Стефани Бюленс – Неудобная женщина (страница 49)

Надежда на моей стороне, как будто мы с ней сообщники.

Посреди последнего занятия зазвонил телефон.

Обычно в таких случаях я не беру трубку, но на экране высветилось имя доктора Алиабади.

— Прошу прощения. — Я извинилась и тут же ответила на звонок.

— Состояние вашего отца ухудшилось, — сказала доктор. — Вам лучше подъехать в больницу.

Она не вдавалась в детали, но по ее тону было ясно, что мне нужно торопиться.

— Да, конечно. Уже выезжаю.

Я отменила занятие и поспешила в больницу. По дороге в палату я заметила доктора Алиабади возле сестринского пункта.

— Как он?

Она покачала головой.

— Мы ничем больше не сможем помочь. Его сердце слишком изношено.

Когда я вошла, он был в сознании.

Увидев меня, он прикрыл глаза. Я села на стул возле кровати.

Так прошло несколько часов. Затем я поднялась, вышла в коридор и повернула направо, в сторону приемной. Двери в некоторые палаты были открыты. Там находились пациенты и их семьи.

И тут я увидела Марго.

Она лежала на спине. Голова забинтована, на носу повязка. Глаза черные, а губы превратились в месиво, в котором не осталось ничего человеческого. От респиратора на лице тянулись трубки.

Ужасающее зрелище.

Подошла медсестра. Я представилась и объяснила, что я преподаю французский, а Марго — одна из моих учениц.

— Она поправится?

— Я ничего не знаю, — ответила медсестра.

Я снова заглянула в палату и подумала: удалось бы избежать этого, если бы я поговорила с Марго? Но я ничего не сделала, а теперь уже слишком поздно.

Слишком поздно.

Неужели это красная нить моей жизни, ее нескончаемый рефрен — все мои поступки неверны? Но это опасные мысли. Если я приму их, я рухну, сдамся.

Je me bats, сказала я себе. Я сражаюсь. Но мне нужен союзник.

Я позвонила Аве, но наткнулась на автоответчик.

Оставлять голосовое сообщение я не стала — Ава запаникует, услышав мой тон.

Лучше промолчать.

Следующим вариантом был Рэй. Стоит ему позвонить, и я окажусь типичной девой в беде, которая нуждается в сильном защитнике.

Но мне не нужен рыцарь в сияющих доспехах. Мне нужен друг.

И я подумала о Слоан.

О нашем последнем разговоре.

О ее последних словах. Вместе, сказала она.

Я набрала ее номер. Она ответила, и я сказала:

— Надеюсь, ты не против моего звонка.

— Конечно нет, — заверила меня Слоан. — Что случилось? У тебя голос какой-то нервный.

— Я кое-кого подвела.

— Кого же?

— Одну из своих учениц. Я ее подвела.

— Что случилось, Клэр?

— Я опоздала.

— В каком смысле?

— Я знала, что муж ее бьет, и должна была…

— Где ты, Клэр?

— В больнице в Марина-дель-Рэй.

— Встретимся в больничной столовой. Я выезжаю.

Я выезжаю. Голос Слоан полон силы, она сразу же начала действовать. Бывают друзья, которые всегда откликаются первыми. В срочной ситуации они бросают все и приезжают к тебе.

Слоан

Я никогда еще не слышала такой тревоги в голосе Клэр. Ее мучают угрызения совести. Она бездействовала, и в результате кто-то пострадал. Подробностей я не знала, да они и не были нужны.

Не важно, что сделала или не сделала Клэр. Главное, что она из-за этого переживала. И было самое время привести в действие мой план по ее изобличению.

Нужно было воспользоваться моментом, так что я быстро села в машину и отправилась в больницу.

Клэр ждала меня в столовой. В руках она вертела чашку кофе. Нервы на пределе, глаза лихорадочно блестят.

— Я должна была что-то сделать, Слоан, — сказала она.

— Расскажи мне, что случилось.

— Здесь Марго, моя ученица, — сказала Клэр. — Ее избил муж. Я знала, что это случится, и ничего не сделала. А теперь…

Ей явно было стыдно за свое бездействие. Она была одновременно зла на себя и разочарована.

Будь я другом Клэр, я бы взяла ее за руку и сказала, что она ни в чем не виновата. Но я ей не друг. Мне нужно, чтобы она винила себя в избиении, укоряла себя за бесхребетность, нерешительность, несвоевременность.

Поэтому я хранила молчание, пока Клэр раскрывала подробности. Она рассказала, как увидела синяки на лице Марго и сразу поняла, откуда они взялись: это ее муж. Она подумала, что нельзя оставлять это без внимания, возможно, стоит дать Марго номер горячей линии. Но она не сделала ничего. И вот Марго находится на волоске от смерти.

Я просто слушала: нужно было, чтобы Клэр поварилась в собственном соку. Поддержать ее — значит снизить уровень внутреннего напряжения.

Под конец Клэр добавила:

— Я хочу видеть Марго.

Мы поднялись на лифте на пятый этаж и прошли по коридору к палате, где лежала женщина без сознания. Выглядела она так, словно стала жертвой автокатастрофы — или безжалостных побоев.

— В этом моя вина, — сказала Клэр.

Ее самобичевание достигло максимума.

— Пойдем вниз, — ответила я. Мы развернулись и направились к лифту.

Вернувшись в столовую, я намеренно подвела ее к столику в дальнем углу.