Степан Мазур – Грани будущего 2: Регенерация (*30 иллюстраций) (страница 45)

«Наличие еды без сомнения привлечёт в точку выдачи всех сталкеров и торговцев, недобитые семьи полудиких охотников и поредевшие ряды выживальщиков из уцелевших анклавов. В дальнейшем проблема состоит лишь в транспортировке провианта на дальние расстояния. Малый Совет логично постановил создавать гидропоники с автономными пунктами жизнеобеспечения на местах и поддерживать между ними постоянную связь. Так удаленные регионы могли бы сотрудничать и взаимодействовать между собой, коллективно решая возникающие проблемы». — раздумывала Поверенная.

Пока тело отдыхало от беготни по поверхности, бесконечных рейдов и докладов, мозг активно работал. Он постоянно возвращал Поверенную к теме «чистильщиков» и «свободных». Этот вопрос стоял весьма остро для человека, что пожил в обоих мирах.

Капраз и Морг прекрасно знали, что люди, которые попробовали мясо других людей, вряд ли смогут вернуться к прежней системе существования чисто морально. Остро стояла проблема и с психикой «фанатиков веры» в Хозяйку. Даже после смерти «тёмной богини» многие из них не были готовы стать прежними свободно мыслящими существами. Как освобожденные рабы, «свободные» слишком долго были в заключении и уже не могли мыслить самостоятельно. Они искали нового порабощения.

«Те, кто готовил себя к жизни контейнеров для личинок мутантов, вряд ли смогут вновь очистить разум от внешнего влияния и начать, наконец, думать своей головой», — бежали вдогонку логичные мысли Поверенной.

Выделять психологов для сломленных психологически людей и время для их адаптации Морг не собиралась. Она прекрасно понимала, что проще подобный контингент зачистить вместе с мутантами, чтобы у следующего поколения нормальных людей не было с ними проблем, чем социализировать их, допуская в разумную среду нового мира.

«Детям и внукам и так забот хватит. В этом мире нет психологов. Нет подходящих лекарств для лечения сломанных психик, да и сил на гуманизм не осталось», — пришла к выводу Поверенная по старой привычке: «Молодой адмирал словно предвидел этот шаг меня, как „главной по безопасности“ и заточил в подземный город, обрезав все нити влияния на дела на поверхности. Мелкий пробиркин сын дал мне должность мечты сейчас, чтобы не претендовала на глобальные вопросы в дальнейшем. Хорош, Зиновий, нечего сказать».

Клавдия сделала упор на логику, логистику и систему «вызова и ответа». Поверхность над городом была видоизменяема. И перестройка зависела от её решений. Зиновий развязал ей руки, доверившись той, что умела решать проблемы, исходя из личного опыта и возможностей. Вот только в анклаве они были до предела урезаны, и средств она часто не выбирала, а Москва-сити открывал перед ней новые просторы. Возможности будоражили не хуже транквилизаторов.

После смены руководства Клавдия получила гораздо большую власть мгновенно, взяв в свои руки контроль над основными системами жизни всего потенциально мыслящего человечества. Но была одна тонкость: распоряжалась многими вещами от распределения провианта до передачи технологий, отныне она была привязана к месту, чтобы контролировать эти процессы. Тем самым ей приходилось отдавать власть на местах в руки тех, кто будет прорываться вперёд, присоединяя к грядущему Содружеству новые земли.

«А там каждый генерал просто обязан совершить кучу ошибок, которые меня уже не будут касаться», — раздумывала глава подземного города.

И всё же у Клавдии было ощущение, что её переиграли. Только пока не могла понять где.

— А что ты делаешь? — вопрос в спину застал Поверенную врасплох.

Клавдия едва не спрыгнула с крыши!

Статная лысая женщина в чёрной саламандре повернулась и обнаружила вихрастого мальчика лет семи-восьми. Загоревшее лицо явно говорило, что он не с подземного города. Правда и в анклаве Морг таких не встречала. Это был тот самый загадочный юный паранорм, который по слухам и справился с Хозяйкой — Андрейка. Один из вершителей ее судьбы на Малом совете.

«Вот они, дети будущего, в котором ей уже не руководить», — промелькнуло в мыслях Моргуновой.

— Андрейка?

— Да, тётя Клава.

— А где наши учёные? Почему ты не с ними?

— Они отпустили меня погулять, — беззаботно ответил мальчик и улыбнулся. — Красивый у вас город. Столько всего интересного. Прогуляемся вместе? Покажи мне округу.

— Конечно, прогуляемся. Пойдём, — Клавдия попыталась моментально взять себя в руки, но голос подрагивал.

«Отпустили погулять» означало, что как минимум весь штат научного корпуса из двадцати человек не нашёл дел, которые бы могли занять парня. И это было весьма странно, так как единственной их задачей, порученной ещё Карловым, было изучение возможностей паранорма. На мгновение даже пожалела, что не одела алый костюм, а ограничилась чёрным. Но тут же отогнала от себя эту мысль, как трусливую. Вся Палатенная Сотня была одета в костюмы высшей степени защиты. И где они теперь?

— Где батя? — спросил в свою очередь кудрявый малец.

Он был приятным на вид мальчиком. Улыбчивым. Словно его не коснулись ужасы на поверхности. И Моргунова помимо симпатии даже ощутила нечто, вроде материнского инстинкта. Значит, что-то внутри нее ещё не отмерло из добрых ощущений и чувств. Возможно, благодаря Седых. Старый все-таки любил её эти годы. Делился крохами тепла. Даже в те моменты, когда все происходящее шептало одно и то же: «пусти себе пулю в лоб».

— Батя? — переспросила Клавдия, припоминая по докладу, что так парень называл в последнее время Зиновия. Хотя тот был ненамного старше мальца. — А-а, ну так с волками сошелся в рукопашную, отдыхает.

— Волки его покусали? — переспросил малец.

— Немного, — призналась Морг. — Правда, один выжил. Хочешь посмотреть на волка?

— Ага, — глаза пацаненка загорелись любопытными огоньками. — А он злой?

— На поверхности сейчас всё злое.

— И люди?

— Люди в первую очередь. Но мы сделаем их немного добрее.

— Ага. И волков, — задорно добавил пацаненок. — Когда всех накормим, все станут добрыми. Не бывает злых людей с полными животами.

— Хорошо бы, если так, — невольно улыбнулась Клавдия.

Очень хотелось найти ответ, как затереть в сознании картинки с окровавленными телами и крики о помощи и…пощаде.

— И обогреем, — важно добавил мальчик, но посмотрел на тетю Клаву так, как будто на миг увидел эти ужасы перед глазами пожилой женщины.

Моргунова вдруг ощутила, как по коже прошлись мурашки. Странное ощущение. Странный мальчик. Её словно просвечивали рентгеном.

Вдвоём спустились с крыши, миновали здание мэрии, прошли площадь и пришли к восстановительному центру. Клавдия вдруг поняла, что никто из встречающихся по пути культистов словно вообще не обращал внимания на Андрейку. Отводили встречные люди взгляд и от нее. Вдвоем прошли, словно сквозь сотни людей, но не зацепили внимания ни одного из них.

— Андрей… они же нас видят?

— Конечно, видят, — удивился глупому вопросу мальчик. — Просто заняты все. Не замечают. Некогда им. Как всем взрослым. Зяки тоже ничего не видели в схроне. Мимо проходили.

— Зяки?

— Да, белые — зяки, чёрные — бяки. Ходили вокруг меня, но не видели ни те, ни другие. Занятые, — повторил паренёк, когда вошли в здание и степенно отмеряли шаги вдоль ожившего приемного отделения Медицинского центра.

Клавдия невольно передернула плечами, представляя, как маленький мальчик долгое время жил среди мутантов или чего там они из себя представляют? В генеральском схроне. Один. В полной или частичной тьме. Перед глазами встала картина, как малец порой замирал, разглядывая вмороженные в лёд тела близких людей в холодильных комнатах. Донесения от Варяга по походу от Евгении были обстоятельными, полными безжалостных подробностей. Детали, что раньше сносили бы психику предыдущему поколению, молодежь перерабатывала на раз-два, мечтая сделать добрыми даже волков. Возможно, понятие добра и зла для них ещё не было размыто?

— А «титанов» ты как прозвал?

— Никак. От них голова болит, — признался мальчик. — Злые они.

— А зяки и бяки не злые? — полюбопытствовала Клавдия.

— Они не злые и не добрые. У них выбора нет.

— Инструменты, выходит. А у титанов выбор есть?

— Теперь есть. Они больше не подчиняются Хозяйке.

«Сборщики с ИИ, обладающие собственной силой волей и псионическими способностями. Над чем ещё экспериментировала Богиня?», — подумала Морг, но вслух больше ничего не сказала. О деле надо думать. О настоящем. А что на поверхности, то больше не её забота.

Незадолго до конца света наука дошла до технологии целостной разморозки, которая позволяла размораживать живые ткани без фатального повреждения мембран клеток в большинстве внутренних органов за исключением мозга, который так и не научились размораживать без последствий. Но мозги подземникам сейчас и не требовались. И без того вотчина Ольхи кипела работой: на первом этаже патологоанатомы опустошали холодильники, буквально разбирая присланные тела на куски. Хирургические установки трудились без отдыха. Союз людей и робо-хирургов был поставлен на поток роди общего будущего.

Холодильники подземного мира отличались функцией мгновенной заморозки. Жизнеспособные органы можно было извлечь из тела даже несколько месяцев спустя после фактической смерти физического носителя, если тело сразу было заморожено. Трансплантология в Москва-Сити стояла на высоте. В любой момент можно было использовать части тел при условии их надлежащего хранения в морозильных камерах.