Стефано Манкузо – Племя деревьев. О чем говорят корни и кроны (страница 19)

– Если вы имеете в виду Ранду, который живет в Пьянди-Меццо, по соседству со мной, то сообщаю вам, что он жив и здоров. Он теперь все время молчит, но в остальном всегда в хорошей форме.

– Ну что ж. Передайте ему привет. Великолепный мастер. В общем, я говорил, что в какой-то момент было решено автоматизировать процесс переноса томов. Корневые аппараты бесчисленных поколений товарищей были использованы для иннервации хранилищ библиотеки, чтобы, находясь в любой точке Эдревии, вы могли получить требуемый том в считанные минуты. Я не могу сказать, с помощью каких технических средств это стало возможным, но в любом случае это колоссальный прогресс, – заметил он. После трех тысяч лет молчания он едва мог отдышаться после такой речи. – Неужели вы никогда не слышали об этом?

– Полагаю, – сказал я, – что добровольно поселившись здесь под землей, вы унесли с собой массу хитростей и премудростей об использовании библиотеки-лабиринта… Главный библиотекарь, нужно, чтобы кто-то научил нас, как Ранда в свое время – вас.

Мы вновь уселись за свои столы. Десятки томов из всех уголков библиотеки все так же аккуратно складывались в стопки, ожидая, когда мы начнем их изучать. Вопреки нашим ожиданиям, это не заняло много времени. Достаточно было пролистать несколько томов, чтобы страницу за страницей восстановить историю о том, что навсегда изменило жизнь нашего сообщества.

Глава  8. Летописи и данные

Все летописи и данные указывали на одно и то же: за последние двести лет (что в контексте нашей долгой истории – не более чем мгновение) климат Эдревии изменился так, как никогда прежде.

За все время существования летописей – не менее пяти миллионов лет – ничего подобного по масштабу не было зафиксировано. Засухи, наводнения, повышение температуры, частота пожаров, сила ветров. Куда бы мы ни глянули, всюду видели одно и то же: за считанные годы все поменялось. И в гораздо худшую сторону. Казалось абсурдным, что никто не заметил этого раньше. Знакомясь с некоторыми отчетами, мы недоумевали: как вышло, что мы никогда об этом не слышали?

Лизетте потребовалось всего несколько минут чтения, чтобы найти первое упоминание об изменениях.

– Пожалуйста, послушайте. Невероятная история.

Уже больше недели от Мерцающих не поступает никаких сообщений через корневую сеть, и есть опасения, что с ними могло случиться что-то серьезное. Меня послали проверить, что происходит. Сегодня, 19 июля 352 года э.г.[2], после трехдневного путешествия, я наконец прибыл на холмы Мерцающих. Дождей не было уже четыре месяца, и шансы набрать воды по дороге были малы. Я боялся, что не дойду, несколько раз мне приходилось просить попутчиков передать мне немного воды из своих запасов. Вся Эдревия страдает от засухи, но здесь, на холмах Мерцающих… великий Иггдрасиль! Ничто не могло подготовить меня к такому зрелищу. Большие участки холмов лишены жизни: ни единого звука по пути, кроме шума ветра, яростно колышущего останки товарищей. Целый склон главного холма, на котором жили сотни Мерцающих, выглядит пересохшим, выжженным от недостатка воды. Бесплодным. Многие мертвы, иссушены, как будто из их тел удалили все капли влаги. Некоторых я смог спасти, передав им немного своей воды, но со многими, которых Иггдрасиль принял с миром, ничего нельзя поделать. Рассказы выживших сходятся в том, что после последнего дождя вода стала иссякать. Ручей уменьшился, а затем, после двух недель нестерпимой жары, исчез.

Некоторое время те, у кого оставались запасы, могли поделиться ими с товарищами через корневую сеть, но и эта последняя попытка спастись не сработала. Многие Мерцающие, перебравшиеся на более высокие склоны холмов в поисках воды и прохлады, выжили. Для всех остальных, кто не смог или не захотел уйти, это была настоящая катастрофа.

– Это повествование принадлежит некоему Тису из Летописцев, – продолжила Лизетта, – и написано оно в 352 году э.г., то есть сто восемьдесят лет назад. В то время уже родились Летописец, Юэн и многие другие товарищи. Почему же они никогда ничего не говорили нам?

– Я уверен, что никто не связал давнюю трагедию с тем, что происходит сегодня, – сказал я. – Трудно соединить события, произошедшие с разницей в столько лет. Кроме того, засуха, жара, лед, наводнения и прочие мыслимые экологические катастрофы всегда обрушивались на Эдревию с большей или меньшей регулярностью. Меняется частота этих явлений, их интенсивность. Мы далеко не первые, кто беспокоится, – я поднял том из стопки, которую изучал, и прочитал: – «Значительное увеличение частоты экстремальных погодных явлений за последние сто пятьдесят лет». Об этом написала Абелия из Крепкоспинов. Это сборник особо важных летописей и свидетельств. Послушайте. Вот эта датируется двумя сотнями лет назад, то есть сороковым годом нашей эры[3]. Абелия нашла его в дневнике летописца по имени Силен.

9 мая

Солнце, кажется, исчезло с нашей земли. Небо темное, насыщенно-серое, почти черное. Идет дождь. Около двух дней не было ничего, кроме дождя. Я не помню, чтобы когда-нибудь видел столько воды за такой короткий срок. Она бурно несется по склонам холма, увлекая за собой все на своем пути. Внизу, в долине, поток вздымается. Он опасен: он угрожает многим товарищам.

10 мая

Этой ночью дождь снова не прекращался. Ниже по течению поток превратился в бушующую реку, сметающую товарищей и все на своем пути к морю. Многих унесло потоками, и я тоже начинаю опасаться за свою судьбу. Корни обнажены: вода с силой подкапывает почву, поддерживающую меня. Сколько еще я смогу продержаться? Возможно, было бы неплохо перебраться дальше по склону. Но сейчас дождь льет со страшной силой. Я не смогу выбраться.

11 мая

Дождь идет не переставая. Солнце, похоже, навсегда покинуло Эдревию. Уровень реки со вчерашнего дня поднялся настолько, что ее стремительные воды теперь бьются о мои корни. Перебираться куда-то поздно. Нужно было сделать это еще несколько дней назад. Я решил рискнуть и проиграл. Я впитал столько воды, что корни больше не могут меня поддерживать. Мои дни подходят к концу. Река унесет меня далеко-далеко. Сегодня ночью я присоединюсь к Иггдрасилю в его небесной обители.

– Так заканчивается рассказ Силена. Абелия добавляет некоторые сведения о том мае двести лет назад: она пишет, что дождь шел непрерывно пять дней, и количество воды оказалось вдвое больше среднегодового по Эдревии. По ее подсчетам, в этой трагедии погибло более шестидесяти летописцев.

Мы были потрясены. Зловещая картина происходившего разворачивалась с драматической точностью. И все же оставался еще важный материал, который мои товарищи должны были прочесть. Это был доклад, написанный неким Нелумбо несколькими годами ранее о нашем историческом враге – огне. За последнее столетие частота, продолжительность и сила пожаров неуклонно возрастали.

– Помните ли вы великий пожар, который несколько лет назад, начавшись в Эдревском заливе, охватил почти всю Безымянную долину? Когда мы путешествовали по ней, вы, наверное, заметили, что нам встречались следы этого пожара, которые до сих пор видны… Что ж, послушайте, что рассказывает нам Нелумбо в своем безэмоциональном научном стиле:

Вряд ли в нашей истории, насчитывающей не одно тысячелетие, было много происшествий, сравнимых по масштабу с Великим пожаром Безымянной долины. Характер возгорания и прочие параметры делают его первым грандиозным пожаром, когда-либо зафиксированным в Эдревии.

Во-первых, из-за силы ветра и чрезвычайной сухости скорость распространения пламени была настолько стремительной, что за два часа фронт огня охватил более пяти километров. Высота пламени, накрывшего долину и унесшего жизни тысяч товарищей, превышала 60 метров, порождая такие метеорологические явления, как черный град, огненные вихри и пирокумулятивные облака, из которых вырывались молнии, что в отсутствие дождя приводило к новым пожарам.

Помимо гибели соратников, пожар стал причиной исчезновения десятков тысяч других жителей Эдревии, значительно сократив численность нашего племени. В целом повышение температуры усилило засуху, жар и силу ветра. В будущем нас ожидают дни повышенного риска: экологические условия будут благоприятствовать возникновению пожаров, число которых увеличится примерно на 35 процентов. В результате по изменениям экологических условий прогнозирую, что в Эдревии пожароопасный сезон начнется раньше, закончится позже и вызовет гораздо более интенсивные пожары.

Никто из нас не подозревал, что нашей любимой общине угрожает такая опасность. Если бы мы не отправились в путешествие, чтобы обнаружить данные и записи, о важности и серьезности которых даже не догадывались, то никогда не узнали бы, что уже некоторое время Эдревия платит столь высокую цену за изменение климата. Нужно было что-то предпринять, и как можно скорее. Но что?

Некоторое время мы молчали, с тяжелым сердцем листая каталог несчастий и смертей, который каждый из нас держал перед собой.

Тем временем Пино, которого, бог знает почему, с самого первого момента увлекла история цветных птиц, продолжал свои исследования, пытаясь понять, как и когда они начали мигрировать.

Он догадывался, что за появлением новых видов скрывается нечто важное для нашей истории. За последние несколько часов он сделал множество заметок, вставляя закладки между наиболее важными страницами разных томов. Выражение его лица, как у ищейки, идущей по важному следу, становилось все более серьезным и внимательным.