Степан Мазур – Тот самый массажист (страница 7)
«Ты что? Нам нельзя не ответить», – решительно заявил он, почуяв флюиды: «Мы должны признать право и этой женщины на свой особый запах!»
– Я всё объясню, – сказал Володя, покраснев щеками, как будто по ним размазали сок помидора.
Уши и вовсе вот-вот вспыхнут! Но массажист не успел толком ничего сказать. Люба вдруг протянула руку и коснулась натянутой ткани. Пальцы мягко, но цепко обхватили головку, погладили, и… штаны едва не порвались от ответного порыва тела.
«Мачта, парус, ещё бы море, да? Вот уже – романтика»! – выдал мозг, а моментальный прилив крови выдал такую эрекцию, словно хозяин впервые увидел женщину.
Что точно правда, так это то, что женские пальцы впервые прикоснулись к естеству за месяц.
– Ого… не прячь это от меня, – подбодрила она, продолжая манипуляции по освобождению. – А ну-ка давай дружить!
По какому-то неведомому протоколу, в том, идеальном мире, где нет правых и виноватых, а все только верные и законопослушные, массажист должен был рвануть к столу, схватить полотенце и прикрыться. Следовало накрыть покрывалом и её, так как всё это время она лежала на столе обнажённая. Но куда же делся мозг, когда сначала допустил, что и так пойдёт, а потом ещё и прошляпил момент атаки?
«Володь, мне слишком мало крови… решай сам».
А чего решать? Тело просто застыло в оцепенении. И тогда женщина сама всё решила. Люба просто повернулась на бок. Ловкие, тёплые руки быстро стянули с него штаны по колено.
– Ого! Я тебе настолько нравлюсь? – в голосе прозвучало удивление и… одобрение.
«Ну вот и умничка», – подсказал мозг, отключаясь: «Встретимся после»!
Глава 5 – Секрет на двоих
Владимир ощутил, что готов провалиться под землю. Но «одноглазый змей» целился в клиентку, точно давая понять, что обратно лезть не собирается. Его, конечно, можно бить о стену, душить и ненавидеть, но толку не будет. При таком настрое просто сочтёт элементом ласк.
«Молодость», – честно предупредил мозг: «Никакие штаны твоего свободолюбия не удержат».
Он вроде как ни при чём, с него и взятки-гладки. Да и предупредил-то из последних сил, лишаясь столь важной крови. Разделил её с органом менее важным, но не менее требовательным, когда приходит время размножения. А время не только пришло, но и понеслось на какой-то перемотке.
Как только Любины тёплые пальцы коснулись ствола, змей тут же обрёл зрение и стал осматриваться. Этот искуситель сразу начал жить своей жизнью, подёргиваясь в такт начавшихся движений. Хуже того, подлое тело подалось навстречу, загипнотизированное им одной фразой: «за мной, я знаю верную дорогу!»
Само прикосновение было для массажиста определяющим в поведении. Он получил знак о смене власти. Теперь она руководит процессом. А что дальше? Продолжать процедуру или подчиниться?
«Как приятно, что наконец хоть кто-то потрогал», – подчеркнул помощник под черепной коробочкой.
Люба улыбнулась и села на край стола. Едва свесив ноги, она взялась за «короткую верёвку» уже двумя руками. Эти прикосновения были приятными, нежными, и что более важно – не дёрганными, не торопливыми, уместными. Хуже того – своевременными. И если обычно мужик суров и беспощаден к себе, то в такие моменты он хрупче тонкого стекла.
Главное, правильно время подобрать.
Любовь не только подловила удачный момент, но и теперь чётко выдерживала ритм. Она накачивала массажиста как ручной насос мячик. Не будь утреннего происшествия, надолго бы Богатырёва не хватило.
Но Владимир стиснул зубы и держался.
«Воля – наше всё. Давай! Держись за всех мужиков!» – подначивал мозг: «Ты не какой-нибудь там рохля, а вполне себе мужи-и-ик!»
Держался массажист, впрочем, из последних сил.
– Какой у тебя пресс красивый, – сказала она, погладив одной рукой низ живота и погрузилась пальцами в волоски под ним.
«Нет, определённо нужна депиляция. Мужественность всё-таки проявляется не в количество волос!» – прозвучала очередная рекомендация «изнутри»: «Когда гладят, а не чешут шерсть, должно быть приятней».
Владимир невольно сам погладил её по плечам. Как только глаза уткнулись в большую массивную грудь, руки жадно потянулись к ней сами.
«Взобраться на холмы, покорить ложбинку у склона»! – продолжали раздаваться приказы изнутри. Подхватив это пышное богатство, Володя сжал дыньки.
«Ну всё, Рубикон перешли… смелее»!
Чертыхнувшись про себя, массажист уже не смог отказать в удовольствии мять грудь. Играл с ней, дорвавшись. Вскоре он теребил соски и делал всё, что уже не должен делать. Без договорённости, по крайней мере.
Но кого это сейчас волновало? Этот массаж уже на двоих! Люба притянула его к себе за естество. Розовые губы выхватили поцелуй. Игра для двоих, определённо, была ей по вкусу. Владимир ощутил привкус клубники. То ли с губ, то ли жвачка. Не важно. Главное, что вкусно. Сладко. Поцелуй вскружил голову.
«Я люблю её»! – заявил мозг, утопая в гормонах радости: «Давай будем с ней вечность!»
Последние барьеры снесло и Богатырёв ответил на поцелуй. Языки переплелись, играя. Они целовались неистово, словно истосковались по ласке и давно забытым ощущениям.
«Как это приятно – просто целоваться. Как же мне этого не хватало», – купался в ощущениях мозг, бормоча, пока тело могло только рычать.
Люба отстранилась первой. Откинулась на столе на спину, широко развела ноги.
– Но… – сделал попытку опротестовать решение женщины уже немного развратный, но ещё не совсем конченный массажист.
Сделав попытку остановить всё, он как бы намекал, что его интересовала контрацепция.
– Входи уже! – приказала клиентка, о ней не думая.
«Слышал? Клиент всегда прав»!
Просить дважды не требовалось. Богатырёв навёл готовое к бою орудие поспешно и вошёл в горячую промежность.
«Цитадель похоти взята, мой генерал!» – отрапортовал мозг: «Докладываю. Тут мягкая, невероятно нежная кожа. Очаг растоплен. Как будто в пещере охотника с добычей ждали»!
Женский очаг принял его жадно, одаривая горячим соком как иной нектар пчелу. Смазка сочилась по её нижним губам, стекала по толстым, мягким ягодицам. Он задвигал бёдрами, пытаясь вспомнит как давно не было секса.
Полгода? Год? Мастурбация не в счёт. Дела-заботы, некогда.
«Всё времени не было, Володя. Всем нужны отношения, романтика, а тут само пришло. Бери, пока дают»!
Руки коснулись её бедер, властно подтянули к себе за ноги. Амплитуда движений увеличилась. По помещению послышались наглые, настырные, чавкающие звуки.
– Да… да-а-а, – застонала она, повторяя всё чувственнее и проникновеннее. – Да-а-а!
Этот звук подстёгивал его лучше, чем старика виагра. Женщина как спрут опутала его своими незримыми щупальцами и вдруг покорила. Сейчас он готов был сделать для неё что угодно. Похоть пьянила больше алкоголя. Но эти мокрые и такие желанные слуху звуки звучали слишком громко.
«Нас заметят! Услышат! Они всё узнают! Всё пропало-о-о»!
Массажист впервые пожалел, что музыка играет в кабинете не так громко.
«Но не закрывать же ей рот! Она так сладко стонет. Музыка для ушей»! – издевался мозг: «Так что смотри сам… Меня нет».
Крики (которых так давно не слышал) отражали стены. Они сводили Владимира с ума. А может даже Володю, что вдруг перестал иметь серьёзный вид и полностью отдался страсти.
«Ну громко же»! – возмущался мозг.
Одумавшись, Богатырёв постарался двигаться менее интенсивно, но входить глубже. Тогда её голос изменился, перешёл на утробный. Новый спектр наслаждений. Новые ощущения.
– Да-а-а… бери меня! Глубже! Вот так… ты ж мой мальчик.
По губам как стеганули.
«Мальчик»?!
Но это лишь раззадорило. Он закинул её ноги себе на плечи и снова ускорился.
«Покажи ей мальчика!» – едва не сорвалось с губ.
Вызов-ответ.
«Ну всё, разбудила мужика»! – отметил мозг, больше не отвечая за то, что сейчас начнётся.
Она подняла левую руку, пройдя прикосновениями по его торсу. А едва поднялась и правая рука, как массажист увидел отблеск на безымянном пальце. А там – белёсая полоска. Ни с чем не перепутаешь. Нет кольца.
Того самого кольца, что меняет в жизни всё.
«Володя, тревога»!
Как громом среди ясного неба пришло понимание, что сняли кольцо совсем недавно! Может, даже перед заходом в кабинет. В лучше случае – в раздевалке. И как молнией ударило понимание – замужем!
Массажист остановился, вышел и отошёл на шаг.