Стейс Крамер – Обломки нерушимого (страница 35)
Как и всякому человеку, убежденному в своей незаменимости и вдруг столкнувшемуся лицом к лицу с яркой, толковой заменой, Диане было больно и обидно. Зависть и ревность точили ее изнутри. Померкла жизнь перед ее глазами.
А жизнь Искры после того дня заиграла новыми красками. Леди «Греджерс» испытывали слабость к дерзким, необычным персонажам. Если раньше имя Искры нередко звучало в сопровождении уничижительных эпитетов – «недалекая», «некрасивая», «неинтересная», то теперь его дополняли такие определения, как «гениальная», «смелая» и «фантастическая». Вот так все оперативно переменилось. Тут нечему удивляться, мнение общества никогда не отличалось стабильностью, разумностью и ценностью.
Все понимали, что совсем скоро, на ближайших соревнованиях, Искра обретет громкую славу, и тогда ее непросто будет приручить. А это был нужный человек, важный, его жизненно необходимо держать в кругу своих хороших знакомых. Общение с Искрой – это выгодная инвестиция в свое будущее. С помощью таких людей без лишних усилий можно за компанию взобраться на олимп славы и войти в историю школы. Короче говоря, повторить успех приближенных Дианы Брандт. Поэтому большинство учениц любыми способами пыталось расположить к себе Героеву как можно быстрее. Самые ушлые и везучие были те, кто стоял во главе различных кружков, клубов и отрядов.
– Искра, ты окажешь нам большую честь, если присоединишься к «Милосердию», – умасливала Дене Адлер.
– Надеюсь, у тебя еще осталось свободное время? Удели внимание нашему литературному клубу. Мы ждем тебя! – упрашивала Мэлори Харт.
– Раньше, для того чтобы попасть ко мне в «Элегию» (так называется литературный клуб, который изначально принадлежал Кинг), люди несколько месяцев ждали, пока я рассмотрю их заявки, а теперь… – негодовала Элеттра. – Совсем недавно никто и не знал о ее существовании, а если и знал, то старался забыть, сейчас же все носятся за ней как угорелые!
– Да, приходится носиться. Я еле-еле уломала ее вступить в мой клуб живописи.
– Рэми, и ты туда же?! Поверить не могу!
– Эл, ты же знаешь закон: если кто-то из популярных вступает в клуб, то этот клуб тоже вскоре станет популярным. Я только-только начинаю раскручиваться. Не осуждай меня.
Тем временем возле Искры уже вилась Кристал Монталь:
– Я представитель научного клуба «Греджерс». Твои знания нам очень пригодятся и…
– Кристал, оставь ее в покое, – рявкнула Никки. – И передай остальным, что нашей звездочке необходим отдых! – Никки взяла Искру под руку и уверенной походкой, высоко задрав подбородок, пошла вперед. – Кто бы мог подумать! Твоя популярность растет так же быстро, как мой живот после трех глотков эля! Ха-ха! Пойдем-ка в столовую, Звездулька моя, нужно отметить твое вступление на престол «Греджерс»!
Последнюю фразу Никки специально произнесла как можно громче, увидев идущую им навстречу Диану. Однако через несколько секунд Никки уже пожалела о своем глупом поступке. Какое же суровое лицо было у ее бывшей подруги! Никки знала: когда Диане было плохо, так плохо, что ей едва удавалось держать себя в руках, лицо ее становилось таким вот суровым, черство-мраморным. Но затем Никки напомнила себе о том, что человек с этим лицом не так давно душил ее, хотел публично казнить. И стыд с виной тут же рассеялись. «Ты, наверное, думала, что я буду бегать за тобой и вымаливать прощение? Нет. Не надейся. У меня теперь есть прекрасный, надежный щит в виде Искры. Я прикрыта ее славой и силой. Теперь посмотрим, кто за кем будет бегать».
А сейчас отвлечемся ненадолго от страстей в «Греджерс» и перенесемся в Голхэм, к жилищу Калли. Та как раз вернулась домой с работы. Брат встретил ее в коридоре. В глазах у него стояли слезы.
– Бенни, что случилось?! С мамой что-то?!
– Ей резко стало плохо. Она скрючилась вся, потеряла сознание, а когда пришла в себя, начала кричать от боли. Я вызвал «Скорую», – доложил Бенни, задыхаясь от волнения.
– Где отец?!
– На кухне. Говорит, дышать больно. Я попросил Долли и миссис Гарвинг дать ему какие-нибудь таблетки…
– Хорошо… хорошо. Бенни, пожалуйста, держись, дружочек! Будь с отцом, ладно? А я в клинику!
Доктор Кембри вызвал Калли на разговор, когда та покинула палату матери.
– Вы и так все знаете, Калантия. Мне нечем удивить вас. Без лечения ей с каждым днем будет хуже и хуже. Обратитесь в фонды…
– Обращалась и не раз. Нас поставили в очередь и тактично намекнули, что у них в приоритете дети и подростки.
– Да… но все-таки надежда есть, так что долой уныние. Нам удалось ненадолго стабилизировать Мэйджу. Но вы сами понимаете, что мы не можем выйти за рамки экстренной помощи. Думайте, думайте. Надо найти выход. Не затягивайте, пожалуйста.
Несмотря на то что Мэйдже в какой-то степени стало лучше, Калли не могла заставить себя успокоиться. Она вздрагивала от одной мысли, что ей придется вернуться домой, что она увидит хныкающего отца, несчастного Бенни, и при этом ей надо будет как-то подбодрить их. Как ей это сделать, если она сама нуждается в помощи? К Руди пойти? Нет. Она уже и так зачастила к нему.
В кармане куртки что-то зашуршало. Калли опустила туда руку и достала брошюру Клуба поддержки, куда порекомендовал ей обратиться Руди. Она забыла выкинуть ее. «Да как же я сразу не поняла! – осенило Калли. – Он же таким образом намекнул мне, что устал от моих проблем и предложил замену. На, мол, загляни-ка ты в общество нытиков. Только тебе подобные смогут вынести тебя». Калли не обижалась на своего парня.
Клуб этот находился на первом этаже той же клиники, в небольшом административном помещении. Круглый стол стоял в центре, за ним сидели: темнокожая женщина лет сорока, два молодых парня, пожилой, угрюмый мужчина, такая же старушка рядом с ним. Темнокожая женщина взглянула на Калли, после того как та села за стол.
– Я вижу в наших рядах пополнение, – сказала она, широко улыбаясь. Глаза ее при этом были грустные. – Не могу сказать, что меня это радует. Значит, кто-то сейчас страдает… так же, как и его близкий человек, что присоединился сегодня к нам.
Калли узнала эту женщину. Ее фотография была размещена на титульной странице брошюры. Это – Нэша Балдрич, основатель Клуба.
– Я ведь была на вашем месте, – продолжила Нэша. – Заболел мой муж. Врачи даже и не пытались утешить нас. Мы поздно обратились за помощью. У нас был выбор: сдаться или попытаться бороться. Сдаться всегда можно успеть, подумали мы и выбрали второй вариант. Тяжело было… Казалось, что мы ведем бессмысленную битву. Но потом вдруг анализы начали радовать нас хорошими результатами, врачи приободрились… И вот уже пять лет длится наша ремиссия. Почему говорю «наша»? Потому что вместе с мужем страдала и я. Рак – это…
Калли больше не слушала Нэшу, так как в этот момент в помещение вошел еще один член Клуба. Парень с нахальной улыбкой, забавно торчащими ушами, и глазами, заглянув в которые, чувствуешь себя странно – в голове будто вспыхивают и шипят молнии, электрические стрелы от них летят к сердцу и обжигают его… Боже, да это чувство так знакомо ей! Калли довелось испытать его, когда она встретилась взглядом с Савьером Бейтсом в день их знакомства. Стоп… Так это же и есть Савьер! Что он здесь делает?!
Калли резко вскочила и выбежала в коридор.
– Стой! – крикнул выбежавший следом Савьер. – Нэша послала меня за тобой. Не парься. Ты не первая, кто сбегает.
– И давно ты это делаешь?!
– Делаю что? – опешил Савьер.
– Следишь за мной! Инеко приказал? Или Сафира?!
– Я не слежу за тобой.
– А что же тогда ты здесь забыл?
– Включи мозг, женщина. Это Клуб поддержки. Следовательно, я пришел сюда за поддержкой. У меня сестра старшая болеет. Она потребовала, чтобы я начал сюда ходить. Мне это не в кайф, но что поделать? Пришлось угодить.
Калли не верила ни единому его слову. Она так хотела поделиться с кем-нибудь своей бедой, выплакаться, набраться сил, чтобы вернуться домой и помочь брату и отцу прийти в себя. У нее с таким трудом получилось перебороть себя и заявиться в этот Клуб, и Савьер все испортил! К чему эта слежка? Хотят напомнить ей, что она на крючке? Чтоб не расслаблялась? Или же так они стремятся выведать ее тайны, прощупать слабые места, чтобы знать, на что надавить, если она вдруг передумает подчиняться им? Как же противно!
– Сестра? Надо же, какое совпадение! И на Инеко ты работаешь, чтобы оплатить ее лечение?
– Так и есть.
– Ты эти сказки кому-нибудь другому рассказывай! Надеюсь, твоей бедной «сестренке» недолго осталось!
– Э, ты за словами следи! – вскипел Бейтс.
– А ты хорошо играешь! Мне даже на мгновение почудилось, что тебе больно.
Через три дня после этого неприятного инцидента Калли вновь навестила Мэйджу.
– Хотела вырваться к тебе, да все никак. Смена в кафе заканчивается в тот самый час, когда у вас отбой…
– Как там Спенсер? Бенни сказал, что он жутко перенервничал из-за меня.
– Мам, ну ты серьезно? – буркнула Калли.
– Меня уже готовят к выписке. Значит, не все так плохо, – застенчиво улыбнулась Мэйджа.
– Тебя выписывают, чтобы ты освободила койку для платежеспособного пациента!
Калли была настолько подавлена, что уже слабо соображала, что говорит и кому. Только заметив угнетенное выражение лица матери, она поняла, что ляпнула что-то не то.