Стейси Кларк – Когда рассеется туман. Книга 2 (страница 3)

Эти слова, вылетающие из его уст, действуют на меня словно яд ядовитой змеи. Моё тело парализует. Я не могу двигаться, не могу дышать, не могу вымолвить ни слова.

– Я устал… Устал ждать, когда ты наиграешься в дочки-матери и начнёшь жить своей жизнью! Тебя интересуют только твои проблемы! Ты хоть раз спрашивала меня, что я думаю по этому поводу? Тебе плевать на моё мнение! Тебе плевать на меня!

Глаза Тима полны отчаяния. Я отчётливо слышу, как трещит по швам его терпение, а вместе с ним и наши отношения. Но разве я могу пустить ситуацию на самотёк?

– Прости, что доставляю тебе массу проблем, Тим! – с укором бросаю я. – Но если мы сейчас не можем с ними справиться вместе, чего тогда ждать в будущем?

Я демонстративно ухожу в спальню, оставляя после себя напряжение, висящее в воздухе, а свой вопрос – без ответа. Он и не нужен. Всё и так ясно, как божий день. Мы медленно, но верно падаем в пропасть. Наше расставание – лишь вопрос времени.

Наш роман изначально был построен прежде всего на дружбе. Тимур был тем человеком, которому я могла доверять самые сокровенные мысли, спокойно рассказывать о проблемах, болтать ночи напролёт. С ним было легко. До тех пор, пока мы не стали жить вместе. Именно с этого момента начались взаимные разногласия. Он перестал слышать меня, перестал понимать. Когда речь заходила о разводе родителей и тех чувствах, которые я испытывала, он отмахивался или просто менял тему. Своим пренебрежением Тим оборвал единственную ниточку, на которой держались эти отношения.

Я слышу, как захлопывается входная дверь. Это уже вошло в привычку. После каждой нелепой ссоры Тим сбегает. Я никогда не спрашиваю, где он был и что делал. Не хочу быть брюзгой и подливать масло в огонь расспросами. Если он предпочитает одиночество или чужую компанию, вместо того, чтобы решать наболевшие проблемы, так тому и быть.

Подхожу к шкафу и встаю на цыпочки, чтобы достать с верхней полки ежедневник, бережно спрятанный мной под стопкой вещей. Одиночество всегда даёт старт потоку мыслей. Сажусь на кровать и пролистываю свои записи. В список важных дел добавляю пункт: “Поговорить с Лесей”. Останавливаюсь на странице, на которой крупным планом написано имя – “Ярослав”, обведённое несколько раз. Добавляю к имени большой знак вопроса. Я совершенно ничего не знала об этом загадочном мамином поклоннике. Каждый раз, когда я пыталась у неё что-либо узнать про него, она увиливала от ответа.

Открываю заметки в телефоне и переписываю в ежедневник то, что удалось раскопать. Информация поверхностная и малоинформативная. Сын владельца крупной компании… По внешнему виду и не скажешь, что он из золотой молодёжи. Правда, его возраст уже не подходит под этот статус. Из-под отцовского крыла Ярослав выпорхнул лет десять назад. У меня было очень мало времени, чтобы составить его характеристику при одной-единственной нашей встрече. Первое, что бросилось мне в глаза, – это железная хватка, которой он держал маму за руку. Этот повелительный жест говорит о том, что он привык доминировать. Все сынки богатых родителей думают, что окружение должно плясать под их дудку. Избалованные дети. У меня нет никаких сомнений: если копнуть глубже, на поверхность всплывёт много дерьма. А это значит, что придётся нырнуть в него с головой…

Глава 2

Бесцельно мотаю круги по ночному городу. Хочется привести мысли в порядок и расставить в своих мозгах всё по полочкам. Последние пару недель я будто находился в эпицентре вулкана, извергающего раскалённую магму. Я тонул в ней и плавился, превращаясь в пепел. Судя по моему сегодняшнему состоянию, пришёл черёд стадии “торгов”. “Отрицание” и “гнев” уже позади.

Можно бесконечно задавать себе вопросы и мучиться угрызениями совести. Это не приведёт к желаемому результату. Нужно действовать, пока стадия депрессии не догнала меня. А она, несомненно, будет. После смерти матери мне долго пришлось проходить этот путь. Не думаю, что сейчас будет легче.

Сам того не замечая, сворачиваю к бару, откуда не так давно забирал Катю. Если очень повезёт, то мне удастся поговорить с барменом, который работал в тот вечер. Судя по её состоянию, она могла много чего интересного рассказать ему, пока напивалась до нужной кондиции. Выпивший человек охотно идёт на контакт и болтает много лишнего. Возможно, бармен сможет ответить на мучающие меня вопросы.

Паркую машину и направляюсь ко входу. Охранник молча обыскивает меня и отступает в сторону, позволяя мне войти. Видимо, сегодня мой день, или я просто удачно выбрал время для визита, потому что кроме меня и скучающего за стойкой молодого человека, которого нетрудно было узнать, в баре никого нет. Увидев меня, парень отрывает взгляд от экрана телефона и нацепляет дежурную улыбку на лицо.

– Добрый вечер, – приветливо говорит он.

– Добрый, – отвечаю, присаживаясь напротив.

– Я вас узнал. – Александр прищуривается, будто пытается сложить дважды два и понять, с какой целью я явился. – Вы – Ярослав, друг Кати.

– Верно, – не сводя с него глаз, говорю я. – У тебя хорошая память на лица.

– Работа такая. Выпить хотите?

Я несколько секунд мешкаюсь. На этот вечер у меня не было планов напиться. Пропустить пару стопок и ехать домой – не моя прерогатива. У меня нет стоп-крана, как у других. Стоит выпить порцию, и зелёный змий тянет меня к себе на дно. Поэтому предпочитаю даже дома не держать алкоголь. Я могу пойти по протоптанной Катей дорожке и оставить бармену записку с номером телефона. Было бы отлично, если бы вместо Паши приехала она, загрузила моё безжизненное тело в тачку и увезла к себе домой. Я бы многое отдал за это и даже готов был бы потом выслушивать с похмелья её упрёки. Но дело в том, что Катя исчезла. А свой телефон, увы, оставила на прикроватной тумбочке. Наверное, он накалился докрасна от непрерывных звонков, прежде чем его батарея иссякла и экран погас. Сколько там было пропущенных звонков? Сотня? Две?

– Выпить хотите? – вырывает меня из раздумий голос молодого человека. – Вы же не просто так сюда пришли, верно?

– Она тебе что-то рассказала, верно? – приподнимая бровь, задаю встречный вопрос.

– Я думаю, вам лучше выпить, – настаивает он с серьёзным выражением лица.

– Тогда виски со льдом, пожалуйста.

Я наблюдаю, как он ловко жонглирует бутылкой, прежде чем налить виски в стакан. Кубики льда брякают о стеклянные стенки, не предвещая ничего хорошего. Кажется, я только что дал зелёный свет великой депрессии. Я делаю большой глоток, чувствуя, как алкоголь приятно обжигает горло. Вытираю губы тыльной стороной ладони.

– Я знаю, что она пропала. Видел ориентировку в интернете…

– Можешь что-то рассказать по этому поводу?

– Она была в отчаянии и не знала, что делать, – пожимает он плечами.

– Куда? С кем? И главное – зачем? Вот какие вопросы меня волнуют. Если тебе есть что сказать, то говори. А лучше начни с самого начала. С того момента, как она пришла. Мне важна каждая деталь вашего разговора.

– Ярослав… – Он поднимает на меня скептический взгляд исподлобья, слегка высокомерный и слишком самоуверенный для простого бармена. – Вы не думаете, что она не хочет, чтобы вы её нашли? Ведь именно из-за вас она хотела уехать куда глаза глядят. Вы её разочаровали.

– Александр… – делая аналогичную паузу, отвечаю я. Наша беседа больше похожа на словесную дуэль, чем на простой разговор. И это начинает меня напрягать. – Ты, наверняка, не в курсе, что мы с Катей решили все разногласия после того, как я забрал её отсюда. Даже строили некоторые совместные планы на ближайшее будущее. И вдруг, в один прекрасный момент, она исчезает, не сообщив о своём отъезде никому? Даже собственной дочери? Тебе не кажется это абсурдным?

– А вы подумайте, Ярослав. Вполне возможно, Катя узнала что-то гораздо более щепетильное, чем знала до этого, – не унимается мой собеседник.

Я неспешно делаю очередной глоток виски, поставив перед занудным Александром опустевший стакан. Жестом показываю, что нужно добавить. Он наливает новую порцию, не потрудившись снова показать шоу жонглирования бутылкой. Кажется, наш разговор обретает напряжённый характер. Не знаю, кто из нас потеряет терпение первым, но внутренний голос подсказывает, что моё уже на пределе. Если бы мы с ним встретились года два назад, я давно бы пробороздил его мордой об барную стойку пару раз, чтобы вытрясти из него всю информацию, особо не напрягаясь и не теряя драгоценное время на пустые разговоры. Почему-то люди быстрее начинают соображать, когда в дело идёт физическая сила. Но мой личный психолог, Анна Тимофеевна, научила меня держать эмоции в узде.

– Ты что, Санта-Барбары пересмотрел, Александр? Или других мыльных опер? Лучше бы ты смотрел сериалы про ментов. От этого был бы хоть какой-то толк. Ты хоть понимаешь, что Кате может грозить опасность? Или уже случилось ужасное? Люди просто так не пропадают.

Кажется, Катя конкретно промыла Саше мозги. Судя по всему, у парня ранимая натура и очень тонкая душа. Тяжело ему придётся в этой жизни…

– Вы же понимаете, что если с ней что-то случится после нашего разговора, то я буду вынужден пойти в полицию?

Он хмурит брови, стараясь выглядеть решительно, но я лишь усмехаюсь в ответ, демонстрируя свой коронный оскал: