Стивен Эриксон – Полночный прилив (страница 207)
Летериец, расширив глаза, силился обернуться и взглянуть наверх, на сидящую на троне фигуру. Но попытка оказалась ему не по силам; он съехал на пол, голова бессильно опустилась на грудь.
Колдун-король захохотал.
– У него не было ни капли веры. Одно золото. Король не верил в тебя, мечник.
Трулл подскочил к колдуну-королю.
– Замолчи!
Ханнан Мосаг с издевкой улыбнулся.
– Следи за языком, Трулл Сэнгар. Ты мне не указ.
– Теперь ты взойдешь на трон? – спросил Трулл.
Рулад издал неистовый крик.
Ханнан Мосаг не ответил.
Трулл посмотрел через плечо. Поборник распластался на помосте у обутых в тапочки ног короля. Он лежал без движения с выражением удивления и горести на лице. Ничего не видящие широко открытые глаза.
– Кто-нибудь да выполнит приказ императора, – тихо проговорил Трулл.
– Ты в самом деле так думаешь?
– Его нареченная родня…
– На этих не надейся… Нет, Трулл, даже Бинадас не станет. У тебя не поднялась рука – с ними будет то же самое. Ведь нам повезло! Неужели ты не видишь? Да видишь, конечно. Повезло.
– Тем временем ты сможешь втащить на трон остатки своего разбитого тела?
Ответ легко читался в глазах Ханнана Мосага.
Хриплый шепот Рулада:
– Трулл… прошу тебя. Я – твой брат. Не оставляй меня таким… Пожалуйста.
Внутри у Трулла все перевернулось. Он сделал шаг в сторону от Ханнана Мосага и рухнул на колени.
– Умоляю тебя, Трулл. Я не хотел… не хотел…
Трулл посмотрел на свои руки. Он уже не помнил, где оставил копье. А ведь в зале еще оставались шестеро стражников. Он поднял голову – нет, уже ушли. Куда, интересно? Куда делся старик, стоявший рядом с первым евнухом? И женщина?
Куда все пропали?
Тегол Беддикт открыл глаза; причем один глаз долго не желал открываться. Из тьмы постепенно возникла картина: низкий потолок, капающая с него вода.
Чья-то рука погладила лоб, он повернул голову.
– Где мы?
– В склепе. Под рекой.
– Мы… промокли?
– Совсем немного.
– Ага. – Тегол Беддикт немного подумал. – Мне полагается быть мертвым.
– Полагается. Но ты выдержал. Еще немного и… А вот бедняге Каласу не повезло.
– Каласу?
– Он попытался прикрыть тебя собой, и его за это убили. Прости меня, Тегол. Я опоздал.
Его подопечный еще немного подумал.
– А тисте эдур?
– Я их уничтожил.
– Ты?!
Бугг кивнул и отвел взгляд.
– Я не смог обуздать свой нрав.
– А-а…
Слуга повернул голову к хозяину.
– Ты не очень удивлен?
– Я видел, как ты давил ногами тараканов. Ты жесток.
– Чего не сделаешь с голодухи.
– Да, кстати, мы так плохо питались. Странно, что нам хватило здоровья выжить.
– Что верно, то верно.
Тегол попытался сесть, но со стоном откинулся назад.
– Здесь пахнет мокрой глиной.
– Да, к тому же – соленой. Когда мы сюда спустились, я заметил следы. Совсем свежие.
– Спустились? Как давно?
– Недавно. Пару мгновений назад…
– И за это время ты успел срастить все мои кости?
– А также вставить новый глаз, починить большинство органов и еще кое-что по мелочи.
– Глаз плоховато работает.
– Наладится со временем. Новорожденные даже сосок перед носом не видят. Слыхал?
– Нет, не слыхал. Но в моем состоянии охотно верю.
Они надолго замолчали.
Наконец Тегол со вздохом произнес:
– Однако это все на свете меняет.
– Почему?
– Ты считался моим слугой. Как я могу теперь делать вид, что я – хозяин положения?
– Так же, как и раньше.
– Ха.
– Я могу стереть твою память.
– О чем?