Стиг Ларссон – Девушка, которая взрывала воздушные замки (страница 144)
Наконец она отодвинула стакан и попросила Харри дать ей что-нибудь такое, чем она не смогла бы смолить лодку. Тот снова налил ей «Талламор Дью», и она продолжила напиваться. За прошедшие четверо суток Лисбет в одиночестве прикончила целую бутылку. А уж количество выпитого ею пива Харри даже не смог бы подсчитать при всем желании. Он, мягко говоря, удивлялся, как девушка столь хрупкого телосложения может поглощать так много спиртного. Но решил, что раз уж она тяготеет к этому делу, то все равно обязательно напьется. Если не в его баре, то в каком-нибудь другом.
Пила Лисбет не спеша, ни с кем не беседовала и не устраивала ссор.
Кроме алкоголя, она увлекалась только играми на карманном компьютере, который время от времени подключала к мобильному телефону. Харри несколько раз пытался с нею заговорить, но Саландер упорно и мрачно молчала. Казалось, она вообще избегала общения. Порой, когда в бар стекалось слишком много публики, Лисбет перемещалась за столик на улице, а иногда – в итальянский ресторан, двумя дверьми дальше, где ужинала, а потом снова возвращалась к Харри и заказывала «Талламор Дью». Около десяти вечера она обычно покидала бар и, покачиваясь, удалялась по направлению к северу.
В тот день она пила особенно много и как-то поспешно, и Харри уже начал за ней следить. Она залила в себя семь стаканов любимого напитка примерно за два часа, и он решил больше не давать ей спиртного. Но еще не успел воплотить свое решение в жизнь, как услышал грохот и увидел, что она свалилась со стула.
Харри поставил стакан, который в этот момент протирал, обошел стойку и поднял девушку. Та посмотрела на него с возмущением.
– Думаю, с тебя уже хватит, – сказал он.
Она посмотрела на него затуманенным взглядом.
– Думаю, ты прав.
При этом голос у нее оставался на редкость трезвым.
Опершись рукой о стойку, она выгребла из нагрудного кармана несколько купюр и нетвердым шагом отправилась к выходу.
Харри мягко придержал ее за плечо:
– Погоди секунду. Может, тебе лучше пойти в туалет, запустить два пальца в рот, а потом еще немного посидеть в баре? Я не хотел бы отпускать тебя в таком состоянии.
Лисбет не стала протестовать, и он повел ее в туалет. Она последовала его совету и сунула два пальца в рот. Когда девчушка вновь появилась в баре, Харри налил ей большой стакан содовой. Она опустошила стакан и рыгнула.
Харри наполнил ей еще один стакан.
– Завтра тебя ждет горькое похмелье, – сказал он.
Она кивнула.
– Прости, что лезу не в свои дела, но на твоем месте я бы на пару дней объявил сухой закон.
Лисбет снова кивнула. Потом пошла обратно в туалет, где ее опять вырвало.
Примерно через час ее взгляд прояснился настолько, что Харри рискнул отпустить ее. Нетвердым шагом она покинула бар, прогулялась вдоль берега, до аэродрома и дошла до лодочной станции.
Так она бродила примерно до половины девятого, пока земля наконец перестала качаться у нее под ногами. Только после этого Лисбет вернулась в гостиницу. У себя в номере она почистила зубы, сполоснула лицо, переоделась и спустилась в бар гостиницы, где заказала чашку черного кофе и бутылку минеральной воды.
Лисбет молча сидела возле колонны и, не привлекая к себе внимания, изучала посетителей бара. Она заметила, например, парочку лет тридцати, поглощенную мирной беседой. Женщина была в светлом летнем платье. Мужчина под столом держал ее за руку. Через два столика от них сидела чернокожая семья: он – с седеющими висками, она – в красивом пестром платье, отливающем золотистыми, черными и красными тонами. У них было двое детей младшего подросткового возраста.
Лисбет обратила внимание на группу бизнесменов в белых рубашках и галстуках, которые пили пиво, повесив пиджаки на спинки стульев. Вот компания пенсионеров. Наверняка они американские туристы: мужчины в бейсболках, теннисках и мешковатых брюках, женщины в фирменных джинсах, красных топах и с солнечными очками на шнурках. Потом Лисбет обратила внимание на мужчину в светлом льняном пиджаке, серой рубашке и темном галстуке, который зашел с улицы, взял в рецепции ключи, а затем направился к бару и заказал пиво. Она сидела в трех метрах от него и пристально его разглядывала, когда он вынул мобильный телефон и заговорил по-немецки.
– Привет, это я. Как дела? В порядке?.. Все хорошо, следующая встреча у нас завтра во второй половине дня… Нет, думаю, все получится… Я пробуду здесь еще минимум пять или шесть дней, а потом поеду в Мадрид… Нет, я вернусь домой не раньше, чем в конце следующей недели… Я тоже… Я тебя люблю… Ну, конечно… Я позвоню ближе к концу недели… целу́ю.
Рост 185 сантиметров, на вид пятьдесят или, может, пятьдесят пять лет, блондин, волосы начинают седеть, коротко стриженный, со вторым подбородком и излишками на талии. Тем не менее в очень приличной форме. Он читал «Файнэншл таймс». Когда мужчина допил пиво и пошел к лифту, Лисбет последовала за ним.
Он нажал кнопку шестого этажа. Саландер встала рядом с ним и прислонилась затылком к стенке лифта.
– Я пьяна, – заявила она.
Он посмотрел на нее.
– Неужели?
– Ну да. Такая выдалась неделя. Давай-ка я отгадаю. Ты – бизнесмен, приехал из Ганновера или откуда-то из Северной Германии. Ты женат. Любишь свою жену. И тебе надо еще на несколько дней задержаться в Гибралтаре. Я поняла это из твоего телефонного разговора в баре.
Он изумленно взглянул на нее.
– Я приехала из Швеции. И испытываю совершенно непреодолимое желание заняться с кем-нибудь сексом. Мне плевать, что ты женат, и меня не интересует твой номер телефона.
Он поднял брови.
– Я живу в номере семьсот одиннадцать, этажом выше тебя. Я собираюсь подняться к себе, раздеться, принять ванну и лечь в постель. Если захочешь составить мне компанию, постучись через полчасика. Иначе я засну.
– Это, что, какая-то шутка? – спросил он, когда лифт остановился.
– Нет. Просто мне лень напрягаться, чтобы пойти в кабак и кого-нибудь цепануть. Либо ты ко мне постучишься, либо я обойдусь.
Через двадцать пять минут в дверь номера Лисбет постучали. Она открыла, обмотавшись купальной простыней.
– Заходи, – пригласила она.
Он вошел и с подозрением огляделся.
– Кроме меня, тут никого нет, – объявила Лисбет.
– А сколько тебе лет?
Она протянула руку, взяла лежавший на комоде паспорт и протянула ему.
– Ты выглядишь моложе.
– Знаю, – ответила она, размотала купальную простыню и бросила ее на пол. Потом подошла к кровати и откинула покрывало.
Он посмотрел на ее татуировки. Она покосилась на него через плечо.
– Не бойся, это не ловушка. Я одинокая девица и нахожусь здесь несколько дней. Я не занималась сексом несколько месяцев.
– Но почему ты выбрала именно меня?
– Потому что в баре только ты показался мне одиноким.
– Но я женат…
– Я даже не хочу знать, кто она, и меня не интересует, кто ты. И у меня нет желания обсуждать социальные проблемы. Я хочу секса. Раздевайся или отправляйся обратно к себе в номер.
– Неужели все так просто?
– А почему бы и нет? Ты уже взрослый и знаешь, чего от тебя ждут.
Мужчина с полминуты размышлял. Сначала показалось, что он собирается уйти. Лисбет сидела на краю кровати и ждала. Гость прикусил нижнюю губу, потом все же снял брюки и рубашку. Снять трусы он пока не рискнул.
– Снимай все, – скомандовала Лисбет Саландер. – Я не намерена трахаться с кем-то, кто не снимает трусов. И обязательно надень презерватив. Я знаю, где была сама, но не знаю, где побывал ты.
Мужчина стянул трусы, подошел к ней и положил руку ей на плечо. Когда он наклонился и поцеловал ее, Лисбет закрыла глаза. Его поцелуй был приятным на вкус. Она позволила ему опустить ее на кровать. Он оказался тяжелым.
Адвокат Джереми Стюарт Макмиллан открыл дверь в свой офис в центре «Бьюкенен хаус» на пристани Куинсвей над лодочной станцией – и застыл от ужаса. Он почувствовал запах табачного дыма и услышал, как скрипнул стул. Было около семи утра, и поначалу он решил, что в офис забрался грабитель.
Потом с мини-кухни до него донесся аромат кофе. Через несколько секунд адвокат нерешительно переступил через порог, прошел через холл и заглянул в просторный и элегантно обставленный кабинет. В его офисном кресле, спиной к нему и положив ноги на подоконник, сидела Лисбет Саландер. Его рабочий компьютер был включен, и ей явно без труда удалось взломать пароль. Так же артистично она открыла его сейф. На коленях у нее лежала папка с его суперсекретной интимной корреспонденцией и бухгалтерскими документами.
– Доброе утро, фрёкен Саландер, – выдохнул он.
– Угу, – ответила она. – Там есть свежезаваренный кофе и круассаны.
– Спасибо, – сказал он и смиренно вздохнул.
Офис Макмиллан, конечно, купил на ее деньги и по ее просьбе, но никак не ожидал, что она материализуется без предупреждения. Кроме того, Лисбет нашла и явно просмотрела порнографический журнал для геев, который он прятал у себя в ящике стола.
Как-то неловко получается.
Хотя, впрочем, может, все и не так страшно.
Он знал, что Лисбет Саландер очень критически настроена по отношению к тем людям, которые ее раздражают, но готова смириться с любыми человеческими слабостями. Она знала, что официально он считается гетеросексуалом, но на самом деле его привлекают мужчины. И это его самая сокровенная тайна после состоявшегося пятнадцать лет назад развода. И теперь он дает волю своим самым интимным фантазиям.