Стася Вертинская – Сбежать от героя-дракона (страница 4)

– Так то ж не перина, – звучит ответ. – Вытряхнул, проверил – и чисто, и трава не колется.

Я только морщусь – со второго отказа я тоже не сдаюсь.

– Чего стоишь, Милена? – на кухню вбегает тетя. – Живо курей кормить!

Агафья с ухмылкой смотрит на меня. Нравится, что меня отчитали? Но тетя уже подходит к ней и о чем-то говорит. А я иду к курятнику. Всё-таки о словах Агафьи надо подумать.

Что сложного кормить кур? Ничего. Я раскидываю зерно по огороженному плетнем пространству и собираюсь поесть сама. Куры уже позавтракали – чем я хуже?

Но нет. Агафья снова велит принести воды. Уже? Она её из вредности вылила её в окно?

К завтраку я ненавижу не только Лану, но и всех остальных. Потому что это уже не завтрак, а почти обед. Я опять мокрая от пролитой воды. А Лана… просто страдала над своим попаданством и своей скорой свадьбой со злым драконом. Бедняжка.

Я просто проклята за то, что написала это!

После тётя отправляет Лану вышивать или танцевать – очень важные дела, чтобы дракон не расстроился из-за того, что ему попалась неумелая невеста. А мне достаётся прополка в огороде. Справедливо?

– Но лучше уж так, чем замуж за абьюзера, – успокаиваю себя как могу.

Скоро прибегает мать и отправляет меня к сестре:

– Иди и покажи, что ты лучше её, – шипит она и тянет меня за руку. – Может так Яровей изменит решение. Женщина без мужа никто. А стать женой дракона особенно почётно.

Я вяло возражаю, но только потому что уже устала. А так бы отбивалась изо всех сил. Но вот мать заталкивает меня в комнату, где тётя учит Лану. Тётя недовольно смотрит на меня, но указывает на место рядом с Ланой. И мы с сестрой копируем движения танца за ней.

Тётя – женщина с весом в буквальном смысле, но в танце изящна. Мы с Ланой неловко повторяем. Только она справляется заметно лучше. Почему? Ведь мы обе попаданки!

После танцев и обучения, как правильно ходить, тётя садит нас на лавку, вручает по отрезу ткани и по мотку ниток. Сюжетом Лане положено вышивать. Мать решила, что мне тоже надо. Поэтому я берусь за иглу.

С вышивкой не ладится у нас обеих. Я смотрю, как Лана едва справляется с заданием. Шиплю, когда случайно втыкаю иглу в палец. Она тоже косится на мои неудачи.

Надо же. Хоть в чем-то я не отстала от своей героини.

Стоит тёте выйти из комнаты, я вздыхаю и откладываю вышивку. Вот уж точно это не то занятие, которым можно впечатлить такого дракона, как Яровей.

Первое тёплое чувство к Лане он испытал, когда она пыталась сбежать, едва не попалась волкам, но отбивалась горящей палкой. Потом она проявила доброту к нему, перевязав его раны. Потом…

Ну в общем, вышивки там не было. Я написала про это, чтобы как-то разбавить сюжет между кознями Милены и страданиями Ланы. Лучше бы написала про воду – не пришлось бы таскать её одной.

– Прости, – тихо говорит Лана. – Я не хотела забирать твоего жениха.

– Да не важно, – я поднимаю руку, будто отмахиваясь от её слов. – Так и должно было случиться.

– Но я думала, он тебе нравится, – она тоже убирает вышивку и смотрит на меня.

– Вовсе нет, – я фыркаю не только для того, чтобы она поверила. Такого как Яровей я предпочла бы обходить стороной.

– Но вчера вы… – начинает она и замолкает.

Точно. Она же стала свидетельницей жаркой сцены у сарая – как и положено сюжетом. И, конечно, сюжет не позволил ей увидеть моё сопротивление.

– Это ничего не значит, – резко обрываю я.

Какое-то неприятное чувство подсказывает, что в её словах есть подвох. Только я не могу понять – какой. Может я просто не жду от неё сочувствия и дружелюбия? С другой стороны, я же не настоящая Милена, а значит – не враг ей.

5. Репутацию злодейки не отмыть

Тётя приходит позже, смотрит на нашу корявую вышивку и тяжело вздыхает:

– Сговорились что ли? Сколько раз платья свои обережным узором расшивали, а теперь и стежка сделать не можете?

Она отправляет нас к реке стирать. Я покорно встаю – кажется, в этом доме тетя за главную, её доброе отношение надо завоёвывать с усердием. Лана плетётся сзади.

Что, попаданочка, не ждала, что тебя будут ждать не только вышивка и танцы? Я вот тоже не ждала. И даже не знаю, где тут река. Пытаюсь вспомнить, как я в своей голове представляла местность. Но, кажется, никак.

Потому снова иду в Агафье.

– Совсем из ума выжила? – привычно ворчит она. Хоть какая-то стабильность. – Река там, где и была.

Я смотрю на неё. Надо бы узнать, кто она такая. А то может зря я перед ней открываю, что ничего не знаю.

– От ворот налево до первой улицы, – резко говорит она. – И прямо до реки. Если опять твои уловки, всё батюшке твоему расскажу, – под конец грозит она.

Благодарю её, хватаю корзину с бельём и иду к Лане. Та смотрит на меня с недоумением. Конечно, для неё я одна из местных, и такие вопросы кажутся странными. Может признаться, что я тоже попаданка? Хотя нет, тогда придётся сказать, что и все её злоключения придуманы мной. И я не уверена, что это ей понравится.

Реку находим быстро. Всё как сказала Агафья – стоит выйти на соседнюю улицу, видно воду и отражающееся в ней солнце.

Мы спускаемся к реке. Обувь и корзины приходится оставить на берегу. Я со всем усердием полоскаю одежду в холодной воде и ношу постиранное к корзине. Лана осторожничает – для героини стирка в реке как удар ниже пояса, ведь её готовили к интригам, танцам и любви с драконом.

От холодной воды сводит пальцы, ноги тонут в иле. Мне кажется, что от этой стирки одежда станет ещё грязнее. Но продолжаю стирать. Лана косится на меня, это занятие даётся ей с куда большим трудом. Но и она наконец справляется с поставленной задачей. А я чувствую некоторое удовлетворение, что не мне одной плохо.

Мокрая ткань гораздо тяжелее, а идти назад приходится в гору. Ещё и босиком – на мокрые ноги сапоги не натянуть. Мы обе молчим. Не столько потому, что говорить не о чем, а потому что идти назад трудно.

По ногу попадает камень. Нога подворачивается, меня ведет в бок. Я плечом толкаю Лану и замираю. Вижу, как она падает. Как бельё из её корзины рассыпается по пыльной дороге. Она смотрит на него в отчаянии.

А я просто стою.

– Зачем ты это сделала? – она почти плачет.

– Прости, я просто оступилась, – бормочу я и наклоняюсь, чтобы помочь.

– Не нужно, – она выхватывает у меня из рук белье, суёт назад в корзину, разворачивается и снова спускается к реке.

Я топчусь на месте, не зная, стоит ли пойти с ней. Но решаю вернуться. Нести корзину тяжело, а мы поднялись почти до самого конца. Лучше отнесу её домой и вернусь, чтобы помочь Лане.

Но сделать это мне не удаётся. Тётя велит развесить всё сразу, а потом поручает мне новое дело. Я только успеваю удивляться, как много скрывается в авторском “через некоторое время”.

Захожу в дом, мысленно ворча: когда уже наступит время для вышивки и интриг? Но пока я этого жду, должна махать веником и наводить чистоту.

Я ещё не закончила с уборкой, в дом заходит Яровей. Кошусь на него: вообще жениху нормально так часто появляться в доме невесты перед свадьбой? Или он дракон, ему всё можно?

Он наблюдает за мной. Я делаю вид, что его тут нет.

– Будешь и дальше избегать меня? – вдруг спрашивает он.

– Ты жених моей сестры, – отвечаю я и убираю веник. – Мне теперь нельзя на тебя заглядываться.

– Думаешь, так будет проще? – усмехается он.

Я отворачиваюсь от него. Кажется, я уже сказала ему, что больше не претендую на него. Сказала два раза. Или три. Нормальный бы уже понял. Но не Яровей.

В следующее мгновение он хватает меня за запястье и тянет к себе. От резкого движения меня разворачивает к нему. Ноги путаются, я падаю. Пытаюсь за что-то ухватиться – это оказывается его рубашка. Я вцепляюсь в его плечи, чтобы не грохнуться на пол.

Именно в этот момент по закону жанра в дом возвращается Лана. В её руках корзина с мокрым бельём. Глаза расширяются, когда она видит, как я прижимаюсь к Яровею. Уверена, со стороны это выглядит, как будто я сама кинулась ему на шею.

Яровей берет меня за талию и помогает вернуть равновесие.

– Теперь я жених твоей сестры, – этот гад ухмыляется и смотрит на меня.

Вот же мстительный ящер! Да в следующей книге я напишу тебе мужское бессилие и оторву хвост!

Яровей разворачивается и уходит, оставляя меня самой разбираться с Ланой. И на что он надеется после этого?

– Если ты хотела побыть с ним, могла бы просто сказать, а не заставлять меня всё перестирывать! – восклицает Лана и ставит корзину на пол. Её губы дрожат от усталости и обиды.

Да, для неё происходящее выглядит именно так.

Для меня – Яровей меня подставил и натоптал на только что подметёном полу. А с корзины Ланы стекает вода. В моих глазах – они друг друга стоят.