Стас Степанов – Пантера 1-6. Часть вторая. В плену у пространства-времени (страница 7)

Лаббу ждали дальнейших указаний, замерев изваяниями – и лишь немного подёргивающиеся кончики смертоносных хвостов выдавали их нетерпение.

Разумный обезьян осторожно поднял на ноги норда, взял в сильные гибкие руки Одинца, отечески усадил в седло со спинкой, заботливо прижал ремнями по ногам, грудную клетку и голову, дабы не болталась на ходу. Чёрный скорпион плавно поднялся, зашевелив внушительными жвалами, развернулся в противоположном направлении – и вновь замер, когда сегмент жала накрыл голову бессознательного пассажира в качестве солнцезащитного узкого зонтика. Примат улыбнулся довольно, заметив разинутые рты оборотней.

Ещё более заботливо четвёрка нагов отнеслась к птеригианской царице. Двое нежно подняли её, вторая двойка подвела лаббу к ним, опустила его на левый бок, приняла предельно осторожно маленькую женщину и, также, как и Одинца до сего, устойчиво закрепили на седле. Ежели наги так относятся к чужакам (и особенно чужачкам) насколько же счастливы местные женщины?! Уж насколько развиты взаимоуважение и взаимопонимание в Ледяной стране, – похоже, наги и обезьяны превзошли весь мир, потому до сих пор непобедимы. Впрочем, будущее покажет, если оно есть у путников в перспективе.

Их оружие уважительно подобрали, опустили в седельные сумки, утянули горловины оных для вящей надёжности. Пантера и Кайя почувствовали на себе внимательные взгляды: двое воинов, укрепившись на спинах скорпионов, протянули им услужливо руки ладонями вверх. Лаббу, подчинившись незримым приказам седоков, подобрались поближе к прелестным воительницам, согнули левые лапы. Дамы вопросительно-отчаянно посмотрели на своих любимых – и те едва заметно, с тяжёлыми сердцами, утвердительно кивнули. Наташа благодарно – одними глазами – улыбнулась в ответ, подняла связанные кисти, что повторила и Лиза. Девушек подняли на членистоногих «коней» мягко и заботливо (не смотря на статус пленников), мужчин же – без грубого неуважения, но и без галантности.

Десятиногие «лошадки» без понуканий тронули на восток без привычной для оных спешки и суеты, плавно покачиваясь. Большинство змеелюдей с изящностью кобр ползли позади странной процессии, их не менее странное оружие приторочено либо за спиной, либо к поясу, по бокам, – но не в руках или кончике гибкого хвоста. Совсем ничего не боятся. Как и Хануман. Так назвался последний представитель вымершей, или точнее, канувшей в небытиё, расы золотых обезьян, четыре тысячи осеней назад превосходившей численно и разумностью наг. Теперь в Нагасари главенствуют наги под царствующей четой Прайя Наков. И, конечно же, Хануман. Их безусловной власти подчинены все прочие низшие расы: ламии, люди и даже горделивые кентавры. Выше только Вишведева – или пантеон – богов, также подчиняющаяся безграничной мудрости Шивы.

Через два часа (по-нагасарски – цикла) пленникам и пленителям открылась величественно и степенно несущая свои воды полноводная река, называемая Матромаста. На её берегу, к небольшой гавани, причалены два похожих друг на друга кораблика, окованных лёгкой сталью. Вся процессия, как по команде, остановилась на краю высокого пологого обрыва, поросшего жёстким колючим кустарником на почти отвесном скате. Как оборотни ни всматривались вдаль, ничего живого ни на палубах, ни на досках самодельного причала обнаружить не сумели, словно оные заброшены командами и капитанами за ненадобностью. Как вскоре выяснилось – корабли принадлежат их конвоирам, беспечно бросившим судна.

Хануман дал быструю отмашку левой рукой: чужаки, было дело, испугались, а потом поняли, что невпервой. Лаббу осторожно и легко спустились на песчаный пляж, почти не потревожив свою ношу. Последний представитель вымершей расы бросился вниз вприпрыжку – ну совсем как его дикие сородичи с Земли. Наги сползли сторожко, цепляясь для большей надёжности пальцами и иногда кончиками хвостов за кусты, где поменьше шипов или они помягче. У пристани чёрные скорпионы легли на брюха, ожидая дальнейших распоряжений.

Воины заговорили на франкийском языке, не пряча от пленников личных намерений, кои, собственно, дальнейших судеб пленников-то и касались. Вестники расслабленно сидели в сёдлах, достойных иных вельмож с северных государств, и с закрытыми глазами прислушивались к беседе нагасарцев. Они использовали редчайший в их жизни случай отдохнуть и хоть немного набраться сил. Минут через пять воины пришли к единому мнению: доставить пред ясны очи Прайя Наков, во дворец – Поталу – столицы Нагасари – Бхогавати, что раскинулась посреди знойной пустыни Халхи, в крупнейшем оазисе (кстати, искусственно созданном).

Шестеро змеелюдей и золотой обезьян поднялись по широким трапам на тот кораблик, что причален правее. За ними послушно последовали лаббу с пленниками, кучкованно легли по центру палубы, превратившись в кошмарные – на вид – чёрные изваяния. Никаких команд не звучало, почти всё происходило молча; оставшиеся на берегу отдали швартовы, те, что на корабле, втянули канаты и трапы, откуда-то притащили разносы с едой и питьём для незваных гостей, подняли два паруса и, словно по мановению волшебной палочки, задул попутный – западный – ветер, неся корабль без вёсел к противоположному берегу.

Путники откровенно наслаждались редкой в их странствиях передышкой: пусть накрепко привязаны к жестковатым сёдлам на гигантских скорпионах, зато кои-то веки нет необходимости куда-либо спешить (покамест!), бить жилистые ноги, добывать пищу, охранять собственный сон, защищаться от агрессии диких животных и вообще обороняться от дикой природы того или иного региона континента, что на данный момент полностью устраивало землян. Лишь Ёханне немного неуютно в седле без спинки – она изредка фыркала, стонала, глухо рычала, ворочалась, насколько позволяли гибкие сталистые ленты с тупыми шипами вовнутрь, учитывающими крысиную гибкость и изворотливость. В отличие от своих мелких сородичей сия особь умела отдыхать даже на ходу, а потому тело требовало движения, а не покоя. Ёх ненадолго смирилась с текущим положением дел, ещё на берегу тайком от конвоиров опробовав зубами и когтями одну из ограничивающих свободу лент – даже микроцарапин не осталось.

С незначительной вибрацией по корпусу двухпарусник легонько ткнулся в доски причала. Наги-воины резво спустили трапы, пришвартовались. Лаббу дружно поднялись на лапы, торопливо спустились на берег: то же буйство трав, пышные кустарники, редкие деревья. И извилистые тропы, явно змеелюдьми проторенные – удобные для означенных и людей (как и обезьян), но узкие для одомашненных скорпионов. Вместе с тем длина конечностей позволяла не вязнуть в густом травостое, преодолевать его споро и пассажиры не испытывали никакого дискомфорта. Не взирая на влажноватую духоту и сумасшедшие обстоятельства вокруг, Вестники со спутниками безмятежно дремали под ядовитыми жалами хвостов.

Не могли уснуть две девушки, занятые каждая своими мыслями. Их прекрасные глаза смежены, дабы не смущать красавцев-наг. Элизу обуревали противоречивые чувства: тревога до дрожи в теле и безотчётный интерес и любопытство – она нашла друзей, в буквальном смысле, потустороннем мире. По ту сторону пространственно-временного портала, контролируемого настоящими – взаправдишными! – богами, в мире меча, магии и фантастических чудовищ. Увлекательнейшее путешествие, на каждом шагу грозящее оборваться смертью. С не реально происходит то, о чём Кайя бессознательно мечтала всю жизнь и даже чуть-чуть верила: средневековье (Винэру), истинные герои (разумеется, Звёздные Вестники богов и их поредевшие численно спутники), свирепые враги (навроде Рыба-Ёрша или Джабгу) и магия (её можно увидеть, пощупать, попробовать, применять – молнии Волка, огненная Одина и рыбья её)! Ежели чего-то очень-очень хочется каждой клеточкой тела, то желаемое обязательно исполнится, ведь мысли – материальны!

Наташа думала в несколько иной плоскости, нежели Брон. Хотя тоже мечтала. Мечтала пройти все испытания с друзьями, кои, как говорится, ниспосланы им богами на Винэру, да вернуться живыми и, по возможности, здоровыми домой, на Землю.

Что их ждёт в Запретных землях, то бишь Нагасари? Как отнесутся к ним Прайя Наки и прочие наги? Заточат в темницу, как сиё совершил когда-то северный колдун? Казнят (точнее, попытаются) одним из многочисленных способов? Или предложат статус нагасарцев? Норды, например, страстно желали оставить Вестников на почётном положении в Ледяной стране – и в итоге царская чета выделила им для облегчения миссии сорок лучших воинов и медиумов, из коих выжил лишь Гральрих, повелитель Стихии Земли. Может, ещё что-то? Наги, в отличие от виккельцев, никого не выпускали с территории в «цивилизованный» мир. За многие века единицы возвращались безумцами, от которых так ничего и не добились путного.

Часа через четыре караван остановился. Пленников отвязали от сёдел, не развязывая рук, лаббу, как пояснил Хануман, отпустили самостоятельно поохотиться, чем членистоногие охотно воспользовались. Путников же заставили сходить в «уборную», общую для всех, под надзором четырёх хвостатых воинов. Затем они обмылись прямо в одеждах в местном прохладном ручье, поели вместе с нагами и обезьяном. Когда вернулись чёрные скорпионы – сытые и довольные, – Пантера и Харрол сердечно попросили Ханумана не стреноживать и не связывать крысу, ведь она без их команды даже комара не обидит. Пленители немного посовещались и просьбу оборотней выполнили с условием, что так и будет – в противном случае скормят её лаббу, никогда не упускающим возможности полакомиться. Наташа с Одином мысленно улыбнулись: посмотрели бы они, кто кем полакомится, – а вслух поблагодарили.