Стеф Хувер – Клетка (страница 29)
Но я придумала, как его обмануть. Мне поможет Шон. Он невероятно походит на свою мать, тетю Джейн. А та – на мою мать. Немудрено, они же родные сестры. Не близнецы, как мы с Ло. Между ними два года разницы. Но семейное сходство прослеживается.
Я заставлю Шона примерить платья матери. И сделаю снимки. У него отросли волосы, а бороды практически нет… Если фотографировать с определенного ракурса, я оживлю свою мать!
Да и вообще, возможно, все дурные наклонности Шона только из-за того, что он родился мужчиной. Мне не встретилась ни одна женщина, которая бы поклонялась насилию, как Богу! Даже взять моего отца: он задушил жену, вместо того чтобы протянуть ей руку помощи!
Нарядив Шона в платья, я принесу пользу дважды.
Идея меня воодушевила. Я схватила в охапку столько материнской одежды, сколько смогла унести, и выскочила в сад. Рисковать, проталкивая платья в кошачий лаз, я не собиралась, а вот скинуть все сверху – безопасно.
Мой гость свернулся калачиком на куче тряпья и никак не отреагировал на мой окрик. Пришлось взять камень и кинуть в него. Опять – нет реакции.
Тошнота подкатила к горлу: я не навещала Шона, пожалуй, несколько дней, с тех самых пор, когда решила поморить его голодом; а вдруг он…
Я опоздала?
Противная слабость в коленях буквально заставила меня повалиться на решетку.
– Ты! Вставай, гаденыш! – прохрипела я на пределе сил. Шон не подавал признаков жизни. Я пыталась разглядеть, дышит ли он, но все рябило у меня перед глазами, голова кружилась и раскалывалась от боли.
– Снова решил обмануть меня? Даже не надейся, что я куплюсь на твое дешевое лицедейство!
– Мне все равно.
Показалось? Или он мне ответил? Голос нисколько не походил на голос Шона. И прозвучал так тихо, едва различимо, что его можно было спутать с шелестом ветра в опадающей листве.
– Тебе принести что-то?
– Яду.
Если он способен шутить, значит, цинизма в нем предостаточно.
– Ночи уже холодные. Я решила, что тебе надо обновить гардероб.
– Плевать!
Нет. Теперь я была уверена: это не галлюцинации и он мне отвечает. Отвернувшись к стене. Не двигаясь. Игнорируя мое присутствие.
– Лучше бы так игнорировал меня, когда я была маленькой девочкой и не могла дать тебе отпор!
– Вы сумасшедшая.
– Нет!
Я принялась скидывать Шону материнские наряды. Одно платье за другим. Они планировали на пол и ложились мягкой разноцветной грудой.
Шон даже не повернул головы.
– Я накормлю тебя до отвала, если ты переоденешься. – Я решила поменять тактику.
– Делайте что хотите. Мне плевать.
Черт! Как раскалывается голова. И вдруг я почуяла неприятный запах. Страшная мысль заставила меня отшатнуться от решетки.
Я ведь слышала голос матери. Он звучал в моей голове, когда я заходила в комнату Патрика. Сейчас я тоже слышу голос. Но это не голос Шона… Кто-то сидит там, где я не вижу? И пытается меня одурачить?
Вскочив на ноги, я бросилась через весь дом к лестнице в подвал. Мне надо было убедиться, что мои чувства в норме. Что я в норме. Но на кухне темнота накрыла меня с головой…
Глава 37
Шейла
Она не поняла, где именно прокололась. Селестин Уэст и этот Клеменс явно разглядели ее под маской, и теперь каждый так или иначе старался докопаться до сути. Шейла и без того чувствовала себя некомфортно в чужой шкуре, а тут еще такое… Угораздило же.
Никого, кроме них, не волнует молодой преподаватель химии – ведет модули, сам скромен и необщителен, на близкие контакты не напрашивается – и отлично. А эти – норовят залезть в душу, все разнюхать и разузнать.
Шейла не была готова открыться.
Выходка Уэста – вообще на грани: завалиться в преподавательский корпус, найти Шейлу и чуть ли не открыто выложить, кто она такая. Сколько любопытных глаз уставились на девушку после этого. Невыносимо! Только миссис Лусия – преподаватель истории, – как ни странно, мягко хохотнула, вся заколыхавшись под своим бесформенным платьем: видимо, приняла все за пустую мальчишескую выходку.
Клеменс тоже там был. Отирался рядом. Едва ли не прикасался к руке. Склонялся к уху и шептал всякие незапоминаемые банальности, вуалируя их подо что-то глубокомысленное или смешное.
Шейлу буквально передергивало от его знаков внимания. Кого он в ней видел? Что вообще он про нее вообразил? Какие грязные мыслишки зароились в его голове? Почему налет равнодушия слетел с него, словно шелуха с пересушенной луковицы?
Девушка спряталась от назойливого внимания в библиотеке. Опять зашла в личный кабинет брата, еще раз просмотрела фото, стараясь разглядеть хоть какую-нибудь зацепку, но у нее не получалось. На фотографиях была запечатлена обычная жизнь в элитной школе парня, который не чувствует себя своим в достаточной мере. Наверное, поэтому все снимки не изнутри, а как бы со стороны.
Теперь, уже немного зная преподавателей, Шейла рассматривала их через объектив Брэда. Миссис Пафф, словно паровая машина, несется наводить порядок в массах – узнаваемо… Скромняга мисс Файф и мистер Бэтч, наводящие шороху в изобразительном классе… Клеменс – расслабленная поза, айфон в руках…
А вот мисс Норрис. Брэд сфотографировал ее так, что было видно и отражение. Шикарное фото! Красивое лицо. Два лица…
А на следующей фотографии… Шейла моргнула… мисс Норрис, но словно вышедшая из зеркала. Это особенно было заметно, если перелистывать снимки друг за другом. Лица
Шейла так заинтересовалась, что даже почти забыла про Клеменса и Уэста. Вообще обо всем забыла. Закрыла профиль Брэда и перешла к архивам школы. Кажется, где-то ей уже попадались сведения о семье мисс Норрис… В конце концов, ее отец долгое время управлял этой школой. Фактически семейная династия.
И нашла ведь. Тот самый снимок, на который ранее почти не обратила внимания. Любительское фото, на котором запечатлена большая семья. Видно, что все, за редким исключением, – родственники. Фотограф скрупулезно следил, чтобы была соблюдена какая-то понятная лишь ему одному симметрия, поэтому поставил двух девочек-близняшек по разные стороны. Сестренки на первый взгляд казались абсолютно одинаковыми. Но не идентичными, а зеркальными. Шейла немного интересовалась психологией и знала, что в подобном случае одна, скорее всего, будет левшой, другая – правшой.
В обеих угадывалась… мисс Норрис?
Какой рукой писала директриса? Правой или левой? Девушка напрягла память: кажется, мисс Норрис чаще держала что-то в правой руке. Кроме одного раза, когда Шейла столкнулась с ней и поразилась ее помпезному наряду. Тогда директриса крепко сжимала свою сумочку в левой руке. Хотя это ведь не показатель. Шейла сама носила сумочку то так, то эдак…
– Увлеклись прошлым?
Неожиданно прозвучавший за спиной голос едва не заставил Шейлу подпрыгнуть на месте. Клеменс! Он следит за ней?
Мужчина с интересом разглядывал фото Норрисов.
– Прошлое иногда скрывает нечто довольно занимательное, не так ли?
– По-моему, все банально, – пожала плечами Шейла. – Папа подсуетился, нагрел место для дочки.
Она это только что придумала. Сделала вид, что больше увлечена не горизонтальными связями, а вертикальными.
Клеменс купился, закинул в рот пластинку жвачки и выдал:
– Ошибаетесь.
– Что? – переспросила Шейла.
– Их отец, – мужчина постучал ногтем по экрану в нужной точке, – умер лет за десять до того, как его место заняла нынешняя директриса.
– И от чего он умер? – Девушка немного отстранилась, потому что Клеменс придвинулся и окутал ее мятным ароматом, словно собирался брать врага в окружение.
– Инсульт, – передернул плечами собеседник, не замечая или делая вид, что не замечает ее маневра. – Говорят, девицы остались на попечении бабушки, но та особо ими не интересовалась, ей гораздо важнее было устроить свою жизнь. Но тем не менее Опал Норрис закончила университет. А ее сестра занимается чем-то творческим.
– Какие подробности, – усмехнулась Шейла.
– Могу и еще добавить. Близнецы часто играют друг в друга, путают, меняются одеждой и привычками. Вне зависимости от возраста. Ваш брат же считал, что дело в шизофрении. Наблюдал, рисовал…
– Что? – Она встрепенулась, прерывая этот ненужный поток слов. – С чего вы решили, что у меня есть брат?
Клеменсу, видимо, нестерпимо хотелось курить. Он достал пачку сигарет, принялся вертеть ее в руках, попутно рассказывая, что Брэд любил делиться воспоминаниями о своей сестре. Не со всеми. С ним, с Клеменсом.
Якобы даже показывал портрет Шейлы, очень похожий на оригинал, но с длинными волосами, более округлыми щеками.
– Бред! – вспыхнула девушка. – Должно быть, это у вас неладно с головой, сочиняете какие-то сказки! Романы писать не пробовали?
– Но вы ведь видели этот портрет? – Клеменс ткнул пальцем в скетчбук Брэда, лежащий перед компьютером.
– Он лежал в комнате отдыха, – прищурила глаза Шейла. – Мне показалось, я могу его взять.
Клеменс подступил на шаг, и девушка обратила внимание, что они почти одного роста. Мужчина провел пальцем по ее скуле, подбородку…