Стася Вертинская – Сбежать от героя-дракона (страница 6)
Нет, нет, только не думай о том, чтобы задержаться тут после свадьбы! Я думаю, как бы ответить ему по-обиднее,чтобы он улетел в свои земли как можно скорее – лучше прямо сейчас. Но не успеваю даже открыть рот, как Яровей тянет ко мне руки.
Я снова в его объятиях, и мне снова охота заехать ему между ног. Решаю ни в чем себе не отказывать и со всей силы пинаю его под колено.
Яровей дёргается от неожиданности и разжимает объятия. Я отскакиваю и оглядываюсь: увы, на мой триумф Лана посмотреть не пришла. Ну и где она, когда так нужна?
Но я снова смотрю на дракона – с ним надо быть настороже.
– Вот значит как, – тихо произносит он.
В его глазах зажигается огонь. Не обиды, а азартного интереса. Чёрт, за что? Что мне надо сделать, чтобы он понял: от меня ничего хорошего можно не ждать?
– Злишься, что духи выбрали не тебя? – он делает свои выводы.
– Ты тупой самовлюблённый придурок, – не выдерживаю я. Потому что уже не знаю, что сказать.
Он делает шаг ко мне, я отступаю и не отвожу от него взгляд. Откуда мне знать, что он задумал. Вон как ухмыляется.
– Поверь, я сделаю всё, чтобы мы снова были вместе, – сурово обещает он. От его угрозы по спине пробегает холодок. – И свадьба с твоей сестрой мне не помешает.
– Да отстань ты уже от меня! – выкрикиваю я, разворачиваюсь и убегаю в дом.
Яровей меня как будто не слышит. Хотя почему “как”? Я же сама создала его таким, что у него есть только одна правда – та, которую он себе придумал.
Надо что-то с этим делать. Жаль, под рукой нет интернета, чтобы спросить “как отвадить назойливого мужчину”. Или телефона – позвонить в полицию и заявить, что меня преследует дракон. Интересно, как люди в этом мире справляются с такими проблемами?
Вечером понимаю, что Яровей – самая малая из моих проблем. Потому что перед ужином в кухню, где я помогаю Агафье накрыть на стол, вдруг забегает тётя и со стуком ставит на стол баночку – ту самую, что я выкинула в мусорную яму.
– Милена задумала отравить Лану! – заявляет она, как будто читала мою книгу. – Пастушок видел, как она выкидывала это.
Тут, конечно, уже собрались все домочадцы. Взгляды сразу обращаются ко мне. Лана испуганно прижимает руки к груди. Я мечтаю провалиться сквозь пол – почему этот грёбанный сюжет никак меня не отпускает?
– Если бы я хотела отравить её, стала бы выкидывать яд? – говорю всем очевидное. Может это вообще не моё – просто нашла на дороге.
– Все знают, как ты относишься к Лане, – не унимается тётя. – А как духи её выбрали, изводить взялась.
– Да я и пальцем её не тронула! – не выдерживаю я.
– А то как же. Думаешь не видит никто? – продолжает отчитывать тётя. – И Яровей теперь не твой жених, а ты всё к нему липнешь.
– Нельзя так, Милена, – добавляет отец.
Я закрываю глаза и выдыхаю. Досчитать до десяти и успокоиться.
Один…
Это все просто выдумки автора. Мои, но это не важно.
Два…
Если не выдумки, тогда случайности. Милена и Лана дружны не были. Как ещё окружающим воспринимать меня?
Три…
Судя по всему, так просто сюжет меня не отпустит. Я может и жертва обстоятельств, но окружающие будто сами создают эти ситуации.
Четыре…
Что там дальше по сюжету? Конфликты, свадьба, дракон остаётся здесь вместе с Ланой. Только не это!
Пять…
Что делать? Сбежать?
Шесть…
Сбежать не получится. Сиротам и бесприданницам тут одна дорога – на черную работу за кусок хлеба. Так себе перспективы.
Семь…
Лана шумно вздыхает и отвлекает меня от мысли.
Восемь…
У печи хмыкает Агафья… Козы… Вот оно!
Девять…
Сюжет меняться не хочет. Но что, если просто чуть-чуть поторопить? Ведь в конце Милену изгнали в дальние родовые земли…
Десять…
– Отец, – я открываю глаза и кланяюсь главе семейства. – Я всё осознала и сгораю от стыда. Но не могу вынести позора. Жених меня бросил, сестра презирает. Позволь мне отправиться в изгнание в дальние родовые земли. Я буду выращивать коз, – добавляю я, чтобы показать: у меня есть план.
– Что?.. – начинает мать, но тётя сразу её осаживает. Вперед отца она и слова сказать не может.
– Милена, – медленно говорит отец. – Ты просишь об изгнании, словно это лёгкий путь. Но уйдёшь – люди подумают, что мы гоним тебя с позором. Ты подумала о семье?
– Лучше позор один раз, чем позор каждый день, – отвечаю я, глядя в пол. – Я уже навлекла тень на семью. Так пусть духи решат мою долю в дальних землях, – как будто реплику героини пишу. Даже смешно. Но я сохраняю серьёзность.
Отец молчит. Тётя поджимает губы, а потом добавляет:
– А хозяйство? Каждая пара рук на счету.
– Дальние земли тоже нуждаются в уходе, – упрямо напоминаю я. – У меня будут козы. Молоко, шерсть, мясо. Я справлюсь. И не стану никого больше позорить своим поведением. А наша семья вернёт забытую землю.
Тетя одобрительно хмыкает – моё усердие наконец ею оценено. Но она молчит. Ждёт решения отца.
– Негоже девице одной в дальних землях хозяйство вести, – говорит он. Но по сомнению в голосе понятно: моя идея ему понравилась.
– Так я не одна, – губы растягиваются в улыбке против моей воли. – Отпусти со мной Агафью. Будет помогать и присматривать.
Агафья что-то роняет и смотрит на меня в ужасе. В её глазах мелькает злость, будто я только что продала её вместе с козами. Но выбора у неё нет.
Я её понимаю. От печи и надёжного дома ей отрываться страшно. Но она единственная, кому я могу доверять. Ещё и хозяйственная – с ней не пропадём.
На всякий случай выдаю главный аргумент:
– Всё равно она семье в тягость.
Это и так то, о чём и так все думают, но тактично не говорят вслух. А мне падать ниже всё равно некуда – только согласиться на отношения с Яровеем.
– Это разумно, – кивает отец.
Перевожу взгляд на мать. Она почему-то не возражает. Даже не злится. В чём подвох? Надеется, что дракон выкрадет меня в дороге? Но я живой не дамся! А если дамся, то все в его землях сломаю!
Собираемся в путь быстро. Сундук у меня и так готов к свадьбе. В него возвращают отобранные в пользу Ланы бусы, добавляют пару тёплых плащей и немного домашней утвари. Сооружают клеть для нескольких куриц “на первое время”. Отец выдает мне кошель с деньгами.
– Да смотри, прежде, чем тратить, посоветуйся с Агафьей, – говорит он.
Я только могу удивляться, как легко они отпускают меня в свободное плавание. Но, наверное, в этом и правда нет ничего странного, а семья рада, что дальние земли наконец будут под присмотром. Только тётя ворчит:
– А свадьбу Ланы дождаться? Не по-людски это…
Я лишь тяжело вздыхаю:
– Каково это видеть, как милый замуж другую берет?
И для убедительности больно дергаю проходящую мимо Лану за косу – единственное злодейство, на которое я способна по своей воле. Лана даже не вскрикивает, только смотрит так, будто я предала всех предков сразу. Тётя сердито хмурится и качает головой, но больше не возражает.