Стелла Скай – Дрессированная жена даёт отпор (страница 4)

Я молчу. Потому что не могу объяснить. Потому что сама до конца не понимаю, чего боюсь больше - остаться здесь или поехать с ним.

- Лена, - его голос становится мягче, но в нём всё равно чувствуется сталь. - Я не заставляю тебя. Просто предлагаю вариант. Сейчас тебе нужно тепло, сухая одежда и место, где ты будешь в безопасности.

Безопасность. Слово звучит странно. Чуждо. Я давно её не чувствовала.

- Он… он может узнать… - тихо говорю я, почти не двигая губами.

- Кто?

- Муж.

Глеб усмехается коротко, без радости.

- Если он решит тебя искать - сначала найдёт меня. И пожалеет, что полез.

И в этом «пожалеет» звучит что-то такое, что на секунду выбивает почву из-под ног. Уверенность. Настоящая.

Я ещё несколько секунд не могу решиться. Потом вдруг понимаю, что у меня нет другого выбора.

Или есть?

Нет.

Я медленно киваю.

Мы садимся в машину, тепло салона обволакивает сразу, резко контрастируя с холодом улицы. Тело начинает дрожать, когда согревается, и я невольно сжимаюсь сильнее.

- Только… - я поворачиваюсь к нему, нервно сжимая платок. - Пожалуйста, ничего не говори Антону.

- Антону? - он бросает на меня быстрый взгляд.

- Это… - я запинаюсь, и в этот момент понимаю, что, наверное, не стоило. - Это мой муж. Антон Зайцев.

Слова повисают в воздухе. И сразу понимаю: зря. Он же даже не знает его. Зачем я сказала фамилию?

Глеб молчит.

Я вижу, как его пальцы сильнее сжимают руль. На руках проступают вены. Потом он будто ловит себя на этом и заставляет пальцы медленно разжаться.

Его взгляд становится жёстче, сосредоточеннее, и он на секунду отворачивается, будто пытается взять себя в руки. Он делает глубокий вдох. Медленный выдох.

- Понятно, - коротко говорит он.

И больше ничего не спрашивает.

Несколько минут тишины, наполненной только шумом двигателя и стуком дождя по стеклу.

- Не волнуйся, - добавляет он спустя время, уже ровным, но очень серьёзным голосом. - Всё будет в порядке.

Я не отвечаю.

Просто смотрю в окно, где размытые огни города тянутся длинными полосами, и пытаюсь поверить. Хотя не получается.

- Сейчас приедем. Согреешься. Сделаем чай. А потом спокойно подумаем, что дальше. Теперь всё будет в порядке.

Он говорит это так, будто «думать, что дальше» - это что-то реальное. А не пустые слова.

Мы заезжаем на подземный паркинг - просторный, чистый, с ровным светом ламп, отражающимся в полированном бетоне. Машина плавно останавливается, и я чувствую, как накатывает волнение.

Это всё слишком…

Слишком странно.

Мы выходим, и шаги гулко отдаются в тишине паркинга. Лифт открывается почти сразу. В зеркале я вижу себя рядом с ним - мокрую, бледную, с его платком в руках. И это выглядит так неправильно, так чуждо, что хочется отвернуться.

Пока мы поднимаемся, я чувствую, как напряжение снова нарастает, будто впереди меня ждёт что-то, к чему я не готова.

Он легко и уверенно открывает дверь квартиры. Пропускает меня вперёд, и заходит сам.

Почти сразу из глубины квартиры выходит девушка.

Миниатюрная. В коротких шортах и топе, которые больше открывают, чем скрывают. Волосы собраны небрежно, на лице лёгкая сонная расслабленность.

Я застываю на месте. Смотрю на неё, потом на него.

Глеб закатывает глаза.

- Алиса, ну ё-моё… - Глеб снимает куртку. - Накинь что-нибудь, пожалуйста. И поставь чайник.

Этот командный тон знаком мне до боли. Я слишком часто слышала его дома.

Внутри меня что-то резко сжимается.

Так же.

Точно так же.

Я смотрю на Глеба и чувствую, как по спине пробегает холод.

Он… такой же?

Страх возвращается резко, и теперь он намного сильнее, чем был.

Глава 4. Глеб

Дождь начинается как раз в тот момент, когда я выруливаю с очередного перекрёстка, и первые капли лениво растекаются по лобовому стеклу, оставляя прозрачные дорожки, которые тут же стирают дворники, двигаясь ровно, размеренно, почти убаюкивающе. Я не раздражаюсь - наоборот, становится даже легче, как будто вместе с этим дождём день наконец заканчивается и можно выдохнуть.

День был длинный.

С утра - фитнес-центр. Я прошелся по залу, посмотрел тренировки, зашёл в кабинет директора, и в очередной раз поймал себя на мысли, что не зря когда-то рискнул, поставив на одну решительную девчонку, которая пришла ко мне обычным тренером. Чутьё не подвело - она оказалась куда ответственнее многих опытных управленцев. И сейчас она держит всё чётко, без суеты и истерик. Цифры растут, люди довольны, а это, по сути, самое важное.

После фитнес-центра следующим по плану пунктом была стройка. Будущий спортивный комплекс уже готов, огромный, светлый, с залами, бассейном, площадками, и когда я хожу по этим ещё пахнущим бетоном и свежей краской коридорам, у меня внутри поднимается странное чувство - не гордость даже, а… правильность.

Я давно хотел сделать что-то такое. Не для прибыли, а для людей.

Чтобы пацаны и девчонки из обычных дворов могли прийти и тренироваться, не думая о том, есть у них деньги или нет. Чтобы у кого-то появился шанс выбраться.

Я останавливаюсь у окна, глядя, как снаружи рабочие заканчивают приводить в порядок территорию перед входом - укладывают плитку, выравнивают край дорожки, стряхивают пыль с новых лавок. А сам в это время без остановки анализирую, кого ещё пригласить на открытие, всё ли согласовано, не забыли ли про оборудование в зале единоборств, как лучше организовать поток людей в первый день…

Мелочи. Но именно из них всё и складывается. Ведь открытие уже через две недели!

Я возвращаюсь домой уже почти ночью, уставший, но довольный собой. Люблю это ощущение, что день прошёл не зря.

И даже дождь не портит мне настроения.

На перекрёстке загорается красный, я торможу и привычно бросаю взгляд на пешеходный переход - несколько человек переходят дорогу, кто-то ускоряется, прячась от дождя, кто-то идёт спокойно, будто не замечая капель.

И тут я замечаю её. Сначала просто силуэт на остановке, от которого я почему-то не могу оторвать взгляд. А потом понимаю, что это девушка. Она просто сидит и не двигается. Ждёт автобуса? Но ведь уже поздно - автобусы в это время не ходят.

Я вглядываясь сквозь стекло, по которому бегут капли, и внутри появляется какое-то странное ощущение - не сразу понятное, но цепляющее. Что-то не так.

Я медленно трогаюсь, проезжаю переход… и ещё раз смотрю. И в этот момент узнаю.

Синицына!

Я резко перестраиваюсь, останавливаюсь прямо у остановки, глушу двигатель и пару секунд просто сижу, сжимая руль.

Она выглядит… плохо. Вся сжалась, ссутулилась, дрожит. И даже отсюда видно - она плачет.