Стиг Ларссон – Девушка, которая играла с огнем (страница 49)

– Есть ли основания предполагать, что он исчез этим путем?

– Нет.

– И у нас нет ни малейшей зацепки, из которой можно было бы исходить, – заметила Соня Мудиг. – Вопрос: зачем он бросил оружие? Возьми он его с собой или выбрось где-то подальше от дома, мы бы не скоро его нашли.

Все пожали плечами, на этот вопрос никто не мог ответить.

– А можно ли доверять сказанному Блумквистом? – спросил Ханс Фасте.

– Он был явно в шоке от случившегося, – сказал Мортенссон, – но действовал правильно и разумно. Он производит впечатление человека, слова которого достоверны. Сестра подтвердила телефонный звонок, разговор и поездку на машине. Не думаю, что он замешан в убийстве.

– Он знаменитый журналист, – заметила Соня Мудиг.

– Пресса еще устроит из этого представление, – согласился Бублански. – Тем больше у нас оснований раскрыть это дело как можно быстрее. Ладно… Еркер, тебе, конечно, придется заняться обследованием места преступления и соседями. Фасте и ты, Курт, будете работать с информацией о жертвах: кто они такие, чем занимались, каков круг их знакомых, у кого мог быть повод убить их. Соня, мы с тобой посмотрим показания свидетелей, полученные ночью. Затем ты скомпонуешь почасовую роспись того, чем занимались Даг Свенссон и Миа Бергман в течение последних суток перед убийством. Наше следующее совещание состоится в четырнадцать тридцать.

Микаэль Блумквист начал с того, что сел за тот письменный стол в редакции, который этой весной был предоставлен в пользование Дага Свенссона. Некоторое время он неподвижно просидел, как будто не мог собраться с силами и заняться делом, затем включил компьютер.

У Дага Свенссона был свой собственный лэптоп, и он чаще всего работал на нем дома. Но в редакции он тоже сидел, обычно пару раз в неделю, в последнее время чаще. В «Миллениуме» у него был старенький «Макинтош G3», стоявший на столе и предназначенный для работы временных сотрудников. Микаэль включил его. Там было много всякого разного материала, с которым работал Даг. В основном он использовал компьютер, чтобы лазать по Интернету, но были там и папки, в которые он копировал материал из лэптопа. Еще у Свенссона хранились два диска с полным архивом сделанного, запертые в ящике письменного стола. Каждый день Даг делал копию нового и обновленного материала. Последние дни он не заходил в редакцию, поэтому запасные копии заканчивались на субботе, то есть недоставало еще трех дней.

Микаэль сделал копию диска и запер ее в сейфе в своем кабинете. Затем он потратил минут сорок пять на то, чтобы просмотреть содержимое оригинального диска. Там было не менее тридцати папок и несчетное число подпапок. Все вместе это составляло собрание данных, накопленных Дагом Свенссоном за четыре года по теме «Трафикинг». Микаэль просмотрел названия документов в поисках того, который мог бы содержать явно засекреченный материал, а именно, имена источников информации. Он обратил внимание на то, что Даг был педантично аккуратен с источниками – весь материал такого рода был собран в папке под названием «Источники. Секретно». В ней было сто тридцать четыре документа разного объема, обычно малого. Микаэль пометил их все и затем уничтожил, но не посредством мусорной корзины, а с помощью программы «сжечь», которая уничтожала всю информацию байт за байтом.

Затем он принялся за электронную почту. В «Миллениуме» у Дага был свой собственный временный электронный адрес с окончанием millenium.se, которым он пользовался как в редакции, так и со своего лэптопа. Был у него и свой собственный пароль, но с этим Микаэль справился без труда, так как права администратора давали ему мгновенный доступ ко всему почтовому серверу издательства. Он скачал всю электронную почту Дага Свенссона на CD-диск.

В довершение всего Микаэль занялся кучей бумаг, скопившихся за все время у Дага. Это были разные ссылки, заметки, газетные вырезки, судебные решения и просто письма. Чтобы заведомо подстраховаться, Блумквист пошел к копировальной машине и снял копию со всего, что выглядело важным. Получилось около тысячи страниц, что отняло у него почти три часа времени. Из всего материала Микаэль отобрал то, что могло иметь отношение к секретным источникам. Так образовалась пачка страниц в сорок, в основном записи из блокнота формата А4, хранившегося в запертом ящике его письменного стола. Весь этот материал Микаэль положил в конверт и отнес к себе в кабинет. Весь остальной материал, относящийся к проекту Дага Свенссона, остался на письменном столе.

Только теперь, переведя дух, Микаэль спустился в «Севен-илевен», выпил кофе и съел кусок пиццы. Он ошибочно полагал, что в любой момент может появиться полиция и исследовать рабочий стол Дага Свенссона.

О первом неожиданном прорыве в ходе расследования Бублански узнал в начале одиннадцатого утра, когда позвонил доцент Леннарт Гранлунд из Государственной криминально-технической лаборатории в Линчёпинге.

– Я звоню по поводу двойного убийства в Эншеде.

– Так быстро?

– Мы получили оружие сегодня рано утром, и хотя мой анализ не готов полностью, я хочу сообщить вам кое-что интересное.

– Отлично. Расскажите, что выяснили, – вежливо попросил Бубла.

– Это револьвер марки «Кольт .45 магнум», изготовлен в США в 1981 году.

– Так.

– Отпечатки пальцев и, возможно, ДНК сохранились, но их анализ займет некоторое время. Мы также изучили пули, которыми была убита пара. Как и можно было ожидать, пули соответствовали револьверу. Так часто бывает, если оружие найдено на лестнице неподалеку от места убийства. От пуль остались только кусочки, но один фрагмент оказался достаточен для сравнения. Так что с большой вероятностью это орудие убийства.

– Револьвер, вероятно, нелегальный? Серийный номер прочитывается?

– Оружие вполне легально. Его владелец – адвокат Нильс Эрик Бьюрман, купивший револьвер в 1983 году. Он член Полицейского стрелкового клуба и проживает на улице Уппландсгатан около Уденплана.

– Слушайте, что за чертовщина?

– Мы также обнаружили несколько отпечатков пальцев на оружии. Они принадлежат, по крайней мере, двум лицам.

– Вот как?

– Можно предположить, что одни из них принадлежат Бьюрману, разве что револьвер был украден или продан, но информацией об этом мы не располагаем.

– Ага. Значит, у нас, выражаясь полицейским языком, появилась зацепка.

– Отпечатки пальцев другого лица нашлись в полицейском регистре. Там были указательный и большой пальцы правой руки.

– И кто это?

– Женщина, дата рождения тридцатое апреля семьдесят восьмого года. Ее взяли в связи с дракой в Старом городе в Стокгольме в 1995 году, и тогда же сняли отпечатки пальцев.

– Имя есть?

– Конечно. Лисбет Саландер.

Констебль Бубла, удивленно подняв брови, записал имя и личный номер, продиктованный ему, в блокноте на письменном столе.

Микаэль Блумквист вернулся в редакцию с позднего ланча, прошел в свой кабинет и плотно прикрыл дверь в знак того, что ему нельзя мешать. Пока что у него не было времени разобраться с информацией, содержащейся в электронной почте и заметках Дага Свенссона. Теперь он был вынужден просмотреть как книгу, так и статьи совершенно другими глазами, зная, что их автор мертв, а значит, не сможет ответить на заковыристые вопросы.

Ему надо было решить, годится ли книга к изданию в будущем. Еще ему предстояло выяснить, было ли что-то в материалах, что могло послужить поводом для убийства. Включив свой компьютер, он засел за работу.

У Яна Бублански состоялся короткий разговор с начальником следственного отдела Рихардом Экстрёмом, во время которого шеф был проинформирован о результатах экспертизы Государственной криминалистической лаборатории. Они приняли решение, что Бублански и Соня Мудиг посетят адвоката Бьюрмана для беседы, которая может перейти в допрос или даже арест, если того потребует ситуация. Тем временем сотрудники Ханс Фасте и Курт Свенссон должны сосредоточиться на Лисбет Саландер и попытаться выяснить, как ее отпечатки пальцев могли оказаться на орудии убийства.

Поиск Бьюрмана не предвещал особых проблем. Его адрес был вписан в регистры налогоплательщиков, владельцев оружия и автомашин. К тому же он просто-напросто был указан в телефонном каталоге. Бублански и Мудиг поехали к Уденплан и успели проскочить в подъезд по Уппландсгатан, когда туда вошел молодой человек, появившийся одновременно с ними.

На этом везение кончилось. Они позвонили в дверь, но никто не открыл. Тогда они отправились в контору Бьюрмана на площади Сакт-Эриксплан и повторили попытку с тем же успехом.

– Может быть, он в суде, – предположила Соня Мудиг.

– А может, смылся в Бразилию, пристрелив двоих, – парировал Бублански.

Соня кивнула и искоса взглянула на коллегу. Ей нравилось работать с ним в паре. Не будь они оба счастливы в семейной жизни и не имей она к тому же парочку детей, можно было бы и пофлиртовать с ним.

Поглядев на латунные таблички с именами на соседних по площадке дверях, Соня выяснила, что ближайшие соседи – это зубной врач Нурман, некая контора под названием «Н-Консалтинг» и адвокат Руне Хоканссон.

Они постучались к Хоканссону.

– Здравствуйте. Моя фамилия Мудиг, а это инспектор уголовного розыска Бублански. Мы из полиции, по делу к вашему коллеге адвокату Бьюрману. Вы случайно не знаете, где его можно застать?