Стефан Факеер – Друзья (страница 11)
- Я с детства хотел быть военным, у меня отец военный; в армии все просто и понятно, служи и все у тебя будет: квартира, жена, дети, пенсия. В Казахстане на учениях какое-то оружие испытывали, вроде нормально себя чувствовал; очередную медкомиссию не прошел, - на пенсию списали. Думаю работу искать.
- Правильно, - отвечал я, - что дома сидеть. Куда собираешься?
- Не знаю пока, может водителем или преподавателем в школу… а ты в армии служил?
- Да.
- Кем?
- Переводчиком в Германии.
- Ты языки знаешь?
- Да, в разговорных пределах могу поговорить на немецком.
- После университета?
- Нет.
- Какое у тебя звание?
- Рядовой.
- Не понял… а как тогда?
- Пьяный майор в военкомате написал в моей анкете, в графе: знание языков - немецкий язык. Меня призвали переводчиком в Германию в город Риза. Служил два года при танковом батальоне.
- Да, это у нас может быть... повезло.
- Да, повезло.
Посиделки затянулись, мне было хорошо на душе - я довольно долго не общался с нормальными простыми людьми на житейские темы, - это оказалось приятно. Мы не говорили о дефицитных товарах, где, куда и почем их продавать. Тема абортов и других женских тем тоже не затрагивалась. Беседа строилась о насущном и недалеком будущем - о следующих выходным.
Вечерело, солнце село, вино закончилось, а без него беседа - не беседа. Я порядком захмелел и предложил искупаться, но меня никто не поддержал. Дружно решили пополнить винные запасы и идти купаться в нижний парк. Тина любила Советское Шампанское - другого не было, мне нравилось Киндзмараули, а семья военных пила всё.
Половина питейных запасов оставили дома - Кирилл отнес, с другой половиной двинулись к морю... к фонтанам Петродворца. Пролезли через дыру в ограде и пошли сначала к Самсону - огромный золотой мужик, стоял на скале и разрывал пасть шведскому льву - символ победы в Полтавской битве.
Фонтаны не работали - это было весьма необычно. На территории парка только мы, Самсон и другие скульптуры. Погода великолепная - тепло и сухо. Мы взяли стулья у Воронихинской колоннады и разместились ближе к Самсону, - разумеется первый тост был за него. Наталья родилась в Петродворце и она - пьяная и счастливая - делилась этим счастьем с нами:
- Вот здесь, - она показывала на воду вокруг Самсона, - это была гавань. В море останавливались корабли и гости пересаживались на шлюпки и шли на них по этому каналу сюда, здесь высаживались - их встречали и провожали во дворец.
- Какая глубина канала? - мне хотелось купаться.
- Длина 600 метров, - сказала она.
- 2 метра глубина, я купался здесь, - сказал Кирилл, - но тут грязно. Если хочешь купаться, пойдем лучше к Марлинскому пруду, там глубина та же, но дно чище.
Молодые и влюбленные: мы наливали, чокались, пили и целовались рядом с золотым Самсоном и Большим дворцом, где когда-то отдыхали знатные особы и высокопоставленные гости из разных стран. Большой молодец Петр Великий, который придумал и построил это великолепие, - сегодня ночью это все в нашем распоряжении.
Купались мы вместе с Кириллом, девушки сидели на берегу большого квадратного пруда под названием Марлинский, рядом стоял миниатюрный изысканный дворец с небольшим изящным балкончиком, с которого, в бытность, колокольчиком подзывали рыбу для кормежки.
Дворец был похож на милую шкатулку, а пруд, в котором он отражался, - зеркалом. Марли - красивое название, как и само место. Я лежал на спине, глядя в бездну звёзд, вода ласково обнимала меня, на берегу ждала любимая женщина, рядом друзья, вино и милый дворец - как в сказке - только на яву.
Ближе к утру мы брели по парку - вино кончилось, спать не хотелось; вышли из парка так же, как вошли. Девушки шли вместе и о чем-то беседовали, я рассказывал Кириллу об армии которую знал, он не перебивал, только улыбался и покачивал головой:
- Жили мы в казарме, - в здании, которое называлось “крейсер” - это типа замка, только без рва и башен. Кабинет мой был на последнем этаже под покатой крышей, в котором был камин, шкаф и огромный дубовый стол - я на нем спал, - расстилал матрас и спал. Первое задание, как переводчик, я получил практически в первые дни службы. Нас отвезли в немецкий поселок - 12 рядовых, сержант и я. По обстановке стало ясно - нам предстоит строить гаражи, вернее делать самую грязную работу: копать траншеи под фундамент, колотить опалубку, вязать арматуру и заливать это дело бетоном. В процессе общение с Гансом, так звали первого немца, с которым я общался - мордастый, огромный, как в фильмах про войну - выяснилось, что они используют много русских слов: арматура, бетон, гараж. Русский язык я знаю хорошо, поэтому немецкий мне давался легко. Далее были другие стройки и заводы, где работали наши бойцы и, где без переводчика не обойтись. Часто офицеров в увольнительные сопровождал, даже в спортивных соревнованиях участвовал - не как спортсмен, а в качестве переводчика.
На квартире мы снова выпили и нашим девицам пришла пьяная идея: трах на время. Желание любимой надо исполнять, тем более для меня это не составляло особого труда - я действительно мог долго заниматься любовью - хоть всю ночь, когда мне нравилась женщина, а это как раз был тот случай. Это не было спортом, в грязном понимании этого слова - эта была любовь.
—
У Кокоши дома я больше не появлялся, мы виделись только на работе и общались исключительно по делу. Поездки с Сергеем я также прекратил, но мы с ним часто встречались у его скамейки. Я был совершенно доволен жизнью и состоянием дел, только Тина все чаще начинала разговор о моем увольнении из Гостиного двора.
Я поделился этой проблемой с Сергеем, он думал несколько дней, потом повел меня в профком и предложил организовать совместную поездку на комфортабельном теплоходе на остров Валаам. Профком давал путевки на Валаам всем желающим - за недорого. Серега объяснял свое предложение весьма убедительно:
- Поверь мне, я знаю твою проблему: у твоей Тины нет нормальных подруг в Гостинке, потому что она... сука - очень красивая, а женщины этого не любят. Ну, не любят они, когда кто-то сильно красивее их. Можно, сука, быть чуть красивее, так чтобы - спорно. А чтобы красавицей... нет, - нельзя.
- И…
- Что и… и поедем на теплоходе 3 дня и две ночи... познакомится с моими девками, будет пьяной, немытой и не крашеной - как все... подружатся.
- Серега, ты гений!
- Да, есть такое.
Я купил каюту на двоих, Серега взял три каюты - вот настоящий друг. Тина была в полном восторге - три дня с любимым на теплоходе - это мечта. Про Сергея я ей ничего не сказал - сообразил, хотя смышленым не был с рождения. Особой подготовки к такому мероприятию не требовалось, - только взять отгул на работе и прикупить вина… побольше.
Отплызд рано утром: заранее было куплено много шампанского и немного крепленого вина - все упаковано в отдельную сумку. Вторая сумка была с вещами и пакет с продуктами - в основном фрукты. Это было наше первое совместное путешествие, поэтому его начало было восторженным: распили одну бутылку шампанского - на посошок, поцеловались и… в путь.
Серега со своим балаганом был уже на месте, судя по их виду - спать они не ложились. По договоренности, мы должны были встретиться случайно на палубе, когда Тина будет навеселе. Барышень было пять: Ирина Петровна, Елизавета Павловна, Любовь Андреевна, Жанна и баба Шура; на такого рода мероприятиях Сергей их называл: Иветта, Лизетта, Люзетта, Жанетта и ШуррА, а сам он был Серж.
Мы вошли по трапу на палубу, получили ключ от каюты, прошли по узкому коридору. Каюта очень маленькая, - из мебели только занавески. Я поставил сумки в встроенный шкафчик, скамейки и стол опустил вниз, снял мягкие спинки со стен и уложил их на пол, сверху накрыл все покрывалом - получился большой мягкий топчан. Стол-поднос был сделан из полки в шкафу. Тина была в восторге, который перетек в лобзания и близость, с последующим распитием шампанского.
На палубе было много людей, в основном семейные пары, некоторые были с детьми. Сергея с барышнями не было - видимо притомились и спят. Мы не торопясь обошли весь теплоход: на корме танцплощадка с баром, в носу ресторан и бар. Нас обещали кормить три раза, алкогольный напитки за свой счет. Туалет и умывальник в коридоре.
Мы стояли обнявшись у борта и любовались проплывающими видами: деревни, поля, луга с коровами и козами, вдали лес. Овечки облаков пасутся на синем небе. В моем сердце, как в таинственной лазурной глубине, плещутся волны непостижимого влечения. Тина – имя, которое льется медовым потоком по каждой клеточке моей души. Ее имя – как заклинание, призывающее меня в этот мир чувств.
Но в глубине моей души чувствуются и шепоты сомнений. Что, если все это временно - почему она выбрала меня, - может это ошибка или розыгрыш. Я простой грузчик, без каких либо уникальных способностей. Что эта красавица разглядела во мне такого, чего я сам о себе не знаю. Я не артист и, даже не похож на артиста. Что, если мое сердце останется в неведении этих тайн…
- Расскажи что-нибудь, - попросила она.
- Ты знаешь, если мы поплывем из Ладожского озера в Свирь, а потом в Онежское озеро - это примерно 220 км - то увидим, что Онега в два раза меньше Ладоги, но в ней гораздо больше островов, - их там на 1000 островов больше.