Стив Каплан – Скрытые инструменты комедии (страница 13)

Давайте сделаем вот что: пусть поднимет руку тот, кто успел совершить в этом году какую-то глупость или нечто постыдное. Отлично, то есть все. А как насчет этой недели? Почти все, за исключением впавших в кому или находящихся в криогенной заморозке. А как насчет сегодня? Вот встали утром и совершили поступок, о котором не хотели бы прочитать на первой полосе «Нью-Йорк Таймс». И совсем не хотелось бы, чтобы именно с него начинались ежевечерние новости на NBC (NBC Nightly News) или «Ежедневное шоу с Джоном Стюартом» (The Daily Show with Jon Stewart). Потому что МЫ ВСЕ ЕЖЕДНЕВНО СОВЕРШАЕМ ПОСТУПКИ, которые хотелось бы оставить за закрытыми дверьми, подальше от чужих глаз.

Правда состоит в том, что б`ольшую часть жизни мы проживаем с некоторым «сдвигом по фазе», постоянно стараясь скрыть иррациональные, безрассудные и непристойные детали нашего существования от стороннего наблюдателя. И даже от близкого человека мы все равно стараемся спрятать реальность нашего повседневного, непрекращающегося безумия — тайну для всех и секрет, которым мы неохотно делимся с избранными.

Ну вот представьте себя на первом свидании. Когда вы приходите на первое свидание, не станете же вы кричать прямо с порога: «Привет! А вот все, что тебе следует знать обо мне!»? Нет, на первом свидании вы стараетесь показать себя в лучшем виде, хотите очаровать, выглядеть милым приятным человеком. А потом, когда познакомитесь поближе и понравитесь друг другу, — уж тогда явитесь во всей красе со всеми безумными поступками и заморочками. Например, покажете, как расставляете книги в алфавитном порядке сначала по фамилиям авторов, а потом по жанрам, как раскладываете овощи на тарелке, отделяя зеленые от желтых, как громко храпите во сне или как привыкли стричь ногти на ногах за утренним завтраком (мягко говоря, привычка странноватая). И продемонстрируете еще пару-тройку безумных вещей, совершаемых ежедневно. И вам действительно не хочется, чтобы люди о них узнали.

Представление о том, что жизнь логична, рациональна и благопристойна — сплошная ложь. Но комедия говорит правду: многие из нас проживают жизнь, которая время от времени оказывается нелогичной, нерациональной или непристойной, а иногда и той, и другой, и третьей одновременно. Мы просто надеемся, что никто ничего не заметит. И если мы порой и бываем логичны, рациональны и пристойны, то реальность, с которой мы сталкиваемся, оказывается такой нечасто.

Победа Любой Ценой — принцип несложный. Он настолько легок, что некоторым трудно поверить, что такая простая мысль может стать первоочередным инструментом в создании комедии. Ведь комедия — магия, а уж она-то должна быть потруднее, правда? Как я уже рассказывал, однажды, давая указание актеру, услышал: «Я не могу этого сделать!» И на мой вопрос: «Почему?» — получил ответ: «Слишком просто!» Предложенный вариант показался ему не очень-то интересным.

Работая над комедией, некоторые актеры, писатели, режиссеры и продюсеры верят, что «интересный» вариант — это когда персонажи делают что-нибудь «смешное». И тогда автор ищет «смешные» решения и пишет, руководствуясь вопросом: «А может, будет смешно, если...?» Иногда этот принцип срабатывает. (Ведь даже сломанные часы дважды в день показывают время правильно.) Но далеко не всегда.

Что же происходит, если персонажи начинают руководствоваться принципом «А может, будет смешно, если...?» Для примера можно привести эпизод из фильма «Алекс и Эмма» (Alex & Emma).

Вряд ли вы его видели — таких немного. В главных ролях там Люк Уилсон и Кейт Хадсон. Предыстория такова: персонаж Уилсона, Алекс, проигрался и теперь должен сто тысяч; на него наехали бандиты, угрожая убить, если он не отдаст деньги через 30 дней. Для этого ему следует закончить роман, чтобы получить оставшуюся часть аванса в 125 тысяч долларов. А для этого, в свою очередь, ему необходимо продиктовать роман стенографистке (поскольку в предыдущей сцене бандиты выбросили его лэптоп из окна, и это, очевидно, был единственный лэптоп в городе Нью-Йорке).

Ну вот, завязка вам известна. Сцена знакомства Эммы (Хадсон) с Алексом начинается с того, что Эмма высаживается из автобуса, с растерянным видом заходит в дом (обычный, из красного песчаника), и в следующем кадре она уже стучит в дверь квартиры, которую открывает наш Герой, Алекс.

ЭММА

Простите, может, есть другая Кембридж-стрит? Я ищу офис юридической фирмы «Полк, Тейлор, Филлмор, Пирс и... Ван Бюрен».

АЛЕКС

Это мы! Мисс...?

ЭММА

(подозрительно)

Динсмор, Эмма Динсмор.

АЛЕКС

Алекс Шелдон. Может быть, войдете?

(тянет ее за руку, чтобы затащить в квартиру)

ЭММА

(отшатываясь)

Вряд ли. Что-то не похоже на офис юридической фирмы. Думаю, что и жить здесь не очень-то приятно.

Итак, кто такая Эмма? Учитывая ее подозрительность и тот факт, что она даже не заходит в квартиру, скажем сразу: она несколько консервативна. Судя по всему, она строгая, благопристойная и вполне серьезная девушка, с такой не забалуешь. Алекс же хочет заманить ее в комнату — и начинает убалтывать.

АЛЕКС

Наш офис расположен в «Пруденшиел Тауэр», кстати, очень внушительный. Знаете, повсюду толстые книги, столы для переговоров, кожа, там сейчас меняют интерьер. Вот только с мрамором задержка, резчики по камню в Карраре не совсем довольны условиями медицинского страхования...

(притворяется, что ему плохо, и падает в обморок прямо ЭММЕ в ноги)

ЭММА

Мистер Шелдон, я ухожу немедленно.

(она колеблется)

Ладно, на минуту забудем о вопросе: «Что нужно Алексу для победы?» Ему нужна стенографистка, чтобы за 30 дней написать роман. Некоторые возразят: если он действительно не хочет, чтобы бандиты его прикончили, надо сразу выложить все начистоту и — просто, прямо и честно — попросить ее о помощи. Другие скажут: такой выход слишком прост и прям, что в нем смешного? Ведь комедия — это всегда нелепые люди и нелепые поступки, вроде запускания тортом в лицо и прочего в подобном роде. Во всяком случае, обморок или его имитация (Алекс выбирает именно этот приемчик) — умный «развод» и удачная придумка, да еще и смешно вдобавок. Хорошо. Не будем спорить.

Пока.

Вместо этого сосредоточимся на том, как Эмма реагирует на странного незнакомца, падающего в обморок прямо ей на ноги. Представьте себе, что вы молодая, серьезная, порядочная девушка, с такой не забалуешь. Вы вполне консервативная стенографистка, которая пришла насчет работы, а тут какой-то парень падает к вашим ногам. Что бы вы сделали? На своих семинарах я задаю этот вопрос женщинам (не потому, что я за дискриминацию женщин, просто хочу увидеть ситуацию их глазами) и прошу их представить себя на месте этой молодой, серьезной, благопристойной девушки, с которой не забалуешь.

Некоторые отвечают, что они бы немедленно пустились наутек куда глаза глядят — лишь бы подальше. Другие — что набрали бы 911 или постучали в соседнюю квартиру. Некоторые даже рискнули бы проверить этому парню пульс или легонько пнуть ногой, дабы убедиться, что он все еще жив. Заметьте: он упал прямо на пороге своей квартиры. Порог — элемент архитектуры, полоска на полу, которая служит не только границей вашего дома, но еще и отделяет ваше жилище (частное) от всего остального мира (общественного). Поэтому при желании Эмма могла бы просто... носком откатить тело за порог, чтобы Алекс снова оказался в своей квартире и перестал быть ее и всего мира — проблемой. Любое из этих решений имело бы смысл, верно? Похоже, Эмма тоже так думает и отвечает:

ЭММА

Мистер Шелдон, я ухожу.

Но после этих слов она меняет курс, пытаясь оправдать свое решение такими словами:

ЭММА

(колеблется, затем про себя)

Как можно уйти и бросить мертвого адвоката, который лежит прямо у меня на ноге?

Не каждый день вам приходится произносить подобное.

А вот то, что вы бы (по всей вероятности) не сделали, будь вы серьезной, благопристойной девушкой, с которой не забалуешь. Но именно это в фильме и происходит.

Эмма не убегает и не зовет на помощь, не проверяет, жив ли незнакомец, не толкает его носком туфли. Вместо этого она хватает Алекса (в опасной близости от предмета его мужской гордости), переворачивает, берет за ноги и тянет, как тележку на колесиках, затаскивая в квартиру и сопровождая все это остроумными замечаниями.

ЭММА

И кем бы я была, мистер Шелдон?

(переворачивая его на спину)

Нехорошим я была бы человеком. Не очень хорошим.

(приподнимая его за ноги, тянет, как тележку на колесиках)

Давайте-ка подальше от двери... и посадим вас... в приемную!

(продолжает его тянуть)

А вот так еще лучше, доставим вас в конференц-зал...

(подтягивает его к дивану. Кладет его ноги на диван, тело остается лежать на спине на полу)

Чтобы вы готовились к важному процессу. Я оставляю вас здесь. Мистер Шелдон? МИСТЕР ШЕЛДОН?!

Вы бы так не поступили? А почему же так поступила она? Но ведь это — не совсем она. Наша застегнутая на все пуговицы Эмма так не поступила бы. Чтобы совершить действия, которые от нее требуются, Эмма превращается из консервативной девушки в «подругу с прибабахом». Для пущего эффекта метаморфоза сопровождается самоуверенными замечаниями и эксцентричным поведением.

Потому что кто-то где-то сказал себе: «А может, будет смешно, если...?» Итак, кому это пришло в голову? Может, сценаристу. Возможно, режиссеру, или продюсеру, или редактору, или департаменту маркетинга. Но уж точно не персонажу. Во всяком случае, не той девушке, которая впервые предстала перед нами, когда постучала в дверь.