня выгнали из школы в восьмом классе. Я только делаю то, что говорит Лоуэлл.

Ван улыбнулась в ответ.

– Ладно, тогда я тебя отпущу, Мейнард. Без обид. Твой пикап стоит там. Я заглянула в кабину, ключи в замке зажигания. Даже с одной рукой, думаю, ты к полудню почти доберешься до Педро, если не будешь терять времени. Почему бы тебе не уйти, пока я не передумала?

– Спасибо, мэм.

Мейнард поплелся мимо надгробий небольшого кладбища. Ван подумала, а не выполнить ли ей данное ему обещание, но слишком велики были шансы, что Мей вернется и найдет ее спящей рядом с убитым братом. А даже если не вернется, они ржали над своей мерзкой выходкой, словно мальчишки на ярмарке, бросающие бейсбольные мячи по деревянным бутылкам. Она не могла позволить ему отойти далеко, потому что больше не доверяла своим глазам.

По крайней мере, он не узнает, от чего умер, подумала Ван.

Подняла пистолет Мишема и – не без сожаления – всадила пулю в спину Мею.

– У-уф, – таким стало его последнее слово на матушке-земле, когда он валился вперед на груду сухих листьев.

Ван села, привалившись спиной к накренившемуся надгробию – такому старому, что когда-то выбитое на нем имя почти стерлось, – и закрыла глаза. Она переживала из-за того, что выстрелила человеку в спину, но чувство это быстро растворилось в накатывающей волне сна.

И как же это было приятно – сдаться.

Из ее кожи полезли паутинки, покачиваясь на утреннем ветерке. В горном краю набирал силу еще один прекрасный день.

Стекло считалось пуленепробиваемым, но две пули, выпущенные Уилли из «М-4» с близкого расстояния, вышибли окно в кабинете Клинта из рамы. Клинт залез первым, приземлившись на стол. (Ему казалось, что докладные записки и характеристики он писал за ним в другой жизни.) Услышал крики и шум со стороны спортивного зала, но с этим ничего поделать не мог.

Клинт повернулся, чтобы помочь Уилли забраться в окно, и увидел, что старик стоит, опустив голову и привалившись к стене. Его дыхание было хриплым и учащенным.

Уилли поднял руки.

– Надеюсь, вам хватит сил втянуть меня, док, потому что помочь я скорее всего не смогу.

– Сначала дайте винтовку.

Уилли протянул ему «М-4». Клинт положил ее на стол рядом со своим оружием, на стопку бланков «Примерное поведение», потом схватил Уилли за руки и потянул. Старик все-таки сумел помочь, отталкиваясь ногами от стены, и практически влетел в окно. Клинт повалился на спину, Уилли упал сверху.

– Вот что я называю чертовой близостью. – Голос Уилли звучал напряженно, выглядел старик хуже некуда, но при этом улыбался.

– В таком случае вам лучше звать меня Клинтом. – Он помог Уилли подняться, протянул ему винтовку, взял пистолет. – А теперь пошли к камере Иви.

– И что мы будем делать, когда придем туда?

– Понятия не имею, – ответил Клинт.

Дрю Т. Бэрри не верил своим глазам: две женщины, которые выглядели как трупы, и Элмор Перл с раззявленным ртом. Его нижняя челюсть просто лежала на груди.

Перл, пошатываясь, отступал от существа, которое схватило его. Сделал десяток шагов, прежде чем Мора поймала его за пропитанный потом воротник, притянула к себе и вонзила большой палец в правый глаз. Послышался хлопок, словно пробку вытащили из бутылки. Вязкая жидкость потекла по щеке Перла, и он обмяк.

Кейли рывками повернулась к Дону Питерсу, словно механическая игрушка, у которой заканчивался завод. Тот понимал, что должен бежать, но на него вдруг навалилась невероятная усталость. Я сплю, рассудил Дон, а это самый жуткий в мире кошмарный сон. По-другому и быть не может, потому что это Кейли Роулингс. Я только в прошлом месяце подал рапорт о ее плохом поведении. Позволю ей схватить меня – и тут же проснусь.

У Дрю Т. Бэрри, в силу профессиональной деятельности постоянно представлявшего себе наихудшие ситуации, в какие могли попасть люди, не возникло и мысли, что это сон. Все происходило наяву, хотя и напоминало фильм, в котором оживали разлагающиеся мертвецы, и Дрю Т. Бэрри намеревался выйти из этой передряги живым.

– Пригнись! – крикнул он.

Дон мог бы не послушаться, но тут на другом конце тюрьмы рванул пластид. Дон скорее упал, чем пригнулся, однако это сработало: вместо того чтобы ухватиться за мягкое лицо, бледные пальцы Кейли соскользнули с поверхности жесткого пластмассового футбольного шлема. Раздался выстрел, оглушительный в пустоте спортивного зала, и пуля, выпущенная в упор из «уэзерби» – карабина, в прямом смысле способного остановить слона, – сделала свое дело. Шея Кейли взорвалась, голова откинулась назад, и она рухнула на пол.

Мора отшвырнула Эрла и двинулась на Дона, жуткая женщина, чьи пальцы сжимались и разжимались, сжимались и разжимались.

– Пристрели ее! – взвизгнул Дон. Его мочевой пузырь не выдержал, и теплая моча потекла по ногам, заливая носки.

У Дрю Т. Бэрри возникла мысль этого не делать. Питерс был полным идиотом, пороховой бочкой, и без него могло стать лучше. Ладно, подумал Бэрри, так и быть. Но после этого, мистер Тюремный Охранник, тебе придется рассчитывать только на себя.