Стивен Барнс – Обман на Орд Цестусе (страница 10)

Теперь Нейт был весь внимание.

— Запись есть?

— Конечно, — ответил Форри. — Сейчас найду. — Он слегка прикоснулся к клавишам на столе перед ними, и появилось размытое голо-изображение.

— Спасибо. Планета интересная. Много поколений назад Цестус был тюремной скалой.

— Правда?

— Так точно. Потомки тех заключенных в конечном счете поселились там и стали горняками или фермерами. Их эксплуатировали потомки тюремных охранников, которые завладели компанией.

Форри снова пожал плечами.

— Это везде так. А! Вот что нам надо…

Изображение было записано на арене T'Чук не более сорока часов назад. Нейт смотрел, как солдат сделал стандартные обманные движения и даже несколько превосходных хитрых маневров. В конечном счёте ни один из них не сработал. Их брат тяжело упал, всего за несколько жалких секунд.

Нехорошо.

— Если уж драться с таким, то лучше на расстоянии.

Они посмотрели еще раз.

— Быстро, — сказал Нейт. — Как джедай?

— Быстрее, — ответил Форри. — Но скорость — не всё. Посмотри-ка на это… — Он нажал кнопки. Появилось изображение джедая с выступающими головными щупальцами.

— С Гли Ансельм, — сказал Нейт. — Вокруг не так уж много наутолан. Джедай, ага?

— Кто бы еще пользовался одной из этих древних световых штуковин?

Они вместе посмеялись. Джедаи были потрясающими бойцами, но их приверженность нелогичным, якобы духовным верованиям была вне понимания Нейта. Почему воин должен верить во что-нибудь, кроме верного глаза, сильной спины и полностью заряженного бластера? Он снова взглянул на изображение джедая-наутоланина.

— Значит, джедаи теперь до того опустились, что докатились до азартных игр. И что?

— Смотри сам.

Нейт нажал кнопку «воспроизвести», и они вместе увидели, как джедай не только выстоял против УД, но и фактически заставил его отступить. Нейт резко вдохнул, когда джедай победил дроида его же приемами. В некотором роде его тактика не так уж отличалась от тактики солдата, но результат был значительно выше.

— Готов.

— Ого! — Форри был восхищен. — Ты видел, как он рассчитал время?

— Угу. Никогда не видел таких рефлексов. Ты прав: машина быстрее, но это не помогло.

— Джедаи. — Форри рассмеялся — трудно было сказать, с горечью или от восхищения. Возможно, всё вместе. — Итак, они смотрели, как солдат пал, а потом спустились туда, чтобы порисоваться.

Нейт понял смысл: джедай мог даже запрограммировать дроида. Но как мог дроид двигаться быстрее и всё же потерпеть поражение? Если только он не был запрограммирован на поражение…

Бессмыслица. Они оба знали, что джедай никогда такого не сделает. Это было лишь слабое чувство неловкости, защитная техника, чтобы скрыть легкое ощущение своего более низкого положения, которое иногда вызывали у солдат обитатели Храма.

— Они побили Джанго, — в один голос сказали они. Эти три слова были почти молитвой. Что бы ни говорили о джедаях: странные, или эгоистичные, или таинственные, на арене Джеонозиса они убили шаблон солдат-клонов, а, значит, они были достойны уважения.

— Удачной охоты, — сказал Форри.

— Удачной охоты, — ответил Нейт, затем помолчал. — Уже получил новое назначение?

— Нет, — сказал Форри. — Возьмешь меня?

— Если хочешь.

— Так точно. Дай я только всё проверю, отмечусь и заберу мой рюкзак.

— Получишь приказы в пределах часа. — Крепкое рукопожатие, и Форри отправился восвояси.

Когда он ушёл, Нейт открыл новое окно.

— Запрос о состоянии. — Минутная пауза, а затем медицинский отдел выдал информацию. Он одобрительно кивнул. CT-36/732, по прозвищу Серти, не был ранен УД. Но его нервная система была мгновенно перегружена, и поэтому у него несколько часов был нерегулярный сердечный ритм. Ничего страшного, но, конечно, он был взят под наблюдение меддроидом.

Серти скоро будет в форме и станет отличным членом команды: единственный солдат, который сражался с УД.

— Специальный запрос: CT-36/732 будет задействован в операции на Цестусе.

— Запрос одобрен, — прогудело сообщение, а затем экран закрылся.

Целыми часами он изучал, стараясь найти случайную подоплеку, которые обычно скрывают на стандартных тактических брифингах. Никогда не знаешь, какие данные и где пригодятся тебе и, возможно, спасут. Сам Нейт был бы сейчас мертв, превратившись в желе в битве на Джеонозисе, если бы не изучил циклы перезапуска энергоячеек и впоследствии не распознал, когда один из шарообразных дроидов ставил отражающий экран. Визг его конденсатора был едва слышен, но он воспользовался шансом, прыгнул на корпус и разнёс его, сохранив жизнь пятерым из его отряда.

Тот маленький маневр привел к бесплатной недельной кормёжке в кантине на базе и быстрому продвижению к капитанству.

Он диктовал записи в своем личном деле для передачи на транспортное судно, назначенное на Цестус. Это продолжалось часами, и он отчаянно старался сосредоточиться.

Ему были вверены для защиты жизнь его братьев и, что ещё важнее, честь Великой Армии Республики. И даже более того: это было игрой, для которой он был рожден и воспитан. В некотором роде, чего никакой посторонний никогда не сможет понять, это было забавно.

8

Осталось всего два часа.

Нейт и шестеро его братьев стояли в выложенной кирпичом отгороженной зоне за пределами ребристой дуги казарм, под усыпанным звездами ночным небом Вандора-3, и совершали прощальный ритуал.

Когда солдат получал назначение, в отряде ему говорили не только «удачи», но и «прощай». В контексте жизни солдата это было скорее практичностью, чем пессимизмом.

Если он вернется — будут поздравления с хорошо выполненным заданием.

Если не вернется, что ж… всё, что нужно было сказать, уже сказано.

«Наивысшая обязанность солдата — служить и искать хорошую смерть», — говорил Глорий Профус, их наставник на Камино.

Грациозный, с серебристой кожей, Профус был и психологом, и духовным советчиком. Хотя клоны никогда не поддавались страху, было бы неверно думать, что они никогда не испытывали его. Эмоция была столь же ценна, как бластеры и бомбы, смерть сама по себе — неизбежная часть войны. Никакой солдат, как бы силен и опытен он ни был, не сможет избежать этой неприятной реальности. И всегда, на всех планетах и во все времена солдаты задавали тот же вопрос: «А что, если я умру?» И самый утешительный ответ для солдата-клона был: «Вы умрете. Но ВАР останется навсегда».

Каминоанец грациозно выгнул свою длинную серебряную шею и поднял кубок, наполненный таллианским вином, самый лучшим в квадранте. Его голос был вежлив и мягок.

«Из воды вы рождаетесь. В огне вы умираете. Ваши тела сеют звезды», — произнес он ритуальные слова, которые утешили миллион клонов перед тем, как они ушли навстречу смерти, и, возможно, утешат еще миллиард.

Они подняли свои стаканы, как один.

— Мы сеем звезды! — вместе сказали они.

А затем они пили.

9

Храм джедаев возвышался над городским пейзажем Корусканта на километры вокруг, пять его высоких башен пронзали облака подобно титаническим пальцам. В несчетных коридорах и переходах, залах для занятий и тренировок, библиотеках и комнатах для медитации всё было устроено с характерным изяществом и текучестью. Здесь даже менее всего одаренные могли чувствовать и созерцать ту самую Силу, связывающую вселенную в единый организм.

Сам Совет собирался в залах, менее впечатляющих, но не менее величественных, чем у канцлера. Его изогнутые стены и драпировки были созданы лучшими ремесленниками галактики. Подобное богатство стоило бы целого состояния; впрочем, большая часть меблировки была подарками от правителей и торговцев, чьи жизнь, богатство и честь навыки джедаев защитили за тысячелетия.

Оби-Ван давно привык к этой роскоши и едва обращал на неё внимание, пока стоял перед Советом, ожидая их решения.

Сморщенная голова мастера Йоды слегка склонилась набок, когда Оби-Ван Кеноби и Кит Фисто консультировались с ними.

— Это смутные времена, — говорил Оби-Ван. — Во многом наши прежние предписания приостановлены, а наши полномочия сокращены.

— Борьба изменяет многое, — сказал Йода. — Непредсказуемыми эти Войны клонов оказались.

— И сейчас я послан на деликатную дипломатическую миссию, включающую договоры на многих уровнях — столь сложные, что нам нужен адвокат только для того, чтобы разобраться в них. — Оби-Ван продолжил, тщательно подбирая слова: — Я никогда не отказывался от миссии, но скажу честно, я не чувствую себя готовым для такого… такого лабиринта торговли и политики.

Мастер Йода нахмурился.

— Волнуюсь я. Больше не могут джедаи смотреть на слова и действия прошедшего времени мастеров для руководства. Странные новые времена эти.