Степан Мазур – Варленд: время топора (страница 13)

– Разрешите зажечь камин?

– Смотрю, руки работают быстрее головы. Что ж, признаться, мне тоже не достаёт тепла. Быть посему. Разжигайте, – ответил Корь, закрывая дверь и разглядывая уже степенного норда.

Норд спокойно отряхнул плащ, перекинул через руку и прошёл по зале с видом бывалого знатока. Мёрз он на порядок меньше, чем человек. И этим славился весь синекожий народ.

«Морозоустойчивые», – подумал хозяин, припоминая особенность нордов. Те по слухам, даже спать могли на снегу, в отличие от многих северян-варваров.

– Боевой маг? – вновь переспросил Корь, поглядывая на капитана, который стоял на втором этаже и разговаривал с разведчиками вместо того, чтобы быть рядом и встречать незваных гостей.

– Мы из форта Новой Надежды, – кивнул норд. – Гномий король ввёл туда свой хирд. Феяр передал ему свои полномочия. По праву союзной армии король старше по званию. Память Союза в нас не угасла в эти скорбные дни. Но как по мне, его слишком быстро сменяет Единство.

– Пусть так, но чего же вы шастаете в ночи? – не понял Корь.

– Нам… не по нраву гномьи порядки, – донеслось от кузнеца с заминкой. Он пытался справиться с огнивом и заметно нервничал. – Руки-крюки, я не чувствую пальцев!

– В сторону, – обронил Дажоб и щёлкнул своими пальцами, которые были на порядок подвижнее, так как почти не зябли на холоде.

Огонь моментально побежал по сухим дровам, разгоняя холод и расширяя ареол света в зале. Светильники у стен покрылись пылью. Зимой их мыли не так часто, как летом. Колодезная вода быстро обмораживала прислуге руки.

– Значит, король, – протянул Корь. – Какого Провала Саратон решил закрепиться в имперском форту по зиме? Общий смотр лишь весной. До этого времени гномы должны строить столицу по договору с нами.

– Договору с князем вы хотите сказать? – едва заметно улыбнулся Дажоб. – Андрен Хафл пропал без вести на севере. А гномы ценят только крепкие… гм… союзы. Выходит, Саратон поступил самовольно?

– Да в Провал этих упрямых гномов с их своеволием. Но разве Андрен пропал на севере? Это вряд ли. С юга тянется обоз амазонок и ведьм. Объединить их могла только весьма харизматичная личность, – добавил Корь и хлопнув себя по лбу, воскликнул. – Точно, женщины! Капитан? Что за заминка! Нужен передовой разъезд. Встретить их немедленно!

– Четверо рыцарей уже отправлены, – донеслось от капитана. – Двое с ворот и двое со смотровых стен.

– Когда ты успел передать им послание?

– У нас… своё общение, – не стал вдаваться в подробности рыцарь.

– То есть за округой сейчас никто не смотрит? – вспыхнул в негодовании Корь.

Его бесило, что он никак не влиял на ситуацию. Только стоял перед гостями в нижнем белье. А ещё было холодно и проснулся аппетит, но приготовить поздний ужин было некому, так как столица Княжества выделила ему минимум живых слуг.

Лишь пара стариков согласилась зимовать в одном замке с «чудищами в доспехах». Да они спали ночью так, что из гномьей пушки не разбудишь.

Капитан послал двоих разведчиков на стены. А сам спустился в залу и застыл перед магом.

– На тебе печать Великого Некроманта, – обронил капитан с полной уверенностью, что Андрен касался норда. – И на тебе, – добавил он кузнецу.

– А у тебя нет усов, – ответил за мага и себя Болеслав, повеселев от ощущения тепла в кончиках пальцев. – Что с того? – и тут он присмотрелся к броне. – Слушай, у тебя отличные доспехи… Кто ковал?

– Князь.

– Ого, Андрен стал кузнецом? – удивился Болеслав. – Мне такие не под силу! Когда он успел?

– Так, стоп. Давайте во всём разберёмся, – обронил Корь, теряя нить разговора.

Но тут с крыши спустился один из разведчиков и закричал на всю залу:

– Огонь! Ого-о-онь!

– Да знаем мы, что огонь в лесу, – вздохнул Корь. – Не знаем только его причин.

– О, это могут быть варвары, – спокойно добавил Дажоб. – Их обозы покинули форт на рассвете. А днём въехали гномы.

– Нет! Пламя взвивается над фортом! – донёс вперёдсмотрящий разведчик и Корь ощутил, как похолодело в груди.

– Боги, дайте нам сил, – прошептал кузнец.

* * *

Рядом с Бастионом-на-Холме.

Путь амазонок и ведьм вдоль побережья был бы лёгким и скорым, если бы не половинчики. Если женщины, подгоняемые вулканом, выдвигались налегке, конными, бросив большинство вещей на произвол судьбы, то волосопяты, находящиеся от извержения подальше, собирались основательно и в дороге не спешил ни стар, ни млад.

Всю дорогу их телеги и обозы вязли в песке побережья. Особенно королевский воз. Король Толстоног словно пытался перевезти в своих телегах всё своё королевство.

Среди ведьм и амазонок самыми приличными словами вослед таким спутникам были «недомерки» и «недоумки». Но всякий раз, когда те и другие уже собирались бросить старьёвщиков на произвол судьбы, половинчики… устраивали пиры.

Из их длинных обозов всегда было чем заставить стол. Они ломились от яств. Соблазнённые ароматами женщины наедались к вечеру от пуза, и отходили от гнева, накопленного за весь день. А утром вновь готовы были терпеть своих спутников и такой неравный союз в дороге.

День за днём обозы коротышек худели. Но худо-бедно амазонка Сейшелла и ведьмы Ульча и Сенека вели женщин в Княжество.

Первая проблема появилась, когда достигли дельты реки Быстрой. Она не желала покрываться льдом на быстром течении. Огромная водная территория стала большой проблемой для всех. Судя по карте, мост через неё был на десятки лиг севернее. А учитывая внимание бандитов к каравану, растянуться вдоль реки было не лучшим решением.

И тут вперёд выдвинулся инженерный гений полуросликов. Слепая старуха и мать Большенога повелела разбирать телеги и строить из них надёжные плоты. А первый переправившийся отряд протянул через всю реку связанные между собой верёвки.

Двигаясь по этой канатной дороге на плотах, благодарные ведьмы и амазонки начали переплавлять коней, пассажиров и даже приевшийся скарб волосопятов. Но в первый же день на малочисленный лагерь по ту сторону реки напали пираты, захватив его. В походе пролилась первая кровь в походе.

Союз амазонок, ведьм и хафлингов укрепился совместным горем у костров.

Переправа второго дня была более опытная, осмотрительная. Разбив остатки пиратов, ведьмы и амазонки ликовали. А скарб бравым инженерам был возвращён.

Оставив переправу, вскоре все три народа продолжили путешествие в мало знакомую им северную зиму.

Снег и пронизывающий ветер застали обозы ещё у руин Прибрежного. Сожжённый город таил в себе ещё больше недобитых пиратов. Словно обезумев от холода и голода, те снова бросились на караван, но союз трёх был уже наготове.

Метко метали камни пращи половинчиков. Луки и амазонок разили без промаха. Мелькали посохи ведьм, творя волшбу. Вместо добычи недруги нашли лишь смерть.

Считая тела неприятелей поутру, союз трёх народов вновь проникся уважением друг к другу. Одни были убиты камнями, другие стрелами, третьи прожжены магией. Но всякий внёс лепту.

Зима крепчала и на первый план вышли амазонки. Они били зверя по лесам, добывая их тёплые шкуры на одежду.

Ведьмы варили жирное мясо, запасали жир для обмороженных, а коротконоги

шили одежду для всех членов похода. И вновь лиги побережья ложились под колёса телег.

Лишние вещи таяли в дороге. Оставалось лишь самое нужное. Зима прибирала в костры всё, что горело, а в котелки шло всё, что жевалось.

Тем и жили.

Союзники прошли всё побережье, не встретив имперцев. В ночи слышалось лишь завывание волков, а порой путники встречали странные следы, не принадлежащие ни людям, ни зверям. Разведчицы, скачущие далеко вперёд, нередко докладывали о разбитых частях кораблей на песке. На берег холодным водами выносило ящики, части корпусов, бочки, мачты и тела людей. Самой достойной находкой в пути оказался ящик рома.

Знатная ночь выдалась для союзников в ту пору.

Вскоре земли казавшейся бесконечной Империи закончились. И негостеприимный каменный берег Княжества с крутыми скалами вместо уже привычных песков заставил свернуть на север. Последние лошади переломали ноги, пробираясь по заснеженным камням.

Бросив последние обозы, ведьмы, амазонки и волосоноги поплелись по высоким сугробам к форту Новой Надежды пешком. Только метель, поднявшаяся в тот день после последнего обеда кониной, едва всех не погубила. Если тёплое Море сглаживало впечатление от зимы на континенте, то стоило отойти от него, как погода взялась за них всерьёз.

Холод и ветер! И лишь бесконечный снег!

Но в чёрной безлунной и беззвёздной ночи к союзникам вышли двое рыцарей в чёрных обледенелых доспехах. Они передали волю Коря. Веры им не было. И лишь упоминание имени Грока и безвыходная ситуация заставила ведьм, амазонок и половинчиков пойти следом за ними.

Без особой охоты голодные, застывающие путники разоружились во внутреннем дворе чёрного замка.

Слова сухощавого старика с чёрной бородой начали восприниматься лишь в тепле залы Бастиона-на-Холме.

– Демоны штурмуют форт Новой Надежды. Нам нужны силы каждого, чтобы сдержать их натиск, – сказал тот, кто представился Корем и все три народа поняли, что пришли в Княжество не в лучшее время.

Но назад пути не было.

Часть вторая: «Заботы старого мира». Глава 2 – Тёмная длань

Тьма безлунной ночи скрыла тёмные орды. Очи богов словно спали и не желали видеть того, что будет происходить рядом с фортом Новой Надежды, где люди, гномы и даже природа словно потворствовали Владыке. Снег надёжно прятал следы демонов и суживал обзор с форта, заваленные на десятки локтей стоптанным снегом стены стали надёжнее лестницы, а факела на стенах отлично подсвечивали стрелков, но не позволяли толком ничего разглядеть в округе.