Стиг Ларссон – Девушка, которая взрывала воздушные замки (страница 20)
– Только нам придется заранее резервировать время, – констатировала Эрика с грустной улыбкой.
В воскресенье утром ей нужно было ехать домой к мужу, Грегеру Бекману, и они попрощались.
– Даже не знаю, что и сказать, – произнесла Эрика. – Но похоже, что ты полностью погрузился в свой материал, а все остальное отодвинул на задний план. А сам-то ты знаешь, что когда ты работаешь, то ведешь себя как настоящий психопат?
Микаэль улыбнулся и обнял ее.
После ее ухода он все утро звонил в Сальгренскую больницу. Его интересовало состояние Лисбет Саландер. Но ответа Блумквист так и не добился. В конце концов он позвонил инспектору Маркусу Эрландеру, который сжалился над ним и сообщил, что, с учетом обстоятельств, состояние Лисбет можно считать неплохим и врачи оценивают данную ситуацию с осторожным оптимизмом. Микаэль поинтересовался, можно ли ему навестить Лисбет. Эрландер ответил, что по распоряжению прокурора Лисбет Саландер находится под арестом и посетителей к ней не допускают. К тому же состояние девушки пока не позволяет ее допрашивать. Микаэль только смог добиться от Эрландера обещания, что тот позвонит ему, если состояние Лисбет ухудшится.
Проверяя список звонков у себя в мобильнике, Блумквист обнаружил там сорок два непринятых вызова и сообщения от разных журналистов, которые отчаянно пытались с ним связаться. Новость о том, что он обнаружил Лисбет Саландер и вызвал Службу спасения, и к тому же принимал самое непосредственное участие в дальнейших событиях, в последние сутки активно обсуждалась в медиапространстве.
Микаэль стер все сообщения от репортеров, позвонил сестре – Аннике Джаннини – и договорился вместе пообедать.
Потом он позвонил Драгану Арманскому, исполнительному директору и оперативному управляющему охранной фирмы «Милтон секьюрити». Арманский оказался дома, на острове Лидингё.
– Похоже, что вам удается инициировать шумиху в прессе, – сухо сказал он.
– Извините, что не позвонил вам раньше. Я получил сообщение о том, что вы меня разыскиваете, но был очень занят…
– Мы в «Милтон секьюрити» проводили собственное расследование. Хольгер Пальмгрен сказал мне, что вы раздобыли кое-какую информацию, и, похоже, вы нас обскакали.
Микаэль не знал, как лучше сформулировать вопрос.
– Я могу вам доверять? – спросил он.
Этот вопрос озадачил Арманского.
– В каком смысле?
– Вы на стороне Саландер или нет? Могу я полагать, что вы желаете ей добра?
– Разумеется, я ей друг. Но вы же знаете, это не значит, что она мне друг.
– Знаю. Но меня интересует, готовы ли вы встать в ее угол ринга и начать боксировать с ее врагами? В этом бою вам придется провести парочку раундов…
Арманский задумался и ответил:
– Я на ее стороне.
– Могу ли я сообщать вам информацию и обсуждать с вами разные вопросы, не опасаясь, что это просочится в полицию или еще куда-нибудь?
– Я не могу участвовать ни в каких криминальных экспериментах, – ответил Арманский.
– Вы не ответили на мой вопрос.
– Вы можете полностью полагаться на меня, если не занимаетесь преступной деятельностью или чем-то подобным.
– Хорошо. Нам необходимо встретиться.
– Я собираюсь приехать вечером в город. Поужинаем вместе?
– Нет, сегодня я занят. Но очень хотел бы встретиться с вами завтра вечером. Нам с вами – и, возможно, еще кое с кем – надо просто сесть и спокойно пообщаться.
– Что ж, пожалуйста, приходите к нам в «Милтон секьюрити». В шесть вечера?
– И вот еще что. Через два часа я встречаюсь со своей сестрой, Анникой Джаннини. Она, возможно, согласится стать адвокатом Лисбет, но, естественно, не может работать бесплатно. Я готов выплатить часть ее гонорара из собственного кармана. А «Милтон секьюрити» сможет поучаствовать?
– Лисбет требуется адвокат по уголовным делам очень высокого класса. Ваша сестра, пожалуй, не самый удачный выбор, уж простите меня. Я, было дело, просил главного юриста «Милтон секьюрити» подобрать подходящую кандидатуру. Лично я вижу в этой роли Петера Альтина. Или кого-то еще такого же уровня.
– Не могу согласиться. Лисбет нужен совершенно другой адвокат. Когда мы поговорим, вы поймете, что я имею в виду. Но могли бы вы, если потребуется, оплатить услуги ее защитника?
– Я уже думал о том, что наша фирма должна нанять адвоката…
– Так как же, в конце концов, – да или нет? Я знаю, что произошло с Лисбет. И примерно знаю, кто за этим стоит и почему. И у меня есть план мести.
Арманский засмеялся.
– О’кей. Я готов выслушать ваши предложения. Но если оно мне не понравится, я оставляю за собой право не участвовать.
– Ты обдумала мое предложение? Ты будешь представлять интересы Лисбет Саландер? – спросил Микаэль сразу после того как поцеловал сестру в щеку и им принесли бутерброды и кофе.
– Да. И, к сожалению, вынуждена отказаться. Ты знаешь, я ведь не специалист по уголовным делам. Даже если с нее сейчас сняли обвинения в убийствах, за которые ее разыскивали, ей предъявят целый перечень новых, и ей понадобится гораздо более опытный и авторитетный профессионал, специалист по уголовному праву.
– Не согласен. Ты известный адвокат, и тебя все знают как специалиста по защите прав женщин. Я уверен, что ты именно тот адвокат, который ей нужен.
– Микаэль… Мне кажется, ты просто не понимаешь, через что ей предстоит пройти. Это непростое уголовное дело, а не рядовой эпизод избиения женщины или совершения развратных действий. Если я возьмусь ее защищать, это может окончиться катастрофой.
Микаэль улыбнулся.
– Мне кажется, ты упустила самое главное. Если бы Лисбет обвиняли, например, в убийстве Дага и Миа, я нанял бы адвоката типа Сильберского или еще какую-нибудь знаменитость с поля уголовного права. Но на этом процессе речь пойдет совсем о других вещах. И ты самый идеальный кандидат, какого я могу себе представить.
Анника вздохнула.
– Тогда объясни, пожалуйста.
Они проговорили почти два часа. Когда Микаэль изложил свои соображения, сестра сдалась. Блумквист достал мобильник и снова позвонил в Гётеборг Маркусу Эрландеру.
– Привет! Это снова Блумквист.
– У меня нет никаких новостей о Саландер, – раздраженно сказал инспектор.
– Что, вероятно, в данной ситуации надо считать хорошей новостью. Зато у меня есть новости о ней.
– Неужели?
– Именно. У Лисбет появился адвокат по имени Анника Джаннини. Она сидит напротив меня, и я передаю ей трубку.
Микаэль протянул телефон через стол.
– Добрый день. Меня зовут Анника Джаннини, и меня попросили представлять интересы Лисбет Саландер. Так что мне необходимо пообщаться с моей клиенткой, чтобы получить ее согласие на мое участие в судебном процессе. И еще мне нужен телефон прокурора.
– Я понял, – сказал Эрландер. – Насколько мне известно, там уже связались с государственным защитником.
– Хорошо. А кто-нибудь спрашивал у самой Лисбет Саландер, какие у нее планы?
Эрландер колебался.
– Честно говоря, у нас еще не было возможности обменяться с ней хотя бы словом. Мы надеемся поговорить с ней завтра, если позволит ее состояние.
– Что ж, хорошо. Тогда позвольте мне заявить, что пока фрёкен Саландер не изъявит другого желания, вы можете считать меня ее адвокатом. Вы не имеете права допрашивать ее в мое отсутствие. Но можете навестить ее и спросить, согласна ли она видеть меня в качестве своего адвоката. Вы меня поняли?
– Да, – вздохнул Эрландер.
Он не был уверен, все ли тут безупречно с юридической точки зрения.
– Мы хотели бы для начала спросить у Лисбет Саландер, есть ли у нее какая-нибудь информация о местонахождении Рональда Нидермана – убийцы полицейского. Можем ли мы задать ей этот вопрос, даже если вас при этом не будет?
Анника задумалась.
– Хорошо… Вы можете расспросить ее о фактах, способных помочь полиции в поисках Нидермана. Но вы не имеете права задавать ей вопросы относительно возбуждения дела или выдвигаемых против нее обвинений. Обещаете?
– Обещаю.
Маркус Эрландер встал из-за письменного стола, поднялся этажом выше и постучал в дверь кабинета руководителя предварительного следствия Агнеты Йеварс. Он пересказал ей содержание своего разговора с Анникой Джаннини.
– Я не знала, что у Лисбет Саландер есть адвокат.
– Я тоже не знал. Но Джаннини нанял Микаэль Блумквист. Сама Лисбет Саландер тоже вряд ли об этом знает.