Стефани Бюленс – Неудобная женщина (страница 50)
По дороге я молчала.
Мы сели, и Клэр сложила руки на груди.
— А что теперь будет? — спросила она.
— В каком смысле?
— Ее мужа арестуют?
— Возможно, он уже арестован.
— И что дальше? Он пару ночей проведет за решеткой?
— Есть несколько вариантов.
— От чего это зависит?
— По большей части, от того, насколько твоя ученица готова выдвинуть против него обвинения.
Клэр покачала головой.
— Если она к нему вернется, все повторится.
Она с возмущением посмотрела на меня.
— На это они и надеются! Что ты скажешь себе: это случилось всего один раз. Никогда такого не повторится. Им нужно, чтобы мы верили в эту ложь. Они знают, что мы не сможем им помешать.
— Любого можно остановить, — заметила я будничным тоном. — Но иногда это влечет за собой серьезные последствия.
И продолжила, как будто просто вспоминала случаи из практики:
— Как-то одна женщина убила мужа. Он избивал ее годами. И вот однажды она схватила нож и перерезала ему горло, пока он валялся пьяный на диване в гостиной. Она думала, что этим дело и кончится. Но нет. Это было убийство — она провела пятнадцать лет за решеткой. То же самое может случиться с Марго.
— Марго уже в тюрьме, — мрачно возразила Клэр. — Она ни на один день не может забыть, что ее муж жив и волен делать все, что ему вздумается.
Помедлив пару мгновений, я расставила ей заранее подготовленную ловушку.
— Есть способ помешать мужчине получить желаемое, — сказала я. — Но это работа не для женщины. То есть не для жены.
Клэр вопросительно посмотрела на меня.
Тоном, который намекал на то, что мне известно, как выйти сухой из воды, я добавила:
— Это должен быть кто-то другой. Незнакомец. Профессионал.
Во взгляде Клэр вспыхнула искра.
— Профессионал?
— Да.
Я ждала, что Клэр проглотит наживку или задаст другой вопрос. Но она устало выдохнула и поднялась со стула.
— Спасибо, что приехала, Слоан.
Мне не хотелось уезжать. Что, если она больше мне не позвонит?
— Можем куда-нибудь сходить, — предложила я. — Не хочешь выпить?
Она покачала головой.
— Мой отец здесь. У него был сердечный приступ, поэтому я и приехала. О Марго я узнала случайно.
— Ясно, — сказала я негромко. — Ну что же, раз твой отец в больнице, мы можем увидеться здесь завтра вечером. Просто поболтаем.
Она не решалась принять мое предложение.
— Друзья всегда так делают, Клэр, — добавила я.
Она слабо улыбнулась.
— Хорошо. Тогда до завтра.
По дороге к машине до меня дошло, что за весь наш разговор о Марго, ее муже и женщинах, которые терпят побои, Клэр ни разу не упомянула Саймона. Но это не страшно. Неспособность Клэр помочь Марго наверняка пробудила в ней воспоминания о том, как она не смогла спасти Мелоди, и мысль, что она может не успеть вытащить Эмму из острых когтей Саймона Миллера. Если она продолжит терзать себя обвинениями, то точно решит, что пришло время действовать.
Клэр
На следующее утро я позвонила в больницу. Состояние отца стабилизировалось. Он спал. Мне обещали позвонить, если что-то изменится. Я решила пока не отменять занятия.
Следующие несколько часов я вела уроки. Я повторяла слова, спрягала глаголы и следовала структуре, подготовленной для многих клиентов за годы работы.
Занятия шли своим чередом, но все было по-другому.
Изломанное тело Марго.
Мое бездействие в отношении Саймона.
Меня по-настоящему пугала мысль о том, как далеко я могу зайти, лишь бы остановить его.
Мне срочно захотелось видеть Эмму, так что днем я припарковала машину напротив школы и подождала, пока кончатся занятия. Из широких дверей выпорхнула стайка девочек. Они вышли из ворот и разбежались в разные стороны, к машинам родителей.
Эмма шла в небольшой группе девочек. Все они носили одинаковую аккуратную форму: серая юбка и белое поло. Эмма — блондинка, и на ярком калифорнийском солнце ее волосы отливают золотом. Запрокинув голову, она хохотала. Весь мир лежал перед ней, как когда-то перед Мелоди.
Я любовалась Эммой, и тут показался Саймон. Он стоял у машины и махал ей. Как обычно, на его лице играла теплая, приветливая улыбка. Заметив его, Эмма торопливо попрощалась с подружками и поспешила к нему, радостная, доверчивая.
Со стороны казалось, будто беззаботная девчушка спешит к обожаемому отцу.
А я видела новую жертву Саймона.
Когда в конце рабочего дня я подъехала к дому, мистер Коэн сидел в одиночестве у себя во дворе.
Он помахал мне.
Разговаривать мне не хотелось, но у него никого нет, поэтому я подошла к нему.
— Как ваш отец? — спросил он с долей тревоги.
— По-прежнему в больнице.
— Его скоро выпишут?
— Не знаю.
На коленях у мистера Коэна лежала книга. Биография Жанны д’Арк.
— Отважная была женщина, — заметил мистер Коэн.
Мое безразличие к смелости Жанны д’Арк удивило и обеспокоило меня. Я не могла больше сосредоточиться ни на чем, кроме одного — как я поступлю. Мир сузился до узкого пространства, отделявшего меня от Саймона. Никаких посторонних мыслей. Он словно комната, где жарко топят, а я не могу выйти. Я чувствовала себя загнанной в угол даже на свежем воздухе.
— Передайте отцу мои наилучшие пожелания, — сказал мистер Коэн.
— Конечно.
Я зашла в кабинет. Готовиться к занятиям мне не хотелось. Сев за стол, я уставилась в пространство.