Степан Вокуев – ISOLATION: Книга первая (страница 11)
Желанов тем временем едва ли не с ненавистью смотрел на картонную обложку личного дела призывников, которое стало казаться невероятно тяжёлым и вызывать практически ощущаемое физически раздражение. Он положил папку в стопку с проверенными биографиями и только потом посмотрел на незваного гостя.
Сергей не торопился. Он дал тишине осесть и позволил кабинету немного напомнить о себе едва слышным жужжанием светильника на столе и тиканьем часов над входной дверью.
Новобранцев на плацу отвели в расположение.
— У тебя, кстати, часы на полторы минуты спешат, — ни к селу ни к городу сказал Сергей, посмотрев на циферблат.
В ответ офицер шлёпнул печать.
— Привычка… Ты ещё в Хабаровске был дотошен до часов. Вот и…
— Они не спешат, а идут так, как нужно.
Сергей кивнул и пожал плечами одновременно.
— Как угодно, милостивый господин, — сказал он с интонацией, будто ответ Желанова расставил всё на свои места. Руки, потянувшиеся было к календарю на подоконнике, неожиданно скрестились на груди.
— Ты давно с
Полковник, занятый разглядыванием смазливого паренька с незавидной биографией, не сразу понял, о чём его спрашивали.
— А? С кем «ней»?
— Ну… — запнулся было Сергей, — с девчонкой.
Желанов отложил дело и прищурился.
— С кем-кем, Сергей Саныч?
Тот замолчал, мысленно проклиная себя за неосторожность. Он потянулся к фуражке, но, передумав, убрал руку.
— Ну… с Аней, ты раньше про неё часто говорил. А сейчас молчишь, тишина какая-то. А я возьми и вспомни… вот и спросил…
— Раньше, — повторил Желанов. — Раньше было раньше.
Он взял отложенную папку, но читать не стал. Вместо этого он поглаживал шероховатый переплёт со следами карандаша, которым подписывали дело в канцелярии.
— Просто думаю, — продолжил Сергей, — время сейчас такое… интересное. Молодёжь, вон, снова получает какое-никакое будущее и возможности. Они разъезжаются… теряются. Ну… особенно молодёжь.
— Мы не на родительском собрании, — устало оборвал его полковник. — Тебе если есть что сказать по существу – говори. А лучше – помоги с этой хреновиной.
Сергей вздрогнул, но не подал виду.
— Я и говорю, — поспешно отозвался он, — просто… обстоятельства бывают… э-э-э… разные. Иногда эта молодёжь оказывается вообще не там, где надо было бы быть. Ну, сам же подростком был, помнишь, как это?
— Сергей, тебе бы нашего Егора подсидеть, а? — сказал Желанов, поднимая глаза на собеседника. — Из всех, кого я знаю, только ты ещё можешь так умело говорить о чём угодно, но при этом не сказать вообще ни хрена. Но ты, по крайней мере, офицер. От тебя толку больше будет. Не думал о политической карьере?
Тот снова замолчал. Тиканье часов словно становилось всё громче, навязчивее, почти давящим на мозг. Сергей поймал себя на почти непреодолимом желании встать и пройтись по кабинету, но не решился.
— С севером там… трудности.
— А когда не было? — с горечью отозвался Желанов.
— Да я не об этом. Там… — сделал Сергей неопределённый жест рукой, который, при желании, можно было истолковать практически как угодно, — всё совсем «не так». И люди пропали… неподходящие.
— Неподходящие для чего?
— Для ситуации, — уклончиво ответил тот.
Неожиданно для Сергея разговор ушёл туда, куда не должен был уходить. И одновременно – отступать уже было некуда. Офицер чувствовал на себе тяжёлый взгляд полковника, в котором, однако, пока что не было ярости.
— Там сейчас всех проверяют, кто живёт. Ну и кто рядом шарахался. Процедура, эта… как его-то… формальная! Во, понимаешь?
— Проверяют? После чего?
Пауза затянулась, и каждая секунда молчания ощущалась часом. Боже, ну зачем надо было говорить об этом, а? Придумайте причину, хоть одну!
— После… — Сергей с трудом подбирал подходящее слово, — происшествия.
Желанов со шлепком положил недочитанное дело на стол, выпрямился и пересел за своё офисное кресло.
— Ты, может, уже всё-таки скажешь хоть что-то вразумительное? — спросил он с ласковой интонацией, которая не сулила ровным счётом ничего хорошего.
— Там нашли пацана. Мёртвого.
Полковник даже не шелохнулся.
— И? Людям свойственно умирать.
— Максима, мать твою!
На лице Желанова появился хитрый прищур.
— И кто его?
— Понятия не имеем. Следственный уже смотрит там всё, но никто ничего внятного не говорит.
Офицер прошёл до дивана, взял стопку прочитанных личных дел, обвязал её резинкой и положил в шкаф. Оставшиеся папки, лежавшие на краю стола, он запихнул в тумбочку около себя.
— А от меня чего надобно?
— Ну… — запнулся Сергей, — рядом с Максимом там лежала девушка, лет восемнадцати.
Полковник замер, не закончив шаг, явно ожидая продолжения.
— В медблоке установили личность. Это твоя Аня, — аккуратно сказал Сергей, мгновенно переместившись поближе к выходу. — Она жива! Сейчас её в себя приводят.
Слова Сергея Александровича повисли в воздухе, не упав, но и не растворившись – просто застряв где-то между столом и дверью, будто воздух в кабинете внезапно стал слишком густым, чтобы звуки могли дойти до кого-то.
Желанов стоял, не двигаясь. Его рука держалась за край тумбочки с такой силой, что костяшки побледнели. Пальцы упирались в лакированное дерево. Полковник вдохнул так же медленно, как и выдохнул. Ни одно его движение не было резким – напротив, казалось, что офицер стал страшно осторожным, словно имел дело не с новостью, а странным механизмом, не вызывавшим доверие.
Часы усердно тикали.
Сергей стоял у двери, ловя себя на том, что считает вдохи и выдохи Желанова и прикидывая, успеет ли он улизнуть до того, как тот швырнёт что-нибудь в его сторону.
— Жива… — повторил он уже намного тише, словно пытаясь успокоить самого себя.
Желанов медленно выпрямился. Плечи гордо расправились сами собой, будто по старой памяти – годы строевой выправки дали свои плоды. Он повернул голову на полградуса и посмотрел на стоящего у двери Сергея.
— Как давно нашли?
— Сегодня утром… кто-то из местных собак там выгуливал… ну и… — замялся тот, — сам понимаешь.
Желанов кивнул. Его пальцы сами собой стали снова отбивать барабанные дроби. Выдохнув, полковник сел. Посмотрев на пустое место на столе, на котором ещё пару минут назад лежала кипа неразобранных личных дел солдат, он жестом пригласил Сергея сесть на диван. Тот не решился отказываться.
— В себя приходила?
— Мне не сообщали, — помотал головой второй полковник.
— Значит, всё впереди. Вокруг будут тереться и задавать ей вопросы, ведь так?
Сергей помолчал и осторожно кивнул. Разговор окончательно вышел из-под его контроля и теперь любой неверный ответ мог привести к урагану.
— Кто дело взял?
— Плотников. Я попросил его пока не трогать девчонку, но, увы, он согласился только по старой памяти. Следаки не под нашей властью же.
Полковник кивнул.