Степанида Воск – Встать! Суд идет! - Степанида Воск (страница 13)

Вергиний долго и упорно ковырлся, но спустя время понял, что на меня где сядешь — там и слезешь. И, скрепя сердце, в конечном счете нашел необходимую сумму. Где только прятал, негодник?

— Виктория, предлагаю продолжить вечер у меня дома, — вот еще этого не хватало. Не пойду я к тебе. Если думаешь, что покормил и теперь волен распоряжаться моим временем, то это твои проблемы.

— Виргиний, я что-то так устала, жутко разболелась голова, — что соответствовало действительности, — Давай перенесем это на другой раз.

Благо он не стал настаивать. Наверное, производил в уме расчеты на сколько денег он сегодня попал. И чего это я опять такая пристрастная к мужику? Сама не пойму.

Уже, выходя из ресторана, я нечаянно налетела на человека, вошедшего вовнутрь. Так неудобно получилось — я обернулась, чтобы сказать что-то Вергинию и, собираясь двигаться дальше, наступила на чью-то ногу в лакированном черном ботинке. Я, конечно, не сразу сообразила, что это было, поэтому мой взгляд вначале устремился вниз и узрел то, что узрел. Потом заскользил по идеально отутюженным брюкам, это была одна из моих черт — видеть мелочи, дальше я выхватила взглядом черный жилет, такого же цвета рубашку и все это на уровне моего роста. И лишь переведя глаза выше я поняла кому только что шпилькой испортила обувь. На меня взирали черные блестящие глаза в обрамлении безумно пушистых и длинных ресниц. Упс. А он тут откуда? Последнюю фразу я произнесла, по-моему, вслух.

— А у него имя есть. И что удивительного встретить меня в подобном общественном месте? — сказал мужчина.

Никогда не страдала отсутствием языкатости, а тут как замстило. Я стояла и хлопала глазами, как глупая курица. Ни одного слова, кроме ругательного, не рвалось наружу.

— Мне стоит повторить свой вопрос? — черные брови слегка взметнулись вверх, побуждая к действиям.

— Вы же домосед, — вырвалось, наконец.

— И это вместо извинений? Или только на рабочем месте вы культурны и обходительны, а в других забываете как надо себя вести? — я вспыхнула от замечания в свой адрес.

— Нет. Я прошу прощения за свою неловкость, — смогла произнести что-то вразумительное случаю.

— И это все? — надо мной потешаются или мне так кажется?

— А что еще необходимо?

— Ну, как же⁈ Возместить моральный и материальный вред, причиненный увечьем.

— Это еще каким увечьем? — непонимающе уставилась я на Аманируса. А это был именно он — собственной персоной.

— Вы мне повредили ногу и испортили ботинок. За это вы должны понести ответственность. Лучше всего в денежном эквиваленте, — возмущение горячей волной поднялось внутри меня. Он что надо мной издевается? По другому я не могла трактовать поведение своего шефа.

— Господин Аманирус, моя девушка ничего не сделала за что необходимо отвечать. Она извинилась и этого достаточно, — влез в перебранку Вергиний.

— Милостивый голубчик, даже если вы знаете как меня зовут это еще не дает вам повода влазить в чужие разговоры, — ого. Мне кажется или вокруг похолодало? Слова Адриана падали на пол со звоном ледышек.

— Меня зовут Вергиний Степраков, — гордо выпятив вперед грудь произнес мой сегодняшний кавалер.

— Да, хоть бочкой с медом вас зовут — это все равно не дает вам права перебивать других, — что-то мне совершенно не нравилось русло, куда свернула внезапная встреча.

Вергиний выхватил что-то из-за пазухи и направил в сторону Аманируса.

— Голубчик, вы что решили меня испугать этой пукалкой? — губы мужчины растянулись в усмешке, но она совершенно не затронула глаз.

Адриан как-то незаметно переместился, что теперь я оказалась слегка за его спиною.

— Никто не смеет оскорблять Вергиния Степракова, даже бывший Верховный судья и за это ты мне ответишь, — и он сжал в руках нечто похожее на огромный стручок гороха. Под давлением поверхность лопнула по шву и на моих глазах заколебался воздух, словно круги по воде побежали от центра, в том месте где бросили камень.

В долю секунды до меня дошло что было в руке у Вергиния. Оружие растительного происхождения, запрещенное, как особо опасное. Его выращивание каралось законом, даже если найдут один корешок леванданума, то непременно осудят и приговорят к нескольким годам тюрьмы. Лишь получение особого разрешения на выращивание, соблюдение определенной техники безопасности, а так же своевременное удаление цветков, постоянная отчетность в контроль, позволяла любителям иметь данное растение у себя в оранжерее. Может быть его бы запретили вообще к выращиванию, если бы не вытяжка из очень красивого лилово-голубого цветка используемая для производства редкого лекарства.

Вызревая полностью плод леванданума не представлял опасности, но если он был сорван на стадии восковой зрелости он превращался в оружие. Раздавленный стручок излучал волны определенной частоты направленного действия. И в зависимости от возраста плода вызываемая волна могла либо нанести ощутимый удар по объекту, либо вообще убить. Радиус действия был достаточно ограничен, однако вблизи это было серьезное оружие.

Ну вот и конец всему — пронеслось в голове. Если сразу не окочурюсь, то надолго выйду из строя как работник. Лучше уж первое, чем второе. Мысленно представила дешевый надгробный камень на месте своего захоронения и одинокого паучка плетущего паутинку рядом. Светлая память тебе — Виктория. А я не рассчиталась с квартирной хозяйкой. Какая жалость. Будет поминать меня недобрым словом и не даст спокойно в гробу полежать. Вот же засада.

Аманирус внезапно вскинул руки в стороны и в то же мгновение перед ним образовалась практически прозрачная пленка, которая слегка заколебалась под ударной волной, исходящей из стручка. Пленка прогнулась немного в нашу сторону и в ту же секунду исчезла как будто ее и не было.

Я не верила своим глазам. Этого не может быть. Все присутствующие были живы и здоровы, вокруг отсутствовали какие бы то ни было повреждения. Мы же должны были валять тут же переломанными мешками костей, но стояли ничуть не поврежденными.

— Как же так? — воскликнул Вергиний, непонимающе уставившись на использованный леванданум, держа в руках раскрывшийся и поникший стручок. Из его руки свисали разорванные, словно грязные тряпицы, куски стенок когда-то целого плода.

— Мальчик, — с легкой брезгливостью произнес Адриан. — Прежде чем-либо угрожать, убедись, что у тебя в руках действительно что-то есть стоящее, а не бесполезная пустышка. Скажи спасибо — я нынче добрый и не собираюсь связываться с глупым, безмозглым представителем золотой молодежи, а иначе тут давно уже были бы суровые дяди от контроля, выводившие тебя носом вниз. Брысь отсюда, пока я не передумал, чтоб духу твоего не было через секунду.

Вергиний пошел красными пятнами и только что из ушей не валил дым от подобного унижения. Надо же так опозориться в присутствии дамы, с которой провел вечер. Дамы, которую, к слову говоря, он только что чуть не отправил к праотцам.

Аманирус щелкнул пальцами, привлекая к звуку внимание Вергиния, потом резко растопырил их, собрал все вместе и как будто что-то невесомое бросил в лицо нападавшего. Это что-то развернулось в воздухе и невесомой вуалью упало тому на голову, мгновенно впитавшись в кожу, волосы.

— Пшел вон. Быстро, — мне показалось или Адриан слегка притопнул ногой? Моего неудачливого кавалера как ветром сдуло, только пятки засверкали.

Я стояла и глупо хлопала глазами. Это что же получается? Что мой непосредственный начальник — маг? Этого не может быть. Об этом было бы уже давно всем известно. Подобную новость в мешке не утаить. Я уже столько лет работаю с ним бок о бок, но даже нигде не проскочила даже маленькая сплетня по данному поводу. Лишь чародеи огромной силы в состоянии противостоять разрушительному воздействию леванданума.

— Но мы должны… Нас же должно…Не может быть…-залепетала я больше разговаривая с собой, нежели пытаясь донести что-либо до Адриана.

— Виктория, что вы там бормочите, — Аманирус потряс меня за локоть. Я же впала в какой-то ступор и какая-то часть мозга анализировала все происходившее на моих глазах, а другая, отвечающая за тело, застыла в ступоре. Видно, крайне сильно испугалось за свою телесную оболочку.

— Вы — маг⁈ — выпалила я то, что крутилось у меня в мыслях, оказалось быстрее и выплыло наружу.

— С чего вы это взяли? — мужчина заметно расслабился и принял почти естественную позу. А для него было характерно, в некоторые минуты, правда, я так и не поняла покоя или крайнего раздражения, засунуть руки в карманы брюк и слегка раскачиваться с пятки на носок. И неважно, что от этого задирался пиджак или пальто, ему так было удобно.

— Вы смогли нейтрализовать действие леванданума, — выдала очевидное.

— Какое действие? Вы о чем? — черные глаза в обрамлении шикарнейших ресниц — мечты любой красотки, забавно хлопали. Мне даже захотелось рассмеяться, настолько это забавно выглядело на мужественном лице шефа. И ладно бы передо мной была светская куколка, которая только тем и занимается, что томно вздыхает и хлопает ресничками, но мой начальник. Это было что-то невообразимое.

— Как? Я же видела, что Вергиний раздавил леванданум, ударной волной нас должно было сплющить всмятку, но вы сотворили пелену, вот она и не дала нас убить, а потом вы что-то накинули на ему на лицо и выпроводили вон, — в ту же секунду выражение глаз Адриана изменилось, пропала наигранность и взгляд утратил бесшабашность. Черные глаза буквально начали буравить меня, стараясь проникнуть в самую суть.