Стейша Март – Лифт в Навь (страница 3)

– Сам не знаю, – буркнул Ваня, не поднимая глаз.

Но внутри у него что-то заворочалось. Слово «Калинов» прозвучало будто какое-то знакомое слово. Будто он уже слышал его. Во сне? Или когда-то давно, в детстве? И откуда оно вообще взялось?

Он поднял голову и посмотрел в окно. Дождь усилился, капли стучали по стеклу всё громче, будто кто-то барабанил с той стороны. Ваня поёжился и отвернулся.

«Больше никогда не пойду на уроки неподготовленным», – пообещал он себе. – «Никогда».

Глава 2. Лифт, который ехал не туда

После уроков Ваня всегда чувствовал себя выжатым, как лимон. Особенно, если была контрольная работа по математике. А сегодня была. И, судя по всему, лимон вышел кислый.

– Ну чё, как написал? – спросил Лёха, когда они вывалились из школы.

– Плохо, – честно признался Ваня. – Там в последней задаче эти поезда… Они ехали навстречу друг другу, а я запутался, который из них быстрее.

– А я просто ответ списал у Машки, – довольно сообщил Лёха. – Она всегда правильно решает.

– У неё списать – это нужно к ней подойти, а она на всех смотрит, как на жуков, – вздохнул Ваня.

– Ну, не всех, – Лёха хитро прищурился. – На тебя она сегодня на биологии два раза глянула.

– Чего? – Ваня даже остановился. – С чего ты взял?

– Сам видел. Она сидела через ряд и так… поглядывала.

Ваня пожал плечами. Маша Иванова на него смотрит? Бред. Она вообще из другого мира: отличница, в очках, с книжками. А он – просто Ванька, у которого вечно вихор торчит и историчка двойки ставит.

– Ерунда, – сказал Ваня. – Тебе показалось.

– Может, – согласился Лёха. – Ладно, я побежал. Мать просила хлеба купить.

Они разошлись на перекрёстке. Лёха махнул рукой и скрылся за поворотом. Ваня остался один.

Осень в этом году выдалась странная. Листья уже облетели, но было тепло, как в конце августа. Солнце пряталось за тучами, но иногда выглядывало и тогда всё вокруг становилось золотым. Ваня любил такое время: можно идти и пинать листья ногой, слушать, как они шуршат.

Он шёл по знакомой дороге. Мимо магазина «Продукты», где тётя Зина уже сворачивала лоток с пирожками. Мимо салона сотовой связи, где в витрине крутился рекламный ролик. Мимо остановки, где сегодня с утра стоял тот странный мужчина в тулупе.

Сейчас мужчины не было. Зато на лавочке сидел дедушка в кепке и кормил голубей. Голуби налетели тучей, ворковали, толкались. Ваня прошёл мимо, и вдруг один голубь оторвался от стаи, подлетел к Ване и сел прямо на плечо.

– Ты чего? – удивился Ваня.

Голубь наклонил голову, посмотрел на него чёрным глазом и улетел. Дедушка в кепке засмеялся:

– Ишь ты, признал!

– Кто признал? – не понял Ваня.

– Да так, – дедушка махнул рукой. – Бывает. Иди, парень, не задерживайся.

Ваня пошёл дальше, но на душе стало как-то не по себе. Голуби на плечо не садятся просто так. Или садятся? Ваня не знал. Раньше не садились точно.

Он свернул во двор. Качели пустовали, только ветер раскачивал их слегка. В песочнице возились воробьи. На лавочке у подъезда сидела баба Нюра. Сидела и смотрела прямо на Ваню, будто ждала.

– Здравствуйте, – сказал Ваня, проходя мимо.

– Здравствуй, Ваня, – ответила баба Нюра. – Устал небось после школы?

– Есть немного, – признался Ваня.

– Ничего, – сказала она. – Это пройдёт. Ты в лифте поезжай, не ходи пешком. Сегодня лифт хороший, довезёт.

Ваня пожал плечами и вошёл в подъезд. Интересная она всё-таки, эта баба Нюра. Лифт как лифт, чего ему быть плохим или хорошим?

Подъезд пахло сыростью и кошками, как всегда. Лампочка на первом этаже мигала, будто у неё тоже была контрольная по математике. Ваня вызвал лифт.

Лифт приехал сразу, двери открылись с тихим шипением. Внутри горел тусклый свет. Ваня шагнул внутрь и нажал кнопку пятого этажа.

Двери закрылись. Лифт дёрнулся и поехал.

И тут Ваня заметил, что в углу, в тени, стоит баба Нюра. Он не видел, как она вошла. Просто она вдруг оказалась там, прислонившись к стенке и опираясь на клюку.

– Ой! – Ваня вздрогнул. – Вы… вы как тут?

– А я тут и была, – спокойно сказала баба Нюра. – Ты просто не заметил. Бывает.

Ваня моргнул. Он был готов поклясться, что в лифте никого не было, когда он заходил. Но старуха стояла в углу, и деваться ей было некуда.

– Вы на какой этаж? – спросил Ваня, чтобы что-то спросить.

– Мне на тот же, что и тебе, – ответила баба Нюра. – Пятый.

– А… вы разве не на четвёртом живёте?

– Иногда и на пятом бываю, – улыбнулась она. – К соседке захожу.

Ваня кивнул, хотя ему показалось, что баба Нюра врёт. Но зачем старушке врать про этаж?

Лифт ехал долго. Слишком долго. Ваня глянул на табло: там горела цифра «3». Но они уже минуту едут, а должны были давно доехать.

– Что-то он медленно сегодня, – сказал Ваня.

– Ничего, – ответила баба Нюра. – Не торопись. Успеешь.

Она смотрела на него в упор. Глаза у неё были странные: тёмные, но внутри будто огонёк горел.

– Ты, Ваня, когда домой придёшь, – сказала она тихо, – посмотри в зеркало. В коридоре, где куртки висят. Там кое-что увидишь.

– Что увижу? – не понял Ваня.

– Сам поймёшь.

Лифт наконец остановился. Двери открылись. Пятый этаж, родная площадка. Ваня вышел и обернулся, чтобы попрощаться. Но бабы Нюры в лифте не было.

Лифт стоял пустой. Тусклая лампочка мигала, на полу валялся чей-то фантик.

Ваня замер. Он только что с ней разговаривал. Она стояла в углу, опиралась на клюку. И вот – никого.

– Э… – сказал Ваня вслух.

Он заглянул в лифт, обошёл его глазами. Там даже спрятаться негде: маленькая кабинка, всё видно. Но бабы Нюры не было.

Двери лифта начали закрываться. Ваня отступил. Они закрылись, и лифт уехал вниз.

Ваня стоял на площадке и пытался понять, что только что произошло. Может, она вышла быстрее, чем он? Но он же первый вышел, и она была за спиной. Как можно выйти быстрее?

– Бред, – сказал Ваня. – Совсем уже крыша едет.

Он достал ключи, открыл дверь и вошёл в квартиру.

Дома было тихо. Мама ещё на работе. В коридоре пахло мамиными духами и немножко – вчерашним супом. На вешалке висели куртки, на полу стояли ботинки. Обычный коридор, обычная квартира.

Ваня скинул кеды, повесил куртку и вдруг вспомнил слова бабы Нюры: «Посмотри в зеркало».

В коридоре висело большое зеркало в деревянной раме. Оно было старым, ещё от бабушки, с чуть мутноватым стеклом. Ваня часто в него смотрелся, когда причёсывал свой дурацкий вихор.

Он подошёл к зеркалу и глянул на себя. Из зеркала на него смотрел усталый семиклассник с взлохмаченными волосами и красными от недосыпа глазами.

Но вдруг, краем глаза, Ваня заметил движение. Прямо за своей спиной, в глубине отражения, мелькнула тень. Ваня резко обернулся.