Степан Мазур – Квест: выжить любой ценой (страница 5)

Точно, «два удара – восемь дырок». Это про вилы. Острые сами по себе ещё с первой заточки, они предлагают довольно длинное древко, чтобы держать зомби на расстоянии. По сути это копьё, только с четырьмя наконечниками. Но по остроте не уступают. И как рогатину использовать можно, если на меня попрут. Тупо упру в землю и насажу на вилы как медведя, если зомби такие целеустремлённые, как принято считать.

Подхватив вилы в руки, снова скис. Держать надо двумя руками. Тогда удар крепкий. О костыль будет мешать. Разве что опираться на сами вилы. Но тогда не до ближнего боя. Повалят и завалят, как пить дать.

– Останутся от Кости рожки, да ножки, – пробубнил я и открыл дверь в парную.

Это было неожиданностью для нас обоих. Для меня и зомби, который уставился на меня в окно с соседнего участка!

Раньше это окно было заколочено, чтобы соседи не подглядывали. Но когда их не стало, батя решил убрать ограждения, чтобы в бане было больше света. И да, света стало больше. Хоть до поздних сумерек без всякого фонарика парься. В целом – неплохо, но «обновка» произошла только в этом году, и я напрочь забыл про второе окно, представ перед зомби в полный рост.

Зомби взвыл и бросился к стеклу. Первая оконная рама сдалась со звоном битого стекла. Руки зомби покрылись кровью среди торчащих осколков, пытаясь сходу преодолеть и вторую, внутреннюю раму. Зачем батя поставил и её? Так «чтобы пар не выходил»!

Лихорадочно соображая, что делать зомби, я только вилы покрепче обхватил. И тут же зомби принялись стучать по входной двери и периодически мелькать возле окна у двери. Всё это я мог наблюдать через второе окно в комнате-парной, где стояла большая печка, но самого разделения на помывочную и парную так и не произошло, так как у печи не там приварили трубу и у стены поставить её не удалось. Так она занимала треть помещения, в то же время расположенная так неудобно, что жар от неё опалял собой доски и однажды мы едва не загорелись вместе с деревянными попытками разграничить парную. Тогда батя и повырывал все лишние доски, а печь кирпичами обложил. Для безопасности. Большими, белыми, что порядком подъело пространства.

Выходит, я сам себя загнал в ловушку. Выход из бани один. Плюс три окна в сумме. Но первое сразу у двери, второе через пару бочек ведёт в ту же сторону и не имеет никакого смысла эвакуироваться из него. А единственное окно, которое можно назвать чёрным ходом, вероломно занято зомби в майке с надписью: «Я верю!» и изображением летающей тарелки. И этот любитель инопланетян сейчас соберёт ко мне всех зомби в округе.

– Тише ты! – попытался урезонить его я, но то без толку. Он лишь больше взвыл, принюхался и словно только почуяв меня, начал ломиться так, словно голодный на обед в столовую.

«Вот блин, придётся действовать», – невесело подумал я, перехватил вилы поудобнее в обе руки, прицелился и используя вилы как гарпун, коротки и мощно ткнул им в стекло между створок.

Металл легко расшиб стёкла, а три из четырёх остриёв распороли горло зомби. Он выкатил кровавые глаза, тут же обхватив вилы как родные. Но при этом… не умер!

– Да что это такое?! – возмутился я громче, с трудом выдернул вилы обратно и попытался снова. Затем снова. И наконец, довершил дело.

Сначала вилы угодили под подбородок. Потом распороли щеку и насадили на себя ухо. И только с третьего удара удалось вогнать их в голову, крайним зубцом вогнав в левый глаз зомби. От чего тот моргнул оставшимся правым глазом и… затих.

Вырвав вилы, я слышал, как зомби по другую сторону бани целенаправленно выламывают дверь. А один принялся колошматить в окно, от чего стёкла дребезжали, но пока не сдавались. Встречаться с ними у меня не было никакого желания, поэтому я подхватил пилу и закрыл внутреннюю дверь. С той стороны её можно закрыть на засов, а с этом на крючок. Но он вбит как следует. И я не помню, чтобы зомби рвали дверь на себя. Так что немного времени у меня есть, чтобы унять судорожно бьющееся сердце.

Думай, Костян!

Итак, у меня вилы, пила и костыль. Гипс не в счёт. Убить им никого не получится. Но и нести это всё не выйдет. От чего же мне избавиться? От пилы? Она довольно лёгкая, можно держать одной рукой, орудуя как паладин с коротким мечом. Пригодится. От вил? Но это оружие только что доказало свою эффективность, от чего я с некоторым сомнением всё ещё разглядывал притихшего зомби, что осел по ту сторону оконной рамы в траву, которую сколько не поливай ядом, всё равно будет расти. Правда, не так эффективно, как раньше.

Похоже, меньше всего мне сейчас нужен именно костыль. И выбив им осколки стекла, что ещё торчали в рамах, я с грохотом вынес и деревянные оконные рамы. Не сказать, что это легко, ещё и очень шумно в ночи, но позади меня и так всё больше шума. А зомби, судя по звуку, уже выбили окно и пробираются в предбанник.

Рванув на адреналине остатки рамы рукой вместе с гвоздями и шурупами, я высунул голову и осмотрелся. Снаружи на соседнем участке зомби нет. А «моим» зомби туда мешает пройти сетка забора. Эх, батя, да ты и сам не понимаешь какую надёжную защиту создал!

На самом же участке зомби мог оказаться и с другой улицы. Забор по периметру там давно на ладан дышит, весь в дырах и лазах. Я знаю, потому что сам там тырил кирпичи с грядки в прошлом году, чтобы батя однажды всё же выложил кострище-углубление на участке, где можно будет сидеть у костра в ночи на лавочке. Иначе их ждала незавидная участь быть забытыми под высокой травой. А как по мне, так любые стройматериалы должны получать шанс на вторую жизнь.

Итак, на участке никого. Вытащил здоровую ногу, затем вилы, осторожно кинул в траву пилу, после чего с помощью рук начал извлекать ногу в гипсе. Будь лангетка до колена, с этим бы не возникло труда, но нога в гипсе не гнётся, замотанная по самое бедро. Пришлось извиваться змеёй, чтобы пролезть в небольшое окно. По итогу рухнул в траву и пополз к соседнему брошенному дому, не поднимая головы. Процент нарваться на змею среди ночи в траве не велик, но он есть. Хорошо, что напялил тактические перчатки. Руки трава не режет, колючки впиваются лишь в правое колено. Спал-то в шортах. Жара днем, о штанах все давно позабыли до осени или дождя на несколько дней. Да и какие штаны с гипсом? Шорты и носки – вот и вся моя одежда. О майке думать забыл, пока выбирался из комнаты. При себе ещё разве что телефон в кармане. На застёжке. Не вывалиться.

Гадая, что делать в соседнем доме, полз по-пластунски, одновременно пригибая траву гипсом и даже немного вспахивая землю. Всё заросло выше пояса за сезон. Никто не косит. Но для маскировки – самое оно! До качка у крыльца добрался без приключений. Зомби шумели в бане, так поглощённые штурмом, что я позволил себе качнуть воды и с удовольствием умылся и напился. От жажды я в ближайшее время точно не сгину. Жаль при себе фляги нет, чтобы набрать прозапас. Ну да кто ж знал?

Поднявшись в полный рост, опираясь на вилы и с опаской поглядывая на забор, я прошмыгнул в приоткрытую дверь. Замок на ней взломан кем-то из соседей и всё ценное давно вытащили. Но в комнате и прихожке стоит кое-какая мебель, в том числе сырой, но целый диван. И подперев дверь табуреткой, ножка которой удачно упёрлась в проём в половой доске как стопор, я задумался. А что дальше? Окна в комнате два. На участок и на забор. Бежать есть куда. Но если зомби придут от калитки, то перекроют оба пути отхода. Погреба под ногами я не вижу, подсвечивая телефоном. Люка нет. Но и сил нет. Я всё же после операции и пока не совсем восстановился. Тело после всего пережитого потрясывает. Кажется, начинается подниматься температура.

Пощупав лоб, я понял, что горю. Да меня знобит! Не стоило столько валяться в гамаке с книжкой и потом дочитывать последние главы на скамейке на солнце. А ещё душ принял, где вода не совсем согрелась. Ведь налил уже поздно под вечер. А баню топить не хотелось, но ополоснуться надо было, вот и помылся, прикрыв пакетом гипс. Как итог – простыл. Но по пробуждении ночью сразу этого не понял, и только сейчас догнало.

Без сил присев на диван, понял, что поплыл. Пришлось прилечь. А как лёг и едва прикрыл глаза, так сразу отрубило.

Глава 3. Дядя Паша

Проснулся словно сразу. Улыбнулся. Какой дурацкий сон! Потянулся. Но… что это за потолок в разводах? Чей это потолок? Где я?!

Подскочил и понял, что всё ещё лежу на вонючем диване, а за окном рассвет. Часы показали шестой час утра. Состояние не ахти, кости ломит, усталость такая, что двигаться не хочется. Но жить можно. И я заставил себя подняться, а затем подойти к окну, осторожно ступая на гипс без помощи вил.

Да, всё та же дача, да соседний участок. Всё в траве. И солнце встаёт из-за деревьев. Рассвет алый, как будто небо кровью полили. Весь день будет жара. И от осознания этого чая со льдом захотелось. Да где ж его взять?

Раздумывая, стоит ли соваться на улицу, чтобы умыться, я таращился в окно. Как вдруг услышал крики на соседней улицу. Ну как крики, скорее это было недоумение.

– Уйди! Уйди, по-хорошему тебя прошу! Ну чего ты ко мне привязался? – увещевал хорошо знакомый голос с заметной отдышкой.

Подхватив вилы, я выскочил с ними на крыльцо, затем по заросшей тропинке воротам. Так как калитки уже не было. Она валялась в траве. А травой заросло всё то место, где мы с батей выкопали тротуарную плитку и кирпичи. По-соседски. На том свете почившей старушке уже ни к чему, а наследники не явятся. На западе давно живут за тысячи километров. Зачем им старая дача с покосившимся домиком посреди зелёного моря? А новый хозяин, когда заберут участок, ещё трижды подумает нужен ли он ему такой заросший. И с большей долей вероятности, всё вокруг зарастёт и лес просто заберёт своё. Со временем.