Стивен Кинг – МЛЕЧНЫЙ ПУТЬ №2, 2018(24) (страница 33)

Лойд закатил глаза, хотя из кухни его и не было видно. Совсем как в восемь лет, когда Бет грозилась нашлепать его по заднице бадминтонной ракеткой за бардак в комнате. Кое-что не меняется никогда.

– Все, тушите свет, – вздохнул он. – На сцене Бет Янг со своим непревзойденным искусством виноватить. 

Она закрыла холодильник и вернулась в гостиную. Щенок оглянулся и продолжил разглядывать Лойда.

– Съезжу в «Пабликс», покупок будет на сотню, не меньше. Принесу чеки, потом отдашь.

– А мне пока что делать?

– Познакомься хотя бы с бедным щеночком, которого обрекаешь на газовую камеру. – Бет наклонилась почесать псину за ухом. – Ты только глянь, сколько надежды в этих глазах!

В янтарных глазах собаки Лойд видел одну лишь настороженность. Она его оценивала.

– А если она на ковер надует? Мэриан его постелила перед самой своей болезнью.

Бет кивнула на игрушечный поводок, брошенный поверх пуфика.

– Своди ее погулять, пусть познакомится с заросшими клумбами Мэриан. А ковру, кстати, хуже не станет, он и так загажен. – Взяв сумочку, она направилась к двери, деловито вышагивая на тонких ногах в своей всегдашней манере.

– Хочешь сделать человеку гадость, подари ему домашнего питомца, – проворчал Лойд. – Так пишут в сетях.

– Тоже мне истина в последней инстанции.

Сестра оглянулась в дверях. Безжалостно-яркий свет, какой бывает в сентябре на западном побережье Флориды, подчеркнул помаду, растекшуюся по морщинкам возле губ, обвисшие веки и трепетную паутинку жилок на виске.

Скоро Бет стукнет восьмой десяток, подумал Лойд. Его бойкая, спортивная, упрямая сестренка, никогда не признававшая компромиссов, уже стара. Да и он тоже. Оба живое доказательство, что жизнь не более чем краткий сон в летний день. Только у Бетти еще есть муж, двое взрослых детей, четверо внуков – естественная геометрическая прогрессия. У него была Мэриан, но Мэриан ушла, а детей нет. Что, заменить жену какой-то дворняжкой? Идея такая же дурацкая и пошлая, как холлмарковская поздравительная открытка.

– Собака здесь не останется, – твердо сказал он.

Бет одарила его все тем же взглядом себя тринадцатилетней: «Смотри, если не возьмешься за ум, дождешься знакомства с бадминтонной ракеткой». 

– Останется, по крайней мере, пока я не вернусь из «Пабликса». У меня еще есть дела, а собаки в машинах на жаре дохнут, особенно такие маленькие.

Она закрыла дверь. Лойд Сандерленд, пенсионер и вот уже полгода как вдовец, потерявший интерес к пище и прочим радостям жизни, разглядывал незваную гостью, а та разглядывала его в ответ, сидя на белом ворсистом ковре.

– Ну что уставилась, дуреха? – спросил он наконец.

Щенок встал и пошел к нему, точнее, приковылял, будто брел в густых зарослях. Уселся у левой ноги и задрал мордочку, глядя в лицо. Осторожно протянутую руку не укусил, наоборот, облизал. Ллойд взял тоненький поводок и пристегнул его к розовому ошейничку.

– Пойдем-ка подальше от этого ковра, пока не поздно.

Он потянул за поводок, но псина лишь сидела и смотрела. Лойд со вздохом поднял ее на руки, снова ощутив влажный язычок. Выйдя во двор, он опустил щенка на траву. Газон давно не стригли, и собачка утонула почти с головой. Клумбы тоже совсем заросли, Бет была права. Вид просто ужасный, половина цветов не живее Мэриан. Лойд криво усмехнулся, ощутив укол вины за такое сравнение.

В траве косолапая походка щенка стала еще заметнее. Собачка проковыляла десяток шагов, присела и сделала лужицу.

– Неплохо, – хмыкнул Лойд, – но все равно я тебя не оставлю. 

Правда, шестое чувство уже подсказывало, что Бет вернется к себе в Бока-Ратон без пса. Незваная гостья останется здесь, в доме, полумилей дальше разводного моста, что соединяет Кайман-Ки с материком. Ничего не выйдет, конечно, собак он ни разу не держал, но пока подыскивает малышке хозяина, будет хоть какое-то занятие помимо телевизора, компьютерных игрушек и сайтов, что поначалу, когда он вышел на пенсию, казались интересными, а теперь наскучили до смерти.

Когда часа через два Бет вернулась, Лойд снова сидел в своем кресле, а щенок дремал на ковре. Любимая сестренка, ухитрявшаяся бесить его всю жизнь, сегодня превзошла сама себя. Привезла она куда больше, чем он ожидал. Огромный пакет щенячьего корма (натурального, разумеется) и большая упаковка йогурта, от которого должны окрепнуть хрящи этих огромных, как радары, ушей. А еще впитывающие пеленки, на которых псине предстояло справлять естественную нужду, собачью постельку, три жевательные игрушки (две из них противно пищали) и детский манеж – для того чтобы щенок не бродил по ночам.

– Боже мой, Бетти, сколько ты на это угрохала?

– В «Таргете» была распродажа, – привычно увильнула она от ответа. – Ты мне ничего не должен, это подарок. Ну что, все еще хочешь отдать мне собаку? Смотри, сколько я ей накупила. Если хочешь, возвращай все это сам.

Проигрывать сестре Лойд давно уже привык.

– Так и быть, дам твоей псине испытательный срок, но я не люблю, когда на меня взваливают ответственность. Всю жизнь мною командуешь!

– Ну да, я такая, а куда было деваться? Мама умерла, а отец по большей части не просыхал... Ну так что, яичницу будешь?

– Давай.

– Ковер уже обмочила?

– Нет.

– Еще не вечер, – злорадно ухмыльнулась она. – Впрочем, невелика потеря. Решил насчет клички?

Стоит назвать, мелькнула мысль, и все, не отвертишься. Хотя, пожалуй, после того как собака лизнула его руку, осторожничать уже поздно. Как с Мэриан, с того самого первого поцелуя. Очередное глупое сравнение, но разве мысли удержишь? Они сами по себе, вроде снов.

– Лори, – ответил он.

– Почему Лори?

– Не знаю. Просто первым пришло на ум.

– Ладно, сойдет.

Лори двинулась за ними на кухню. Ковыляя.

Лойд устлал белый ковер бумажными пеленками для собачьего туалета и установил манеж у себя в спальне (попутно прищемив пальцы), затем включил в кабинете компьютер и нашел в Интернете статью «Вы завели щенка». Дочитав до середины, он увидел в ногах Лори и встретил ее взгляд. Покормить? Пошел на кухню и обнаружил под аркой между кухней и гостиной лужицу – почти рядом с ближайшей собачьей пеленкой. Он принес собачку и погрозил пальцем.

– Сюда нельзя! – Потом пересадил ее на пеленку. – Вот сюда.

Лори глянула на него, прошла косолапой щенячьей походкой на кухню и легла у плиты, положив голову на лапы и все так же наблюдая. Лойд оторвал пригоршню бумажных полотенец. Похоже, в ближайшую неделю, а то и дольше, их потребуется немало.

Убрав лужицу (совсем крошечную, надо сказать), он сыпанул в миску четверть мерного стаканчика щенячьего корма – рекомендованная дозировка согласно статье – и смешал с йогуртом. Лори с охотой принялась за угощение. Наблюдая, он достал телефон. Бет звонила из зоны отдыха где-то в дебрях аллеи Аллигаторов.

– Совсем забыла, надо же показать песика ветеринару! 

– Знаю, – ответил Лойд. Об этом говорилось в статье.

Сестра продолжала, будто не слышала – еще одна хорошо знакомая черта:

– Думаю, понадобятся витамины, ну и, конечно, что-нибудь от сердечных червей плюс средства от клещей и блох – какие-нибудь пилюли, добавлять в еду. А еще ее надо будет прооперировать. Ну, ты знаешь, стерилизовать, но это, наверное, через пару месяцев.

– Да, если я ее оставлю.

Лори уже покончила с едой и побрела назад в гостиную. На полный желудок щенячье косолапие стало еще заметнее. Ни дать ни взять, слегка перебрала.

– Выгуливать ее не забывай!

– Ладно.

Каждые четыре часа, согласно той статье. Просто наказание какое-то! Делать ему больше нечего, как вставать в два часа ночи, чтобы тащить на улицу это незваное сокровище.

Чтение мыслей было еще одним талантом Бет. 

– Думаешь, наверное, что вставать ночью – лишнее беспокойство?

– Приходило на ум такое.

Она снова пропустила его слова мимо ушей.

– Сам же говорил, что после смерти Мэриан не можешь заснуть. Если это правда, то ночные прогулки с собачкой вряд ли тебя напрягут.

– Бетти, ты просто сама чуткость и забота.

– Ну ты хотя бы попробуй. Дай малышке шанс... и себе заодно. Лойд, я же волнуюсь! Сорок лет проработала в страховой компании и не понаслышке знаю, как сыплются болячки после смерти жен на мужчин твоего возраста... да и умирают они часто.

Лойд промолчал.

– Ну как, дашь?

– Что дам? – буркнул он, хотя понял.

– Шанс песику.